Гарики предпоследние

Губерман Игорь Миронович

29

Живу я славно и безбедно,

поскольку мыслю государственно:

народу в целом – пьянство вредно,

а каждой личности – лекарственно.

30

Пока ещё в душе чадит огарок

печалей, интереса, наслаждения,

я жизнь воспринимаю как подарок,

мне посланный от Бога в день рождения.

31

Сокрыта в разных фазах опьянения

таинственная сила

врачевания,

играющая ноты упоения,

текущие до самобичевания.

32

Ценю я в игре винопития —

помимо иных услаждений —

возможность подёргать мыслителя

за яйца его убеждений.

33

Забавный знаю феномен:

от генерала до портного

у нас химический обмен

устроен так, что ждёт спиртного.

34

Курить, конечно, бросить надо бы,

загвоздка – в бедах совокупных,

а корни этой мелкой пагубы

растут во мне из дурей крупных.

35

В цепи причин и соответствий,

несущих беды, хворь и срам,

я не нашёл дурных последствий

от пития по вечерам.

36

Когда бы век я начал заново,

то к людям был бы я внимательней,

а гул и чад гулянья пьяного —

любил сильнее и сознательней.

37

Я злоупотребляю возлиянием,

здоровье подрывая наслаждением,

под личным растлевающим влиянием

и с жалостливым самоосуждением.

38

После пьянства лихие творятся дела

в ошалело бессонных ночах:

мрак женился на тьме, згу она родила,

мы сидим вчетвером при свечах.

39

Мне грустно думать в час ночной,

что подлежу я избавлению

и чашу горечи земной

закончу пить я, к сожалению.

40

Экклезиаст ещё заметил:

соблазну как ни прекословь,

но где подует шалый ветер,

туда он дуть вернётся вновь.

41

Хоть пили мы, как пить не стоит, —

за это вряд ли ждёт нас кара,

в нас только будущий историк

учует запах перегара.

42

Ко мне по ходу выпивания —

о чём бы рядом ни кричали —

приходит радость понимания,

что дух наш соткан из печали.

43

Верный путь, на самом деле,

различим по двум местам:

то во храме, то в борделе

вьётся он то здесь, то там.

44

Виднее в нас после бутылки,

как

истрепались в жизни бывшей;

мы не обломки, мы обмылки

эпохи, нас употребившей.

45

Наш путь извилист и неровен,

а жребий тёмен и превратен,

и только жирный чад жаровен

везде всегда надёжно внятен.

46

В года весны мы все грешили,

но интересен ход явления:

те, кто продолжил, – дольше жили,

Бог ожидал их исправления.

47

Каким ни вырос любомудром

и даже просто будь мудрец,

а всё равно охота утром

к похмельной рюмке огурец.

48

Смотрю без тени раздражения

на огнедышащий вулкан

и сразу после извержения

готов налить ему стакан.

49

Живя весьма благообразно

при нашем опыте и стаже,

мы не бежим на зов соблазна,

а просто надо нам туда же.

50

Ленив, лукав и невынослив,

я предан выпивке и блуду,

перенося дела на после

того, как я о них забуду.

51

Душа, мягчея от вина,

вступает с миром в компромисс,

и благ любой, сидящий на,

идущий по и пьющий из.

52

Хвала Творцу, что время длится,

что мы благих не ждём вестей,

и хорошеют наши лица

от зова низменных страстей.

53

В виду кладбищенского склепа,

где замер времени поток,

вдруг понимаешь, как нелепо

не выпить лишнего глоток.

54

В основном из житейского опыта

мной усвоено важное то,

что пока ещё столько не допито,

глупо брать в гардеробе пальто.

55

Я думал всегда, что соблазны,

которые всем нам являются,

хоть как-то годам сообразны,

но бесы, увы, не меняются.

56

Загадочная русская душа

вселяется в отзывчивое тело:

душа как только выпить захотела,

так тело тащит выпивку спеша.

57

От вида ландшафта, пейзажа

(и речки чтоб вилась тесьма)

хочу сразу выпить, и даже

не просто хочу, а весьма.

58