Гарем на шагоходе. Том 8

Гремлинов Гриша

— Ох, капитан, какие у тебя сильные руки… — прошептала вампирша.

— Заткнись, — велел я.

Кармилла сладко потянулась и нарочито громко вздохнула:

— О-о-ох, Волк, ты просто волшебник… Намажь ещё немного ниже, хорошо? До поясницы я тоже никак не дотягиваюсь сама!

Лекса резко хлопнула стаканом по подлокотнику, и лёд зашуршал, чуть не рассыпавшись.

— Может, сразу попросишь задницу тебе помассировать? — прошипела она не хуже гадюки.

Кармилла приподняла голову,

улыбаясь во весь рот:

— Какая ты вульгарная, птичка моя! Хотя что с тебя взять? Издержки профессии, верно? Волк, как закончишь, давай я тебе тоже спинку намажу. Даже богам нужно следить за кожей. А на эту не смотри, — вампирша покосилась на полицейскую. — Её грубые мозолистые пальчики годятся только, чтобы держать рукоять пистолета. Хотя что я объясняю! Ты же и сам в этом наверняка убедился!

Лекса аж привстала с шезлонга, глаза сверкали гневом:

— Во-первых, моим пальчикам не нужна нежность, чтобы придушить тебя. Во-вторых…

— В-вторых, — перебила Кармилла, — ты наверняка даже не представляешь, как надо касаться… капитанского рычага. Могу преподать пару уроков. Но давай пропустим стадию огурцов и сразу перейдём к чему-то более… мясному, — на последнем слове она покосилась на мои плавки.

Лекса стиснула зубы, и я видел, как её пальцы впиваются в картонный стаканчик.

— Знаешь что? — она повысила голос. — Меня достала твоя ехидная лыба и бесконечные шпильки! Продолжишь в том же духе, придётся разобраться с тобой, как полагается!

Кармилла рассмеялась, перевернулась на бок и подпёрла голову рукой:

— Без суда и следствия? Ах, как я это обожаю! Полицейский произвол — что может скрасить вечерок лучше? Ну давай, покажи мне всю свою удаль. Только знай, даже если у тебя получится — Волк будет страшно скучать без меня. А вот без тебя он отлично обойдётся, ведь уже пожалел, что взял тебя в команду. Правда, капитан?

Я вздохнул, откладывая тюбик:

— Хватит.

Но Лекса уже не слышала. Её щёки пылали, а стакан в руке смялся с тихим хрустом, рассыпав лёд на песок.

— Ты… — она встала, полыхая чистой ярость. — Да я тебя…

Кармилла лишь подмигнула ей и лениво перевернулась на спину:

— Осторожнее, огненная моя. А то ещё расплавишься от злости.

Лекса резко развернулась и зашагала к воде, размахивая стаканчиком и оставляя за собой мокрый след из растопленного льда.

Кармилла удовлетворённо закрыла глаза:

— Ну вот. Теперь можно загорать спокойно.

Я потёр переносицу. Чёртов театр.

Тем временем Роза, до этого медитативно стоявшая на берегу, подошла к самой воде. Волны лениво лизали её ступни. Она постояла так с минуту, а потом поморщилась и отошла.

— Слишком солёная, — тихо сказала она сама себе.

К ней тут же

подбежала мокрая Сэша в своём утёнке.

— Розочка, пойдём купаться! Водичка тёплая-тёплая! Кити-кити, весело!

— Она солёная, — повторила Роза. — Мне не нравится.

— Так ты просто не пей её! — с обезоруживающей логикой заявила Сэша. — Мне сказали, что её пить не надо! Тогда и солёно не будет! Пойдём!

И, к моему удивлению, этот абсурдный аргумент сработал. Роза, помедлив секунду, улыбнулась, взяла Сэшу за руку и шагнула в прозрачную воду.

Отдых продолжался.

* * *

Шаг за шагом Змей приближался к цели.

Горячий песок просачивался сквозь подошвы неуклюжих лап аллигата, обжигая ступни. Внутри маски становилось всё труднее дышать. Ему казалось, что он вдыхает расплавленный синтепон. Однако вид беззаботно отдыхающего экипажа избушки подпитывал его решимость, как сухой хворост — костёр.

Он уже почти дошёл до их них, когда его миссию прервал неожиданный фланговый манёвр.

— Дядя аллигот! ДЯДЯ АЛЛИГОТ!

Змей обернулся и содрогнулся.

К нему бежала стайка детишек — в ярких плавках, с надувными кругами и глазами, полными надежды.

Впереди скакал мальчишка с растрёпанными светлыми волосами, за ним ещё пара человеческих щенков, а замыкала процессию пара ктхарров-близнецов, чьи головы с дыхательными отверстиями чем-то напоминали кукурузные початки.

— Дядя Аллигот, а почему ты не играешь? — крикнул мальчик. — Ты же аниматор!

— А ты нас угостишь пироженками? Мама говорит, делиться — это хорошо! — начала клянчить девочка в розовой панаме.

Змей замер. Дети. Мелкие, шумные, липкие стали внезапным препятствием на его пути к мести.

Нужно отделаться от них так, чтобы не привлечь лишнее внимание.

Он повернулся к ним, пытаясь изобразить дружелюбие, но из-за перегрева и ярости получилось не очень.

— Эти пирожные… только для космонавтов, — прохрипел он. — Они дают суперсилу для управления звездолётами. Если съешь, улетишь на луну.

Дети на мгновение замерли, обдумывая эту невероятную информацию.

Их лица неожиданно засияли от ещё большего восторга.

— КРУТО!!! — дружно выдохнули они и полезли к подносу.

Змей быстро поднял его над головой и мысленно отвесил себе затрещину.

— Ну угостите же нас пирожными! Пожа-а-алуйста! — заканючила девочка.

— Нет, — прошипел Змей.

— Почему? — надулся мальчик с веснушками.

— Потому что они не для вас.

— А для кого?

— Для… — Змей замялся. — Для взрослых. Очень вредные.

— Мы тоже вредные! — заявил светловолосый мальчик.

— Они отравленные! — зарычал Змей.