Ганнибал. Искатель
Шрифт:
Я даже и не нашелся, что ответить. Его соратники валяются разорванными, а он так спокойно разговаривает, словно и не случилось ничего.
– Они ушли на респ, – спокойно произносит он, видимо, проследив за моим взглядом. – Умирая здесь, мы возрождаемся в другом мире, и, знаешь, тот мир куда лучше нашего, так что я им даже завидую.
Я промолчал. У каждого свои убеждения.
Лекция XVIII: Крест
Оставшийся путь до Ростова прошел довольно спокойно, и на следующий день мы
– Здравствуйте, – обратился я к невысокому бородатому мужику, пропускающему группу охотников. – Пропустите внутрь?
– Пойдем, посмотрим, что у тебя с собой, – кивнул он в сторону караулки. – Показывай свое оружие.
Я пожал плечами и начал выкладывать на стол свое имущество. Если честно, усталость давала о себе знать. Дорога плюс ночной бой довольно сильно измотали меня. Я устал и поэтому не заметил, как стражник обошел меня сзади, а в следующее мгновение перед глазами появились красные круги, и я потерял сознание.
Пришел я в себя от боли, дикой боли, внезапно пронзившей мои ребра. Еще до того, как открыл глаз, я начал анализировать ситуацию, и в моей груди поселился холод. Все умения были неактивны. Я почувствовал, что на моей шее что-то есть, и тут же потянулся к ней, но руки что-то держало. Послышался звон цепи.
– Пришел в себя, чуркобес?
Я открыл глаз и осмотрелся. Я, голый, прикован, а передо мной давешний стражник. Небритый мужик со злым оскалом и желтыми, гнилыми зубами.
– Ты совершаешь ошибку, – покачал я головой, угрожающе смотря ему в глаза.
– Да неужели! – хмыкнул он и нанес боковой удар по левым ребрам.
В глазах снова появились круги, но в этот раз сознание никуда не спешило. Я попытался осмотреться еще раз в поисках Тьмы, но кошки рядом не было, как не было ничего в комнате вообще, только дверь и цепи, на которых я висел. Ну и, конечно, он. На правой руке стражника был кастет. Теперь понятно, почему удары у него такие болезненные. Черт, ребра точно треснули. Главное, чтобы не сломались окончательно и не пробили легкие.
– Че ты смотришь, мразина?! – он занес кулак и двинул мне прямо в челюсть.
Я попытался увернуться, но, вися на цепи, это не так просто сделать. Свинец прошелся по скуле, оставляя ссадину.
– Ах ты тварь! – взъярился мужик.
Он начал избивать меня, нанося удары один за другим. Он ничего не спрашивал, кажется, ему вообще не нужна была никакая информация. Он просто наслаждался.
– Ты хоть расскажи, за какие дела я тут, – сплюнув кровь, с трудом проговорил я, когда он остановился.
– За какие дела? – он сплюнул на пол и поднял мое лицо за подбородок.
Показная улыбка не смогла меня обмануть, и я понял, каким будет его следующий удар. Резко дернувшись назад, я опустил подбородок, подставляя верхнюю часть лба. Две головы встретились со страшным стуком. Мир вокруг немного поплыл, а вот стражник упал на задницу, держась за башку.
– Ах ты гнида! – он попытался встать, но ноги его не держали, и он упал обратно на пол.
–
Присмотревшись, я увидел широкоплечего мужчину лет тридцати с темными волосами и легкой щетиной на лице.
– За что меня схватили? – обратился я к нему.
– За то, что ты чурка, – пожал он плечами. – И ты для нас кое-что сделаешь.
– И вы уверены, что я соглашусь? – хмыкнул я.
– А ты думаешь, тебя кто-то будет спрашивать? – недобро улыбнулся он в ответ. – От тебя даже и не требуется ничего. Просто расслабься и получай удовольствие.
Он достал шприц с тонкой иголкой, снял колпак и выпустил струйку раствора.
– Как-то вы пренебрегаете работой стражи, – я попытался высвободиться из цепей, но естественно, ничего не получилось.
– Это приказ князя, а мы его подданные, – пожал плечами парень и кивнул второму. – Держи его черепушку.
Ваня встал, ощерился и схватил мою многострадальную голову. Я попытался сопротивляться, пытался дрыгать ногами и руками, но все конечности были прикованы. В душе зародился страх. Совсем недавно мне казалось, что я всесилен, а прямо сейчас я беспомощно висел на цепях без возможности что-либо сделать. Я не видел, как первый подошел ко мне, только почувствовал страшную боль от иглы, вогнанной в сонную артерию. Пару минут я не чувствовал действие раствора, а потом мои мышцы просто перестали слушаться. Однако все чувства остались на месте и, кажется, стали еще острее. Я почувствовал, как расслабились мышцы, и как опустошались мочевой пузырь и кишечник без моего на то разрешения.
– Фу, – брезгливо отшатнулся первый. – Животное.
Он оттянул мое веко и иглой от шприца пришпилил его к брови. Я уже ничего не мог сделать. Не мог пошевелиться, не мог говорить. Даже глазное яблоко не двигалось. Но я чувствовал. Всю боль и отчаяние. Я понимал, что больше не жилец, и в этот момент так страшно захотелось жить. Я попытался напрячь руку, пошевелить хотя бы пальцем. Однако мое тело предало меня.
– Давай его к другим, – велел первый, и Ванька снял меня с цепей, заставив рухнуть прямо на пол.
Он потянул меня за руки, совершенно не заботясь о том, как чувствует себя моя спина на лестнице. Черт, да я и сам об этом не особенно думал. Мои мысли метались в голове, пытаясь найти выход, и бессильно бились о череп. Я не мог шевелиться, не мог вообще ничего сделать. Когда меня выволокли на небольшую площадку, я увидел деревянные кресты и бедолаг, прибитых к ним. Здесь были мужчины, женщины и даже один ребенок. Все внутри меня похолодело. Что происходит?! Я думал, что попал в такую ситуацию из-за князя. Думал, он узнал, что мы с Сашей поддерживаем связь, и велел схватить, я думал… но… это все оказалось совсем не так. Я просто попал под руку, а все это какая-то жестокая акция. Остальные люди были избиты еще хлеще моего. И вопросов о том, в чью сторону была сделана эта акция, не возникало. Ведь все пленники имели кавказскую внешность.