Гамбит

Горский Александр

Так вот Макс был заядлый ловелас. К тридцати восьми годам, его «доска почета» ломилась от немыслимого количества добытых им призов. Однако то время, когда эти призы были предметом его если не гордости, то хотя бы мужского тщеславия уже давно прошли. Подгорный уже одиннадцать лет как был женат. Марина, его очаровательная жена с интервалом в два года родила ему двух сыновей, которые уже ходили в школу. В общем, все было за то, что пора бы остепениться, да и возраст, медленно, но верно приближавшийся к сорока намекал на то же самое. И Макс был с этим абсолютно согласен, он и сам уже не получал былого удовольствия от новых приключений, которые к тому же могли разрушить

его семью. Но, как старый охотничий пес, почуявший добычу, делает стойку, так и Макс при любом случайном знакомстве с симпатичной представительницей прекрасного пола на мгновение замирал и, успев за это мгновение оценить все последующие перспективы развития событий, устремлялся на абордаж. За редким исключением, которым и была Настя, все увлечения Макса были крайне недолгими, порой он прерывал знакомство на следующее утро после удачно проведенного вечера. Иногда Подгорный сам не понимал, зачем он все это делает и как пробудившийся с тяжким похмельем алкоголик зарекается пить, тоже давал себе обещания начать жизнь примерного семьянина. Но, как и алкоголик, при виде спиртного, забывает свои недавние обещания, так и Макс при виде очередной красотки, забывал обо всем.

Среднегорская область. Сорок три недели до нового года

Люди, сидевшие в кабинете губернатора Среднегорской области, чувствовали себя в нем более уверенно, чем хозяин кабинета. Во всяком случае тему разговора задавали они и условия собеседнику озвучивали тоже они. Представителями Жамбаева были два архана лет тридцати. С типичной восточной внешностью, широкими скулами, темноволосые. Оба в дорогих черных костюмах и лакированных туфлях, у обоих аккуратно подстриженные небольшие бородки. Они внешне походили на успешных банкиров или юристов, однако манеры речи и поведения выдавали в них людей проводящих больше времени в тренажерном зале или на борцовском ковре, чем в рабочем кабинете. Губернатор, сам мужчина не робкого десятка и крепкого телосложения, физически ощущал исходящую от его визитеров силу и слабо прикрытую вежливым обращением агрессию. Сидящие напротив него люди не любили слышать слово нет, а тот, кто их послал и вовсе уже давно такого слова не слышал.

– Итак, уважаемый, – обратился один из визитеров, представившийся Тагаром, к губернатору. По информационной поддержке мы все решили. Баннеры вешаете по всей области, ролики запускаете … На, держи флешку, – он неожиданно повернулся к помощнику Сергиевича и бросил ему в руки маленький блестящий предмет. Помощник неловко вскочил с кресла, пытаясь поймать флешку, но не сумел и, покраснев, поднял ее с пола.

– Ты что, криворукий? – прикрикнул на него архан. – Иван Юрьевич, кого ты себе набрал? Он же беспомощный, – помощник еще больше покраснел и уставился в пол, избегая смотреть на неприятных посетителей, – ну ничего, придет время, мы из него мужчину сделаем, – Тагар бросил презрительный взгляд на молодого человека и ухмыльнулся, – а не получится, так значит к женщинам его отправим, пусть посуду моет.

– Давайте вернемся к теме разговора, – сухо перебил Сергиевич.

– Давай вернемся, уважаемый, – Тагар медленно перевел взгляд на губернатора, причмокнул губами и медленно, словно подчеркивая важность каждого слова произнес – Батор Отхонович ожидает получить в вашей области не менее семидесяти процентов голосов.

– Ожидать-то конечно можно, – губернатор старался держаться как можно увереннее, – но опросы таких цифр не показывают. Через половину бы перевалить, все только на авторитете Президента держится.

– А где твой авторитет? – подался

вперед Азамат, второй из арханов. – Ты что, ничего не можешь. Зачем ты здесь сидишь тогда?

– Почему вы мне тыкаете? Не в своем ауле, – повысил голос Сергиевич.

– А ты радуйся, что ты не в нашем ауле… пока, – ответил Тагар. Все условности в мгновение были отброшены и напротив губернатора сидели два хищника. – Мы к тебе от такого человека приехали, что можем и тыкать, и мыкать, и что угодно делать. Если ты здесь хоть что-то представляешь, то результат выборов обеспечишь, и тогда, – он сделал весомую паузу, – будем решать, останется здесь губернатор Сергиевич или к нам в аул поедет.

Губернатор и его помощник ошеломленно молчали. Таких неприкрытых угроз никто не ожидал, но не приходилось и сомневаться в реальности этих заявлений. На что способны арханы знали все. Удовлетворенный реакцией губернатора, Тагар пригладил свою и без того идеальную бородку и вальяжно откинулся на спинку кресла.

– А теперь, губернатор, когда ты все понял, поговорим о другом вопросе. В августе Батор Отхонович выиграет выборы, а в октябре будет инаугурация. Это понятно?

Сергиевич молча кивнул.

– Так вот, в день инау…, ну до чего слово сложное! – пожаловался архан, – в день и-на-у-гу-рации по всей стране, во всех крупнейших областных городах будут заложены новые мечети. Сейчас уже начали прорабатывать проекты, как только Батор Отхонович утвердит эскизы, их сразу пришлют. Так что тебе надо подумать о месте под строительство.

– Но в городе есть мечеть, причем не одна, – возразил губернатор, – а доля мусульманского населения совсем не велика в нашем регионе.

Тагар насмешливо посмотрел на Сергиевича.

– Губернатор, ты же должен думать о будущем. Не только своем будущем, о будущем детей. Я не о твоих детях сейчас говорю, не бычься. Я говорю о всех детях. Сколько рождается детей в средней семье? Я тебе отвечу один и две десятых. А сколько надо для полноценного воспроизводства нации? Минимум два! Два ребенка в средней семье. Вы вырождаетесь. В тоже время в средней арханской семье рождается три – четыре ребенка. Да и почти в каждой мусульманской семье в любой стране мира вне зависимости от национальности рождаемость втрое выше чем у христиан. Это простые факты, губернатор, но на них строится будущее, будущее всей страны? И даже не только этой страны. Ты удивлен, что я все это знаю? Ну так ведь и мы не дикие люди. Не надо нас недооценивать.

Архан довольно улыбнулся, неожиданно подмигнул Сергиевичу.

– Возвращаюсь к теме строительства. Место должно быть хорошее, центр города, и, сразу говорю, площадь застройки планируется большая, участок ищи не меньше чем три гектара, а лучше все пять выделяй.

– Да как вы себе это представляете, – возмутился Сергиевич, но Тагар, встав, заставил его замолчать. Азамат тоже легким стремительным движением вскочил на ноги. На мгновение Сергиевич подумал, что сейчас его ударят прямо в собственном кабинете. Но архан, внимательно посмотрев на собеседника серьезно произнес:

– На все воля Аллаха. Постараешься и найдешь, Иван Юрьевич, – Тагар усмехнулся, – ты же губернатор…пока… вот и рассмотри варианты.

На этом разговор был закончен. Эмиссары Жамбаева молча вышли из кабинета губернатора, а тот еще долгое время сидел в оцепенении, крепко сжимая кулаки и пытаясь прийти в себя от пережитого страха и унижения. Помощник так же тихо сидел своем кресле, мечтая о том, как бы сделаться невидимым, а еще лучше оказаться где-то далеко от и этого кабинета и от его неожиданных посетителей.