Шрифт:
Michal Cholewa
GAMBIT
Пролог
Эсминец ЕКС «Канюк»
7 января 2211 ESD, 18:44
Они обнаружили эсминец всего через полчаса после того, как «Канюк» вошел в сферу поиска: в точности там, где и ожидалось согласно рапорту системного патруля. В медленном вращении, идя на гиперболической [1] сквозь систему Гаммы I Астры, корабль оставался почти незаметен – позицию его выдавали лишь легкие
1
Имеется в виду гиперболическая скорость – скорость выше второй космической.
Брисбен стоял за спиной обслуживающего монитор офицера и как загипнотизированный глядел на проблески сигнала.
Вспышка. Исчезновение. Вспышка. В паузе между отдельными сигналами передатчика на мониторе появлялся бледный, чуть заметный абрис: «Канюк» с такого расстояния уже мог увидеть разрушенный корпус. Но даже для него это было непросто. Если бы не передатчик, корабль наверняка пришлось бы искать куда дольше. Словно в насмешку, все пассивные системы маскировки сейчас работали не в пользу корабля. Один бог знает, сколько раз он мог дрейфовать мимо человеческих баз и оставаться невидимым. Размытый и дрожащий призрак на экранах с тем же успехом могли бы посчитать сбоем оборудования. А уставшие радисты – вообще не заметить.
– Полковник? – Голос командора Минервы Хайден вырвал офицера из минутной задумчивости. Женщина подала ему датапад. – У нас есть предварительный анализ на основе данных, которые вы нам предоставили. При таком состоянии останков сложно быть уверенным, но тактики утверждают, что это «Жаворонок».
Брисбен кивнул и взглянул на экран оборудования.
«Жаворонок». Корабль-призрак. Легкий эсминец, новый на момент, когда он отправился в рейс, что стал для него последним. Согласно бумагам разведки, кроме совершенно секретного груза и пассажиров, на борту находился только базовый экипаж в двадцать шесть человек.
Это было семнадцатого декабря 2204 года, ровно за неделю до Дня.
Просто невезение.
А потом все распалось, Земля погибла под термоядерными ударами, нанесенными внезапно обезумевшими Искусственными Интеллектами, колониальные флоты проредили друг друга во время Битвы на Пепелище…
Собственно, оставалось неизвестным, с чем столкнулся «Жаворонок» во время путешествия. Может, с врагом, а может, Китайский Вирус просто вскрыл его бортовой ИИ, как и все прочие. Достаточно и того, что в порт назначения корабль не прибыл.
Впрочем, тестовая база Отдела Развития Флота на тот момент уже не существовала. Как и девять десятых человечества, она сгорела в огне войны, что вспыхнула после гибели Земли. Вместе с ней погибли и все записи о корабле. Эсминец даже никто не искал.
Его случайно обнаружил радарщик на «Хорте», одном из старых фрахтовых судов, наскоро переделанный Флотом под военный корабль: Флот до сих пор оставался чуть жив из-за нехватки кораблей. Впрочем, и самого «Хорта» не было бы в этих местах, если бы не повреждение навигационной
Совпадение, какое редко случается.
Весть о «тяжело поврежденном эсминце, вероятно, с сохранившейся носовой частью корпуса» пришла в управление разведки как раз вовремя, чтобы удержать местных от того, чтобы отослать буксир на поиски корабля.
И через неполные сутки «Канюк» был уже в дороге, хотя на борту его на самом деле почти никто не знал, чего можно ожидать, – из всей группы только у Брисбена была информация насчет груза «Жаворонка».
Полковник пробежал глазами файл рапорта. Корма была расколота вдребезги – анализ предполагал взрыв двигательных систем. То, что передняя часть несчастного эсминца вообще кое-как держится, уже можно было считать чудом.
– Сильно ему досталось. – Хайден была того же мнения. – Наверняка во время прыжка обрушилась навигация… До того как прошла главная часть корпуса. Бедолаги.
– Гм? – Брисбен поднял глаза от экрана датапада.
– Экипаж, – пояснила она, показывая на оборудование. – Наверняка они даже не поняли, что случилось.
Мужчина некоторое время всматривался в рапорт. Существовал определенный шанс, что передняя часть корабля, где находился пассажирский отсек, остается неразрушенной и в ней все еще действуют умирающие аварийные системы.
– Да, – признался задумчиво полковник. – Несчастные бедолаги…
Вспышка. Исчезновение. Вспышка.
«Жаворонок», если это был он, делал все, чтобы сохранить жизни доверенных ему людей.
Машины о таком заботятся сильнее. Может, потому, что мы не позволяем им становиться слишком похожими на нас.
8 января 2211 ESD, 11:08
Группа Брисбена ждала в готовности у челнока, в пустом доке «Канюка». Двенадцать человек в темно-серых, бронированных, покрытых слоем CSS штурмовых скафандрах. Четыре медика, двое спецов по компьютерам, психолог и пятерка из спецвойск. Каждый – по крайней мере с двухлетним стажем в Специальных Операциях, девятеро – участники полевых операций. В том числе и тех, что проводились на своих территориях.
Командование не хотело рисковать.
Двенадцать пар глаз одновременно взглянули на Брисбена, ожидая приказов.
– Все, что я скажу с этого момента, совершенно секретно и должно восприниматься согласно протоколу, – начал полковник. Дюжина голов кивнула в ответ, одновременно, словно их потянули за веревочки. – С большой вероятностью объект перед нами – это «Жаворонок», эсминец Военного Флота Европейского Союза. Корабль покинул порт приписки семнадцатого декабря 2204 года. Цель: тестовая территория Отдела Развития Флота, база Берген. Груз…
Полковник проверил плотность перчаток, сперва левой, потом правой.
– …Груз: полный личный состав и оборудование Первой Роты Гибридов.
Одиннадцать вопросительных взглядов и одна несмело поднятая рука. Лейтенант Риз. Согласно данным, прекрасный психолог, но на полевые операции переведен недавно – такие, как Риз, занимались главным образом анализом записей. Это было заметно. У ветеранов вообще не возникало вопросов. Все важные вещи и так будут сказаны.
– Да, лейтенант?
– Гибриды? Я не знаю такого подразделения.