Гамбит некроманта
Шрифт:
Глава 25
— Ты серьезно? — Жека поднял взгляд от листка и воззрился на него, словно на безумца.
Впрочем, именно им Некр себя и ощущал. Давно им не владело столь сильное вдохновение и жажда деятельности. Оно гнало вперед, не давая ни мгновения поразмыслить, остановиться, сложить все цифры, выписать «за» и «против», разглядеть риски и попытаться их сгладить хотя бы немного, вовремя вильнуть в сторону, пропуская по касательной разящий удар. Но ведь так и следовало поступать, имея дело с библиотеками, — отвергать логику, действовать по наитию, идти в
— Более чем, — ответил Некр мягко, стараясь успокоить бдительность и подозрительность своего нового ученика, стремясь, чтобы Жека не решил, будто он пытается обезопаситься от него. — Мне очень нужно, чтобы ты сказал именно это.
— Но я не библиотекарь…
Некр вздохнул и обратил взор горе.
— Хуже не сделаешь в любом случае, — заметил он.
— Я не умею!
«Ну да, излюбленная тактика людей: прятать голову в песок. И безразлично, что страусы так не поступают, суть ведь от этого не меняется», — подумал Некр.
— Но попытаться-то стоит! Не лишай меня хотя бы зыбкого шанса!
Некр понимал: произнести написанное для Жеки равносильно признанию. Тот отчаянно не желал быть хранителем знаний. Он хотел на Рубеж, вступить в Гильдию. А еще он оказался первым человеком на его памяти, которому с первого же взгляда сильно не понравилась Лина — до отвращения просто.
И конечно, Жека сейчас вспомнил именно о ней.
— Если ты попросишь ту библиотекаршу, эффект будет лучше, — заявил он столь просто, что Некр восхитился: вот же наивность человеческая!
— О таком не просят посторонних, — сказал Некр чистую правду и не мог не попасть в цель.
Жека вздрогнул, взглянул недоверчиво, почесал переносицу явно у Некра перенятым жестом и неуверенно улыбнулся. Кажется, между ними осыпалась с звучным хлопком и острыми осколками последняя невидимая стена.
Если Некр и подтолкнул его к принятию нужного себе решения, то совсем немного:
— Ну же, Жека. Прошу...
Он сглотнул, откашлялся и прочел громко и четко:
— Некр, ты никогда не станешь выполнять приказов хранителей знаний. С этого мига никто из библиотекарей не имеет над тобой власти: ни погибшие, ни существующие, ни те, кому только предстоит родиться! — Жека скомкал листок и вернул его. Некр взял, повертел его в руке и развеял прахом. — И я тоже отказываюсь от любой власти над тобой и прочими некромантами, — добавил он от себя.
— Точно не пожалеешь? — уточнил Некр и получил прямой пристальный взгляд и ответ:
— Ни на секунду.
— Хорошо.
— А вот продолжать оставаться наивным идиотом мне, пожалуй, пора заканчивать, — произнес Жека неожиданно резко, но не зло, а так… обозначая и то, что раскусил чужую игру, и что оценил усилия, на нее потраченные. — Манипулятор ты, Некр, посильнее Лины, — припечатал он.
— Лишь немного, — рассмеялся Некр, причем снова вполне искренне. — Извини.
Жека кивнул, принимая.
— Зато от меня теперь не отделаешься.
— И в мыслях нет, — заверил Некр. — Но… если со мной что-то…
—
— До тебя я дотянусь и из Нави! — пообещал он.
— Заранее трепещу и ловлю на слове.
«Дерзость — это похвально», — напомнил себе Некр, покачав головой.
— Но лучше оставайся воплоти и здесь.
— Я постараюсь. А ты, если так выйдет, что я отлучусь, удержишь от глупостей Романа. У тебя получится, уверен, — сказал Некр и умолк, вслушиваясь в тревожную тишину, разлившуюся вокруг, и пробуя из мешанины чувств и эмоций, блуждавших по лицу Жеки, определить главное — ответ.
— Да он же тебя убьет за такие просьбы, — сказал тот, легко разобравшись в их «высоких» взаимоотношениях, в которых сам Некр плавал, словно котенок, упавший в реку с моста.
— Вот пусть и убивает. Потом.
— И меня заодно.
— А вот это вряд ли, — Некр прищурился, пробуя высмотреть, что на самом деле его тревожит. Вряд ли Жеку волновала дуэль с Романом, невозможная даже теоретически. Однако так и не понял. — Вы ж теперь оба — мои ученики. Ты для него побратим, соратник и вся подобная рыцарская чепуха вкупе. Потому можешь по поводу себя быть абсолютно спокоен: даже по физиономии не прилетит. Но… у тебя есть Дари, а у Романа нет никого близкого. Я не прошу клятв, Жека, просто кивни.
Тот выполнил просьбу.
— А теперь… Время звонить друзьям-знакомым, — напомнил Некр, пока в голову не пришло попросить еще о чем-то. В конце концов ему сейчас преподнесли множество действительно важных подарков: легко, искренне, если и рассчитывая на ответную услугу, то лишь в виде хорошего отношения и обучения. Библиотекарь никогда не повел бы себя так, а вот коллега-некромант — только так и сделал бы. В общении с тем, кого полагал своим.
***
Лес дышал шелестом листьев, звоном насекомых, ароматами спелых трав, земли и перегноя, обещал прохладу и свежесть всем, вступившим под деревья. Он был чужд Некру: не враг и не соперник, просто посторонний, к которому лучше бы не приближаться. Жизнь — не противоположность смерти. Жизнь и смерть — лишь два равноценных состояния, в которых поочередно пребывает каждый. А вот эмоции — совсем иное. Бурление страстей дарило Некру почти физический дискомфорт, а он, в свою очередь, раздражал холодностью и жутью подвластной ему силы тех, для кого фонтанировать чувствами было сродни дыханию: естественным процессом, от существования не отложным.
Будь его воля, Некр держался бы от этого места подальше. Однако не прийти сюда он не мог.
Когда он и Жека вылезли из машины, метаморфы уже поджидали их на опушке. Вряд ли осознанно они сгрудились в кучу, словно намереваясь дать отпор врагу. Стайность — в крови у подобных созданий. Они объединяются и будучи недругами, стоит забрезжить угрозе. В отличие от них некроманты — сплошь одиночки. Даже выступая сообща и относясь друг к другу с большой теплотой, они действуют и оценивают ситуации лишь с собственных позиций.