Галлоуэй, мой брат
Шрифт:
Дальше к востоку, на почтовой станции неподалеку от Пагос-Спрингс, высокий плечистый человек на гнедой лошади подъехал к коновязи и слез с седла. Конюх, державший наготове упряжку для приближающегося дилижанса, глянул на лошадь.
— Великолепное животное, только вы его загнали.
— Пришлось поторапливаться. — У высокого человека была густая копна волос, выбивающихся из-под шляпы с плоскими полями и дыркой от пули, револьвер он носил низко, кобура внизу была привязана к ноге.
— Не найдется ли в вашей конюшне
— Единственная подходящая — это рыже-чалая, вон там в стойле стоит. Только я не знаю, захочет ли ее хозяин меняться. Но, может быть, согласится продать. Он играет в покер, и почва быстро уходит у него из-под ног…
Высокий незнакомец прошел по твердой, утоптанной земле двора. Одет он был в поношенную овчинную куртку и полосатые брюки. Каблуки на сапогах были стоптаны. Он вошел в конюшню, глянул на лошадь, потом развязал узел, вывел ее наружу и поводил по двору. Привязал лошадь на место и вернулся. Вытащил из кармана сигарный окурок и сунул себе в зубы. Прикурил, потом, прищурясь, глянул на конюха.
— Этот человек там, внутри? И что, действительно проигрывает?
— Проигрывает, если за последние пять минут ничего не изменилось. Мистер, с этой лошадкой ошибки не будет. Она и резвая, и выносливая.
— Я это увидел. Можно тут у вас в конюшне мою оставить? Я буду проезжать мимо на обратном пути через несколько дней. Мне тут надо навести порядок в одном небольшом деле… семейном деле.
Высокий незнакомец вошел в помещение станции. В углу, рядом с окошечком кассы, сидели три человека, занятые чем-то своим, рядом на полу лежал их багаж. В другом, конце комнаты был бар и стояло несколько столиков. За одним из них играли в покер.
Высокий подошел к бару, заказал пиво и, держа кружку в руке, неторопливо побрел туда, где шла игра. Владельца лошади он определил сразу.
Тот внимательно рассматривал карты, которые держал у самой груди, и лоб его был усеян каплями пота. Двое из игроков уже вышли из игры, а остальные двое были явные шулера. Высокий знал обоих в лицо, но это его не касалось. Человек, который играет в покер, не должен садиться за стол, если не может расплатиться, а если он играет с карточными жуликами, значит, судьба к нему неблагосклонна.
Один из игроков, человек с бриллиантовой заколкой в шарфе, бросил в банк две фишки.
— Поднимаю на двадцать, — сказал он. Второй шулер сделал то же самое.
— Подождите минуту, — сказал проигрывающий. — Я достану денег. Я сейчас…
— Я дам вам двадцатку за вашу лошадь, — предложил игрок с бриллиантовой булавкой.
— А я дам ему тридцать пять, — сказал высокий незнакомец. — Наличными и немедленно. Игрок поднял на него глаза.
— Вас не приглашали принять участие в беседе, — сказал он, нахмурив брови. — Мы с мистером Лиггитом обсуждаем торговую сделку.
— А
— Да послушайте же! — запротестовал Лиггит. — Это отличная лошадь! Эта лошадь стоит кучу денег!
— Она стоит столько, сколько я сказал, — нагло ответил игрок. — Даю вам две минуты. Или ставьте деньги, или бросайте карты.
— Мое предложение о тридцати пяти остается в силе, — сказал высокий незнакомец.
Во взгляде игрока появилась угроза.
— Я начинаю немного уставать от вас, — сказал он. — Даже уже немного устал.
— Подождите минуту! — сказал Лиггит. — Я принимаю это предложение. Отдаю за тридцать пять. Игрок не сводил глаз с высокого человека.
— Я сказал вам, — произнес он ровным голосом, — что я…
Игрок этот на самом деле не был тем, что мы понимаем под словом «игрок», то есть азартный, рисковый человек. Он играл краплеными картами и костями с грузиком внутри, а когда пускал в ход револьвер, тоже предпочитал не рисковать… Внезапно у него в мозгу предупреждающе и тревожно звякну л колокольчик. Этот здоровенный парень слишком уверен, слишком ко всему готов… и не волнуется. Ни капли…
— Отдайте ему тридцать пять долларов, — сказал картежник, — и продолжим игру.
Высокий человек полез в карман, а игрок схватился за свой револьвер. По обычным представлениям, его попытка должна была принести успех. Он видел у высокого единственный револьвер, в кобуре, а правая рука его находилась в кармане.
Но незнакомец выхватил револьвер и выстрелил… выхватил револьвер из-за пояса левой рукой и выстрелил игроку в третью пуговицу жилета.
Мгновенно наступила тишина, пропитанная едким запахом порохового дыма. Лиггит, с болезненно-бледным лицом, медленно отодвинулся от стола.
— Я пойду, — сказал он. — Думаю, лучше я пойду…
— Подождите. — Высокий человек положил на стол тридцать пять долларов.
— Прошу написать купчую на рыже-чалую лошадь с одним белым чулком и открытым снизу клеймом в виде буквы «А» под двускатной крышей — «Открытое стропило А».
— Но игра окончена. Мне уже не надо продавать лошадь.
— Вы согласились. Вы приняли мое предложение. — Высокий обвел взглядом помещение. — Прошу всех быть свидетелями. Он принял мое предложение, не так ли?
Свидетели были единодушны. Лиггит озирался кругом, обливаясь потом. Потом неохотно написал купчую и забрал тридцать пять долларов.
— Лошадь стоит намного больше, — пытался спорить он.
— Стоит, — согласился высокий человек. — Я вам советую, поскольку игра прервана и никто не знает, как она обернулась бы дальше, забрать половину того, что лежит на столе.
Тут у второго шулера прорезался голос.
— Черта с два! — сказал он. — Я все честно выиграл! Я…
Улыбка высокого не была приятной.