Гадюка
Шрифт:
— Прекращаю, когда близится бой. Иногда я не пью несколько месяцев, - внезапно оправдываясь, закончил он.
— А что бывает в другое время?
— Это помогает. Становится легче. Помогает не видеть лицо Хуана, когда я закрываю глаза. И твоей матери. Я даже не попытался спасти ее, Марк.
— Она была уже мертва. Ты бы не смог...
— Мне ее не хватает. Иногда я думаю, что любил
— Заткнись.
— Моя мать своенравна. Ты знаешь об этом. Она делает все, что ей нравится, а не то, что правильно и ответственно. Она живет, не думая о будущем. Твоя мама, по крайней мере, старалась держать нас в узде.
— Слегка опрометчиво рассуждать о безответственности тети Софии, допивая бутылку Патрона.
Чуито вздохнул, осунувшись в одночасье.
— Она не поедет в Пуэрто-Рико.
— !Me cago en n'a! (10) - воскликнул Маркус.
– Ты должен был ее уговорить!
— Шшш!
Чуито приложил палец к губам, а затем указал в сторону квартиры соседки.
— Она спит.
— Почему ты не уговорил ее?
– Маркус понизил голос.
— Потому что она, как и ты, упрямая и не хочет принимать помощь, - прорычал Чуито.
– Я вообще ничего не могу заставить ее делать. Связываться с вами обоими это как пытаться обуздать два урагана.
— Все дело в глазах. Из-за них мы такие сексуальные.
Маркус опустил взгляд на стакан с выпивкой. В отличие Чуито, он терпеть не мог это дерьмо, но достаточное количество алкоголя в крови помогало ему представлять, что это ром.
— Такие чокнутые. У нее появился chico (11). Она думает, что влюблена. Уверен, они расстанутся через неделю.
— Почему ты придираешься к матери? Глаза заставляют chicos (12) хотеть ее, так же как и chicas (14) хотят меня. Может, если бы и у тебя были такие же, ты бы понял.
— Они не доведут тебя до добра. Ты его знаешь?
— Фернан, верно? Он ничего. Для кубинца.
— Co~no!
Чуито уронил голову на руки.
— Кубинец! Это даже хуже, чем твоя gringa.
— Какого хрена ты осуждаешь нас, у тебя свои проблемы с gringa.
— У меня нет gringa. У Элейн есть парень. Какой-то хрен по имени Эдвард. Вероятно, они поженятся.
— Эдвард в курсе, что она каждую ночь приходит к тебе в спальню?
—
– Господи, я ненавижу этого pendejo (14)! Он ее совершенно не ценит.
Маркус сделал глоток и посмотрел на кузена.
— Ну и кто сейчас размазывает сопли, chica?
Чуито лишь отмахнулся.
— Трахни ее, и она забудет об Эдварде.
Маркус осушил стакан. Ему явно требовалось нагнать Чуито.
— Вы с ней дурачились?
— Нет.
— Начинаю думать, что тебе требуется пара уроков в этой области.
Маркус снова налил выпивки.
— Когда в следующий раз она придет к тебе, никаких больше разговоров. Не спрашивай, просто сделай. Раздвинь ей ноги и уткнись лицом в ее киску. Ей понравится. Им всегда нравится.
Чуито поднял голову и посмотрел на двоюродного брата.
— Как ты смог настолько понравится той училке? Ты же последний парень на планете, которого она должна была захотеть.
— Я только что рассказал тебе, как.
— Ты только что... Ты?
– Чуито указал на Маркуса.
– И ей нравится?
— Очень.
Маркус покрутил стопку в руке и опрокинул содержимое в рот, поморщившись, затем толкнул ее по столу кузену и уронил голову на руки, как до этого делал Чуито.
— Я чувствую себя таким pendejo. Я ушел, когда она спала. Я даже не попрощался. Не смог.
— Тогда оставайся.
— В этом городе? Где каждый считает, что я гангстер? Нет, спасибо.
— Так ты и есть гангстер. Ты же только что сказал, что она не против.
— Посмотри на свою руку, козел. Я не единственный гангстер в этой комнате.
Он поднял голову и посмотрел на своего двоюродного брата.
— Обещай позаботиться о ней. Мне нужно знать, что никто больше не сможет ей навредить. Я не смогу спокойно работать на Энджела, пока не буду уверен, что ты присматриваешь за ней. Это единственный способ успокоить меня.
— Почему?
— Потому что ты доводишь до конца все, за что берешься. Ты не портишь все, как я.
Маркус снова уронил голову на руки. Его голова отяжелела, появилось чувство, что комната вращается.