Шрифт:
Художественное электронное издание
Художественное оформление Валерий Калныньш
Редакторы Валерий Хаит, Регина Данкова
Художественный редактор Алексей Иванов
Корректор Елена Плёнкинаz
Действующие
Кошка Скрябин, известный персонаж, героиня нескольких книг автора. Умна, как человек. Как умный человек. Была куплена в подарок. Верней, был куплен. Кот. Который оказался кошкой. Но имя осталось прежним.
Кошка Соня, блондинка. И по интеллекту тоже. Но беспрекословно слушается кошку Скрябин. И правильно делает!
Пёс Амур, лайка. Почти медведь. Сильный, большой, наивный и доверчивый. Радостный, голосистый и прыгучий. Любит снег.
Маруся, автор. Это она таскает в дом с улицы всех животных. Люди тоже приходят, подолгу сидят, гостят, но пока не остаются.
Бабуля, всехная кормилица, поилица и утешительница.
Аркадий, хозяин. Главный ответственный за собаку Амура. Потому что, кроме Аркадия, с Амуром не может справиться никто.
Девочка, дочь Маруси и Аркадия. Студентка.
< image l:href="#"/>А как было…
– Дядя, возьмите меня домой! – пропищало что-то серое, худое, размером с мизинец. – Дяяядя! – скрипело что-то в траве.
– Я не дядя.
– Ну тётя. Возьмёшь меня, тётя, а? – надрывался кто-то. – Я буду верный ваш навсегда насовсем. А когда я приду в себя и чуть округлюсь, я заставлю вас, дядя… тётя! – кто вас там разберёт в этих ваших штанах! Мааау! – я заставлю вас, ваших детей и всех ваших родных прыгать от радости, что я у вас есть, такой замечательный. Стану толстым красивым котом, ласковым и даже вороватым. А?! Ааа?! Мяя?!
Серое, худое с трудом выбралось из-под листа подорожника, доползло до туфли, зацепилось когтиками, преодолело длинный путь от носа туфли до застёжки, забралось на ногу и повисло на брючине, продолжая орать.
– Ну пошли, что с тобой делать…
– Ага. Пошли-пошли. Я тебе скажу, что со мной делать.
Крошечный, лапы как четыре червяка, короткий жалкий треугольный хвостик, полуслепой. Он мне расскажет, а как же, он мне объяснит…
– И что с тобой делать?
– Кормить! Хочу есть, много есть! У тебя есть много есть? Я волнуюсь, чтобы было много есть. Есть?
Ну вот, понятно. Объяснил.
Он ковылял еле-еле. Когда торопился, а он всегда торопился, то путался в лапах, спотыкался и заваливался набок, а то и падал на спину вверх тормашками. Вокруг
Стали кормить из шприца – верещал, скандалил, подвывал, хватал шприц двумя руками и двумя ногами, чтобы не отняли, высасывал содержимое с такой скоростью, что поршень сам сдвигался вниз, а нам оставалось только придерживать котёнка и шприц. Кот ел неаккуратно, чавкал, хлюпал, швыркал, молочная смесь заливала ему морду, живот, лапы и хвост. Он высасывал еду, мгновение ещё мрачно разглядывал длань кормящую – что? и это всё? – и тут же мягко отваливался, засыпал прямо в ладони. Мокрый. Тёплый. Маленький. Скандальный. Одинокий. Безымянный.
Кошки Скрябин и Соня брезгливо рассматривали котёнка и фыркали. Скрябин шипела, Соня поджимала рот, сопела и закатывала глаза. Переглядывались. Шушукались.
– Опять они что-то принесли. Люди.
– Нда. Подбирают и тащат в дом. Всякое.
– Их одних отпускать на улицу нельзя, всё время что-то подбирают и волокут.
– Нда-кх. Нельзя. Волокут.
– Вы только посмотрите, посмотрите, кошка Соня, какие у него тонкие дрожащие конэчности… Разве ж это конэчности?
– Да что конэчности, вы посмотрите, какой он тощий, а голова большая…
– А хвостик! Фффшшш! Ахахаха! Короткий. И эта форма – треугольный. Вы когда-нибудь видели треугольные хвосты у благородных котов?
– Никогда! – честно ответила кошка Соня, потому что, кроме кошки Скрябин, она в своей жизни вообще никаких котов не видела, поскольку жила безвыходно дома и на улицу выходить не желала. Благородные кошки по улицам не гуляют. Они ездят. К врачу. В ветеринарную аптеку. А так – дома сидят и в окошко смотрят.
– Гадкий, – поморщилась Скрябин, – какой гадкий котёнок.
– Нда, гадкий, очень гадкий котёнок, – согласилась кошка Соня.
Так шептались кошки и брезгливо фыркали.
– Вы вообще забыли, как вы сюда к нам в дом попали?! – строго спросила бабушка.
– Меня купили, между прочим, в подарок бабуленьке моей. (И только моей! Да?) – Кошка Скрябин снизу заглянула бабуле в глаза и нежно потёрлась о её ногу. – За деньги, между прочим, купили. За много этих грязных бумажек, которыми бабуся не разрешает поиграть. Я – дорогая. Я – элитная. И ещё за меня дали коробку с этими… Как их… ну с этими… Такие… вонючие такие…
– Конфеты, что ли? – подсказал пёс Амур с террасы. – А чё это они вонючие? Они вкусные. Сладкие. Мням. Ффлль! – облизнулся Амур. – Вот звери эти люди, да? Сами едят. Меня не угощают.
– Ой-ой! – засмеялась кошка Соня и принялась делать себе маникюр, дёргать зубами когтики на задней лапке. – Да знаем мы, как вас купили, кошка Скрябин. Элитная она. Вас вообще покупали как кота! И когда обнаружили, что вы не кот, начался скандал. Маруся хотела вас вернуть! И даже посадила вас в корзинку. И даже пошла к двери. И даже… И только благодаря бабулиной добротеее…
Конец ознакомительного фрагмента.