G.O.G.R.
Шрифт:
– Куда, сейчас уже стемнеет! – предостерёг Кошко. – А когда заходит солнце – из Чёртового кургана выходит чёрт…
– Нету чёрта! – отрубил Серёгин. – А до сумерек мы успеем разыскать его!
Пётр Иванович решительно распахнул дверь и сразу же лоб в лоб столкнулся с Сидоровым.
– Саня?? – изумился Серёгин, застряв в дверях.
– Ага, – кивнул Сидоров. – Что-то случилось?
– Хлебоедов сказал мне, что ты в пещере потерялся, – выдавил Серёгин.
– Суслик он, – буркнул Сидоров. – А я в пещере Маргариту Садальскую видел.
Сержант подробно
– Мы эту штуковину сначала в пещере видели, – говорил Сидоров. – Она там ещё куда-то поехала, вниз. А потом – я случайно вышел к «тринадцатке», – так Сидоров называл дом покойного Гопникова, – и там же снова на неё наткнулся!
– Следы колёс этой машины совпадают со следами из пещеры из Донецка, – вставил Хлебоедов. – Можно сказать, что это была одна и та же машина.
Серёгин стоял, ошеломлённый сообщением и тут же из-за двери архива возникла голова Семиручко и изрекла:
– Мы нашли то, что пропало. Пропали документы Гопникова.
Оказалось, что после того, как похоронили Гопникова, вернее, закопали пустой гроб – его дом обыскали и забрали в архив все обнаруженные там документы. Их держали на отдельной полке, надеялись, что объявится хоть какой-нибудь родственник Гопникова и заберёт их, но никто так и не явился, а документы покрылись пылью и заросли паутиной. Бумаги Гопникова были зарегистрированы в журнале, Семиручко дошёл до этой записи, а Клавдия Макаровна, подойдя к полке, обнаружила на месте документов только свободный от пыли квадратик.
– Спасибо, – поблагодарил Семиручко Серёгин.
Пётр Иванович отправил Хомяковича и Кошко обратно в Красное, и вместе с ними уехал и Вавёркин, потому что ему не терпелось найти паяльник и припаять обратно оторванные присоски. Хлебоедов тоже уехал – в Донецк – потому что Недобежкин дал ему командировку всего на один день. А Серёгин и Сидоров поехали «на базу», к Фёкле Матвеевне – чтобы придумать новый план.
– Ой, ребятки! – обрадовалась Фёкла Матвеевна, когда Серёгин и Сидоров переступили порог и вошли в хату. – А я уж волноваться почала!
Ужин у Феклы Матвеевны, как всегда, был отличным. Заморив изголодавшегося червячка, Пётр Иванович и Сидоров засели за составление плана.
– Я обратил внимание на стену в погребе, – сказал Серёгин. – Она кирпичная, замшелая такая. А вот посередине там есть такой участок, как будто бы из более свежих кирпичей. Дверь там была когда-то, что ли…
– В винный погреб? – подсказал Сидоров, вспомнив старый чертёж.
– Да, в погреб, в погреб, – согласился Серёгин. – Я считаю, что нам стоит ещё раз попробовать сломать её. Скорее всего, база шпионов была именно там, в винном погребе. И скорее всего, именно там обосновался наш с тобой «чёрт».
– Ну, шпионов пускай СБУ выкуривает, – протянул Сидоров, потому что вспомнил прозрачное чудовище, что живёт в доме и снова испугался
– Ну, наша – не наша, но прежде, чем вызывать СБУ, нужно сначала доказать, есть там кто-нибудь, или нет. А то – СБУ приедет, а там – ёк! И тогда нам и премия – ёк, и, может быть, в личное дело впаяют.
– Мне уже впаяли один раз, – буркнул Сидоров, имея в виду ту вселенскую взбучку, которую он получил за то, что упустил Светленко. – А что если опять появится монстр?
– Ну и плюнь на него! – отрезал Серёгин. – Нету монстров, это просто уловка. Давай спать, завтра вставать рано!
====== Глава 23. Черт лишается жилища. ======
Пётр Иванович и Сидоров приехали к «жилищу чёрта», можно сказать, с первыми петухами – часы Сидорова показывали «05:37». Оба были сонные, Серёгин вертел руль почти что машинально, а Сидоров – тот вообще посапывал в две дырочки на комфортном месте пассажира. Пётр Иванович притормозил у развалившегося забора и растолкал Сидорова:
– Пора, Саня, приехали!
Сидоров разлепил глаза и пробормотал в полудрёме:
– Ээ-ы, ку-куда приехали?
– Вылазь! – Пётр Иванович вышел из кабины на росистую траву.
Сидоров потянулся за ним с большой неохотой. Прохладный утренний ветерок забрался сержанту под одежду и мигом разбудил.
– Брр! – поёжился Сидоров. – Чего по утрам так холодно?
Пётр Иванович тем временем вытаскивал из багажника железный лом и хорошую, крепкую кирку.
– Идём, – решительно заявил он и махнул рукой, призвав Сидорова следовать за собой.
Сержант огляделся по сторонам и молча потопал туда, где обитает тот, кто…
Милиционеры спустились в погреб без приключений: «чёрт» тол ли спал, то ли ушёл куда-то. Пугать их никто не собирался, Серёгин и Сидоров прошли мимо заставленных банками полок и подошли к той стенке, которую они собирались сломать.
– Так и есть, – заключил Пётр Иванович, внимательно осмотрев осклизлые кирпичи, покрытые пушистыми мхами. – Тут, посередине, кладка свежее. Видишь? Все кирпичи совсем зелёные, а вот эти только начали покрываться мхом. Будто бы дверь заложили!
Сидоров постучал по «свежим» кирпичам своим ломом.
– А здесь, действительно, пустота! – сказал он.
– Эх, раззудись плечо! – выдохнул Пётр Иванович, и со всего размаху стукнул киркой в стену.
Послышался гул, во все стороны брызнули мелкие камешки.
– Давай, Санька, помогай!
Сидоров замахнулся и ударил ломом. Потом ещё раз и ещё. Вскоре стена поддалась, и лом Сидорова, пролетев лишние метра полтора, лязгнул о металл. Тогда милиционеры прекратили долбить, и Пётр Иванович посветил фонариком в образовавшуюся дыру. Но увидеть не удалось ничего, кроме блеска металла. Тогда Пётр Иванович принялся киркой отковыривать оставшиеся кирпичи. Сидоров помогал ломом. Через полчаса кирпичи были отодраны, и их обломки захламили пол. Взглядам милиционеров открылась металлическая дверь. Точно такая же, как та, которой кончался длинный извилистый ход налево от стога, такая же, как в «подземелье Тени», такая же, как в подвале «Хозтехника»!