ФЗЗ. Книга 2
Шрифт:
— Я хочу тебя, но не настаиваю… Если ты еще не готова… Ноэми, ты должна понимать… Я тоже оборотень, а инстинкты… тяга к сильному самцу… ты просто немного перевозбудилась…
Я честно старалась, отвлекала его поцелуями, но чем дальше, тем все серьезнее становился Глошад, и в итоге я зарычала:
— Клянусь, если ты сейчас же не замолчишь, я залезу в структуру твоей крови и сделаю это сама.
Он обнял мое лицо ладонями, прижался лбом к моему и хрипло попросил:
— Скажи, что тоже этого
Прижавшись к нему бедрами и грудью, притянув к себе руками и ногами, я честно призналась:
— Безумно.
Он едва заметно вздрогнул и улыбнулся.
С места мы так и не сошли. В Глошаде проснулся первобытный варвар, и первой пострадала одежда. Второй жертвой этого произвола стал магический светильник, который принц Вариэль сшиб в процессе.
А потом на смену варвару пришел чистокровный инкуб, потому что так сладко мне ещё не было никогда.
Малодушно зажмурившись, я превратилась в один дрожащий комок нервов. Тепло мужского тела, сводящий с ума аромат мяты, смешанный с запахом любимого мужчины, и тёплое дыхание на своей коже.
— С этой секунды ты моя. — Толчок, единение разгоряченных тел и хриплый шепот:
— С этой и до последней.
Нет, а кто против?
Не сразу, но до постели мы все-таки добрались. Лежали, тесно прижавшись друг к другу, и довольно улыбались.
— Страшно поверить, что это все правда.
Его руки сжали чуть крепче, и я сдавленно пискнула, почему-то млея от счастья. Глош прижался губами к моим волосам и жадно вдохнул. Я же водила кончиками пальцев по его груди, наслаждаясь незнакомой ранее усталостью и наполненностью.
И вот все бы хорошо, но уж слишком настойчиво барабанили в дверь и грозись сбегать за тараном и придворным магом.
— Страшно знать, что по замку бродит столько нетактичных людей.
Глошад чуть отстранился и провел большим пальцем по моим припухшим губам.
— Их можно понять. Все-таки не каждый день новый король отказывается от власти, чтобы отдать ее в руки любого желающего.
— Любого желающего? — переспросила я, всем видом давая понять, что не так наивна, чтобы поверить в эту байку.
— А тебя не обманешь, кошечка.
Меня поощрили легким поцелуем и начали колоться:
— Я слишком хорошо представляю, что бывает с теми, кто нарушает данные клятвы. Эддар нашел бы способ отплатить мне за самонадеянность. Как ты знаешь, Итон не пришел бы в восторг от перспективы передачи ему власти. Иное дело, если престол — средоточие власти и многовекового величия Аристалии — стоит брошенным. В подобной ситуации Итон не сможет остаться в стороне и примет участие в совете, чтобы скорректировать судьбу Аристалии и не дать глупцам поводья.
— Да, но почему ты уверен, что его изберут новым правителем?
Глошад
— Потому что Итон хорош. Чертовски хорош. Он сделал так много для людей, что теперь не в состоянии отвертеться от их благодарности. К тому же я подстраховался и через Ильсора пригласил на совет всех должников Итона-Бенедикта. Канцлер на нашей стороне и в нужный момент предложит совету кандидатуру, которую однозначно выберут новым правителем.
Честное слово, поражает его уверенность, а еще… хитрожопость.
Это надо же провернуть такую схему!
В дверь вновь загрохотали, призывая на голову старшего наследника все известные кары и проклятия.
— Может, откроешь, пока они не решились на штурм окна?
— Зачем? — искренне удивился Глош, поднимаясь и накрывая своим телом. — Я свои обязанности выполнил, полномочия передал. Это пусть господа глотки рвут, препираясь из-за каждого пункта, а у меня выходной. Законный, между прочим.
Возражать я не стала. Зачем, если в спальне еще так много поверхностей, которые мы не опробовали.
— Узнаю, что ты собралась мне изменить, размажу этого гада в тонкий блин, — неожиданно зло выпалил Глошад.
Я притянула его к себе и шепнула в самые губы:
— Не разочаровывай меня как мужчина, и мне не придется искать других.
— Я запомню, — тихо пообещал Глош, нежно целуя.
А в дверь все долбились и долбились…
Эпилог
— Шархай, какого покусанного канниса… Ой, Лиам, ты тоже тут?
Оборотни слаженно подняли головы, глянули в мою сторону и так же слаженно вернулись к прерванному занятию, а именно к порче стены западной пристройки.
Заинтересованная, я приблизилась к укромному уголку, где, высунув от усердия языки, трудились друзья. Просто не часто такое видела.
— Вы что тут делаете? Экзамен вот-вот начнется, а Гуля терпеть не может, когда кто-то опаздывает на ее проверки!
Теперь я стояла рядом с парнями и могла оценить выведенные несмываемыми чернилами формулы.
— Это что? — строгим тоном уточнила я.
Тигр подбоченился, а волчонок с гордым видом пояснил:
— Послания будущим студентам.
Я подняла глаза выше, узрела на стене здания крупную и столь же корявую надпись «МЫ ЭТО СДЕЛАЛИ. СЛАБО ПОВТОРИТЬ?», еще разок всмотрелась в формулы, прониклась размахом и присвистнула.
Шархай поделился со всеми желающими нестабильным, но очень мощным заклинанием, позволяющим списывать под носом у преподавателя. У него самого, правда, не очень вышло. Заклинание засбоило аккурат в тот момент, когда он прятал шпаргалку в рукав, был схвачен на горячем и ещё четыре раза приходил к профессору Тесме на пересдачу.