Фурия

Шефф Вийя

После совещания, которое длилось почти два часа, Алекс подходит к столу, выуживает понравившиеся и надевает.

— Тебе идёт… — мельком гляжу на него поверх бумаг.

— Я есть хочу, пойдем, пообедаем где-нибудь, — раскручивает стоящее рядом кресло.

Я достаю из стола красную папку и кидаю перед ним.

— Что это? — смотрит на неё непонимающе.

— Меню. Выбирай, говори номер и через двадцать минут тебе всё привезут.

— Вот он — прогресс! Я так не хочу… Посмотри, какая погода за окном. Поехали в какой-нибудь

ресторанчик, — наклоняется и ставит руки на мои подлокотники.

Взгляд в окно. Пасмурно, вот-вот пойдёт дождь.

— Так себе погодка, — бурчу я, глядя ему прямо в глаза.

Он нависает надо мной.

В этих голубых омутах глаз можно утонуть.

— Самая то, для посиделок в уютном ресторанчике с чашкой горячего кофе, — улыбается мне.

— Здесь чай больше любят…

— Да пофигу. Поехали, а?

Где он прятал старого Алекса? Почему сейчас передо мной тот, кого я любила пять лет назад? Тот, кому невозможно сопротивляться.

— Ладно, — сдаюсь я.

Он довольно расплывается в улыбке и подаёт мне руку. Я с осторожностью прикасаюсь к ней. Место соприкосновения колет иголками, поэтому почти сразу отдергиваю.

Он нахмурится.

Я выключаю компьютер. Не глядя, делаю шаг, чтобы идти к двери и упираюсь в торс Алекса. Он вплотную.

— Ты меня боишься? — произносит тихо, не отрывая глаз от моего лица.

— Нет. Беспокоюсь о спокойствии твоей будущей жены.

— Тебе не нужно об этом волноваться. С ней всё нормально будет.

— Может, пойдем? Ты есть хотел… — напоминаю ему.

Он несколько секунд всё так же пристально смотрит в глаза, а потом отходит в сторону и пропускает меня вперёд.

Мы приехали в небольшой ресторанчик, который находится в нескольких кварталах от офиса. Я сюда захожу иногда выпить чай.

Официант узнаёт меня и прямиком отводит в отдельную маленькую комнату. Большинство ресторанов рядом с бизнес центрами имеют такие. Богатые и знаменитые не любят есть у всех на виду.

Мы удобно устроиваемся в мягких креслах друг напротив друга. Алекс изучает несколько минут меню, потом убирает в сторону.

— Закажи что-нибудь ты. Я слышал про традиционную британскую кухню, здесь хвосты и копыта едят. Я такое не хочу.

Смешно.

— Про копыта не знаю, а хвосты действительно едят. Ещё желудки, кишки.

Алекс сморщится. Я снова смеюсь.

Какой же ты брезгливый!

— Ладно. Нам Стью, Уолтдорф, Эрл Грей и Трайфл с малиной, — перечисляю официанту.

— Вино? — спрашивает он у меня.

— Нет.

— Хорошо, — кладёт блокнот в карман и удаляется.

— Надеюсь это вкусно? — интересуется у меня Гроу. — Раньше мы не посещали рестораны с английской кухней.

— Вкусно. И твоя психика не пострадает от вида блюд из внутренностей. Англичане предпочитают больше курицу, это ещё со времён индийских колоний. А то что ты перечислил чаще популярно к северу — Шотландия, Ирландия.

—

Как ты тут живёшь без русского борща или жареной картошки?

Я снова смеюсь. Разве дело в еде?

— Я сама это могу приготовить. Да и русских ресторанов тут полно.

— Отлично. Ужинать идём туда.

— Ужинать мы будем дома, — заявляю твёрдо. — Я сама приготовлю.

— Почему ты не наймешь домработницу?

— Времени нет. А старая с мужем осталась. Есть приходящая уборщица.

— Куклы, домработница, что ещё с ним осталось? — облокачивается о стол и складывает руки в замок.

— Всё, кроме компании, квартиры в Москве и моих счетов. Общих у нас не было. Даже квартира, в которой мы живём, мне не принадлежит.

— Ему?

— Нет, записана на фирму.

— Как так получилось, что ты, по сути, осталась на улице?

— Я сама отдала. К сожалению, здесь даже наш брачный контракт имеет маленькую силу, они вне закона. Если бы не отдала это всё — лишилась бы половины, так как я более финансово обеспечена. Дома, яхты, машины можно купить, а вот потерять своё дело я не могу, слишком много времени и сил вложила. Он и так получил десять процентов акций, которые были на нём записаны. Я могла вернуться в старый таунхаус, в котором прожила здесь много лет, но там слишком много воспоминаний.

Официант приносит наш заказ.

— Как Мария Ивановна поживает?

— Она умерла полтора года назад от рака желудка. Болезнь развивалась очень стремительно.

— Жаль… Милая была старушка… Как же ты тогда бы поселилась там?

— Она оставила всё мне…

— У неё вроде сын был, — сводит брови Алекс.

— У неё да, а у него её не было. Ему на мать было наплевать, прилетел только на похороны. Она до последнего надеялась, что он приедет с ней попрощаться.

— Ублюдок, — выпаливает Алекс.

Я согласна с ним.

Пока обедаем, телефон Гроу звонит раз десять. Я замечаю, что это отец.

— Поговори с ним. Наверное, что-то важное, раз звонит столько раз.

— Я знаю, что он скажет…

— Знаешь, я бы всё сейчас отдала, чтобы хотя бы минуту поговорить со своим отцом. Очень жалею, что когда-то вот так же скидывала звонки от своих родителей.

Он смотрит на меня задумчиво.

Телефон снова трезвонит. Алекс мнётся. Явно не хоче, чтобы я слышала их разговор.

— Извини, я отойду ненадолго…

Я качаю головой.

Его не было минут десять. Вернулся дёрганный и на взводе.

— Всё нормально?

— Да, — натянуто и неестественно улыбается.

— Не похоже.

— Просто он спокойно разговаривать не умеет.

— Это точно, — брякаю вслух.

— Ты о чём? — подозрительно прищуривается Алекс.

— Да так…

— Он тебе звонил?

— Да, после твоего падения. Орал на меня, как ненормальный. Пришлось его послать.

— Вот почему он против тебя. Назвал дерзкой дрянью.