Фурия Курсора
Шрифт:
Тави посмотрел вверх на тяжелые грозовые тучи с их промозглым дождем и алыми молниями, в то время как канимы двигались от своих позиций в Элинархе.
– Старый романский трюк.
Глава 47
– Вы уверены, что это сработает, стедгольдер? – тихо спросил Джиральди.
Центурион придвинул кровать в комнате к целительской ванне, и Исана теперь лежала на ней, ее рука была по-прежнему привязана к руке Линялого. Его меч в ножнах лежал вдоль
Исана сжала пальцами другой руки эфес меча.
– Да.
– Использование фурий во сне, – сказал Джиральди. Он не выглядел счастливым. – Это опасно.
– Линялый смог вступить в контакт со мной, когда я была в состоянии близком ко сну, – сказала она. – Если я усну, как и он, у меня может получиться связаться с ним еще раз.
– Он тут не вздремнуть прилег, стедгольдер, – сказал Джиральди. – Он умирает.
– Тем больше оснований, чтобы попробовать.
– Даже если вы сделаете это, – сказал Джиральди, – сможет ли это изменить ситуацию сейчас? Даже если он решит, что хочет жить, это все чего вы сможете добиться для него.
– Ты не знаешь его как я, – спокойно ответила Исана. – Его воля сильнее, чем у любого человека, которого я когда-либо знала. За исключением одного, возможно.
– И если его воля в том, чтобы умереть? – надавил Джиральди. – Я не могу позволить этому случиться с вами, Исана.
Исана почувствовала, как ее голос потрескивает от внезапного воодушевления.
– Только не у него. Ему просто нужно напоминать об этом факте, – она повернулась к центуриону. – Без перерыва.
Джиральди сжал челюсти и кивнул.
– Удачи.
Исана положила голову обратно на подушку и закрыла глаза, не переставая сосредотачиваться на своей фурии. Она старалась удержать концентрацию так сильно, как только могла. Ее изнеможение противилось этому, но только одно короткое, головокружительное мгновение. А затем…
А затем она вернулась в Кальдерон. Вернулась на двадцать лет. Вернулась в ту ужасную ночь.
На этот раз, правда, сон принадлежал не ей.
Она увидела молодую себя, спешащую сквозь ночь, с круглым из-за беременности животом, задыхающуюся от боли. Ее младшая сестра Алия шла рядом с ней, держа Исану за руку, чтобы поддержать ее, пока они спотыкаясь брели в ночи.
Арарис шел с ними, сначала впереди, потом рядом, затем позади, его взгляд оставался настороженным и наблюдал за всем вокруг.
В отдалении вспышки света на фоне ночного неба вырисовывали контуры деревьев и холмов в глазах Исаны ослепительно четкими. Отсюда рев сталкивающихся армий звучал как морской прибой на берегу во время прилива, в то время как Легион Короны бросал себя против орды маратов.
Она последовала за образами сновидения безмолвным и невидимым свидетелем, но осведомленность о вещах, о которых она знать не могла, наполняла
Она была удивлена тем, какой темп она могла тогда поддерживать, но была уверена, что и этого было не достаточно для того, чтобы уйти от преследователей. Исана со стороны наблюдала, как они миновали два вражеских поста, что стало шоком для нее – ведь тогда она их даже не заметила, и то, как Арарис на одном дыхании, молча, убил марата, притаившегося в засаде, и даже не упомянул об этом.
Исана увидела, как ее молодая копия потеряла равновесие и упала с криком, схватившись за живот.
– Вороны, – выругалась молодая Исана, задыхаясь. – Кровавые вороны. Кажется, роды начались.
Алия тут же оказалась рядом с ней, помогла ей встать и неуверенно оглянулась на Арариса.
– Вы уверены? – требовательно спросил Арарис.
Молодую Исану скрутил еще один спазм, и она выдала тираду из ненормативной лексики, достойную бывалого центуриона. Ей потребовалась минута, чтобы отдышаться, и она выдохнула:
– Судя по всему, да.
Арарис коротко кивнул и посмотрел по сторонам.
– Тогда нам нужно где-то укрыться. Недалеко отсюда есть пещера.
Он снова огляделся, делая выбор.
Сон застыл в этом месте.
– Это было моей первой ошибкой, – произнес голос рядом с Исаной. Это был Линялый – косматый, изувеченный, в лохмотьях – человек, сломленный испытаниями и временем.
– Линялый? – тихо спросила Исана.
Он поджал губы и покачал головой.
– Я не должен был оставлять тебя там.
Сон возобновился. Арарис растворился в ночи. Он как тень скользил по лесу, потратив три-четыре минуты на то, чтобы найти очертания входа в пещеру. Он тут же развернулся и бросился обратно к Исане и Алии.
Но, приближаясь, он внезапно заметил еще одного марата, притаившегося в тени не более чем в десяти футах от девушек. Он кинулся к ним, хватаясь за нож, но Исане казалось, что он двигался слишком медленно.
Марат возник из своего укрытия с луком в руках, обсидиановый наконечник стрелы уже был на тетиве. Гляда на сцену глазами Линялого, Исана поняла, что марат увидел золотистые волосы Алии – выделяющееся на общем фоне светлое пятно. Он целился в нее, потому что лучше ее видел.
Линялый метнул нож.
Марат выпустил стрелу.
Нож Линялого по самую рукоять вошел в глаз марата. Охотник начал падать, он был мертв еще до того, как его тело свалилось на землю.
Но стрела, которую он успел выпустить, поразила Алию. Девушка резко вдохнула и упала на руки и колени.
– Вороны, – прорычал Линялый и рванул к ним. Он замер на мгновение в нерешительности.
– Я в порядке, – сказала Алия.
Ее голос дрогнул, но она поднялась, кровь окрасила ее платье несколькими дюймами ниже лопатки.