Фурье

Василькова Юлия Валерьевна

Не так будет в фаланстере. Созданные здесь группы пажей и пажек будут служить не ради средств к существованию, как у «цивилизованных», испытывая при этом грубость и гнет своего господина, а только из сердечного порыва, из желания заниматься каким-либо делом. И никого не удивит, что в фаланстере пятидесятилетняя миллионерша Селианта, страстно увлекающаяся починкой вещей, видя, как за ее фазанами ухаживает молодой человек Бастьен, душевно располагается к нему и с любовью починяет его платья.

Фурье наставляет будущих организаторов фаланстера, что им нельзя отступать от такого именно соединения бедных и богатых. Нужно

помнить, что все предшествующие попытки реформаторов прежних времен создать ассоциацию потерпели поражение только потому, что объектом для них «выбирались массы бедных людей, которых подчиняли строгой монастырской дисциплине труда, убийственной для свободной игры серий».

И как итог: «Не следует упускать из виду, что какое бы то ни было сближение между различными классами мыслимо только при режиме ассоциации, а именно при гармонии минимума, обеспечивающего достаток низшим классам, при вежливости в отношениях между хозяевами и работниками, изяществе и чистоте мастерских, совершенстве обработки, разделении труда, краткости рабочих сеансов, свободном выборе профессии…»

Наивный утопист мечтает, что в такой общности состоит секрет единства интересов. Сплоченные в ассоциации, все классы общества забудут взаимную ненависть, так как «народу, увлеченному привлекательностью работы, не придется изнывать от ее тяжести, а богатые перестанут презирать физический труд, в котором они сами будут участвовать».

В этих мечтаниях лионского торговца превратить богачей в трудящихся, а трудящихся в капиталистов сказались его мелкобуржуазные иллюзии о возможности разрешить мирным путем все социальные противоречия.

ТРУД БУДЕТ РАДОСТНЫМ…

Постройка фаланстеров даст возможность по-новому организовать труд гармонийцев. «Цивилизованный» труд ненавистен потому, что они каким-либо одним его видом принуждены заниматься 12 часов подряд. Некоторые химические заводы, по словам Фурье, являются настоящими бойнями для рабочих. Если бы рабочий был занят на таких заводах 2–3 раза в неделю и не больше 2–3 часов в день, то такой труд не причинил бы ему никакого вреда.

Для организации труда в фаланге гармонийцы объединятся в группы и серии. В каждую группу из 7-и 9 человек войдут люди, питающие влечение к определенному виду деятельности. Группа, эта маленькая клеточка фаланги, и определит жизнь и труд гармонийцев. По подсчетам Фурье получалось, что в каждую серию войдет от 20 до 24 групп, а всего серий в фаланге будет не менее пятидесяти.

Если заниматься различными видами труда и маленькими непродолжительными сеансами, то такой труд принесет человеку только радость. Всем известно, что пчел и бобров никто не заставляет работать, но они трудятся и труд им доставляет наслаждение.

«Почему же нужно думать, — спрашивает Фурье, — что Господь отказал в этой милости нам, раз он предоставил ее животным? Русский, алжирец работают из страха перед кнутом и палкой, англичанин, француз — из страха перед голодом, вечно угрожающим их жалкому хозяйству; греки и римляне с их хваленой свободой работали, как это происходит теперь с неграми в наших колониях».

Почему же человек должен разрушать то, что создала природа? А природа вложила в человека страсть — жажду к переменам. Ведь даже удовольствие, длящееся более двух часов без перерыва, вызывает скуку, усталость и пресыщение.

Фурье предлагает

читателю свой распорядок жизни в фаланстере, который обеспечит разнообразный труд и участие гармонийца в нескольких сериях. Так, день небогатого члена фаланги Луки будет начинаться в половине четвертого утра. В 4 часа он работает с группой в конюшне, в 5 часов — в саду, в 7 часов завтракает. До обеда он успевает поработать в группе косарей, огородников и на скотном дворе. После 2 часов — в серии лесоводов и в мастерских. С группой огородников он польет грядки, встретится на бирже для беседы, а после 9 часов до сна примет участие в развлечениях.

Многие страницы своих произведений Фурье посвящал изложению способов сделать труд не только удовольствием, но и подлинным наслаждением, подчас ставя знак равенства между трудом и забавой. Работа в трудовых армиях, по его представлениям, будет для гармонийцев сплошным праздником и утехой для самолюбия и честолюбия.

Он намеренно отводит мало времени отдыху, объясняя это тем, что человек, постоянно занятый трудом-удовольствием, не будет утомляться. Фурье обеспокоен тем, что такой рабочий день может показаться продолжительным. Смена занятий согласно склонностям каждого человека поможет избежать монотонности в работе.

Среди утопических социалистов XIX века вопросу о том, как сделать труд привлекательным, больше всего уделил внимания Шарль Фурье. Энгельс в «Анти-Дюринге» заимствует из фаланги как нечто само собой разумеющееся непрерывную смену занятий у гармонийцев, смену, лишающую труд его постылого характера, делающую его приятным, превращающую его в игру, в спорт.

В утопических построениях Фурье предполагается применение в фаланге совокупности различных видов труда. Он мечтает объединить в фаланге труд домашний и земледельческий, торговый, и фабричный, и преподавательский. Он надеется применить в ней развивающиеся науки, а также изящные искусства. При всем этом Фурье считает, что фаланга должна быть основана на сельскохозяйственном труде.

Промышленным занятиям он отводит второстепенное место. «Нужно помнить, — говорит он, — что промышленность только добавление, земледелие — основа». Но в планах Фурье сельское хозяйство в фаланге приобретает своеобразное направление. Составляя режим гармонийцев, он перечисляет только определенные сельскохозяйственные работы — огородничество, садоводство, птицеводство и т. п. Вообще сельское хозяйство здесь будет резко отличаться от хозяйства «цивилизованных». Так, в распорядке дня Луки мы не видим, чтобы он занимался хлебопашеством. Фурье, как мы помним, считал, что хлеб как предмет питания не отличается высокой степенью полезности и выращивается человеком только в силу необходимости. В фаланге хлебу люди предпочтут мясо, фрукты, молочные продукты и сладости.

Фабричная промышленность станет всего лишь дополнением к сельскохозяйственному труду. Чтобы гармонийцы были заняты в долгие осенние и зимние каникулы, все фаланги земного шара будут иметь свои фабрики, которые не станут концентрироваться в городах, превращающихся в лачуги для бедных, а рассеются по всем деревням и фалангам земного шара. Фаланстер станет своеобразным поселением, которое уничтожит разрыв между городом и деревней. Соответственно у гармонийцев работы в поле будут сменяться работами в промышленности, и это устранит существующее веками разделение труда.