Фунт плоти

Джексон Софи

– Вот он я, – пробормотал Картер, ошарашенный таким признанием. – Теперь ты со мной. Я о тебе позабочусь.

Через минуту или две Картер осторожно подсунул руку под ее колени и поднялся сам, крепко прижимая ее к себе. Он медленно нес ее на кровать. Его нос упирался ей в щеку, а губы шептали:

– Я здесь. Все позади. Держись крепче.

Не выпуская ее из рук, он лег на кровать.

И так же как шестнадцать лет назад, в холодной парадной трущобного дома в Бронксе, он крепко обнимал своего Персика, которую судьба так жестоко лишила отца. А она горевала по отцу, словно

это случилось не шестнадцать лет назад, а сегодня.

Глава 20

Открыв глаза, Кэт сразу отметила две странности. Первая: она лежала не в своей кровати. Эта была больше и комфортабельнее, чем у нее. Второе: она была не одна. Рядом, нежно обнимая ее, лежал очень рослый и очень теплый мужчина.

Взгляд Кэт пропутешествовал по мускулистой руке, крепко обнимавшей ее талию. Она позволила себе рассмотреть его замысловатую татуировку, сделанную в черных, серых и красных тонах: орел, языки пламени, гирлянды листьев, вьющихся по выпирающим мускулам предплечья. Здесь она сделала паузу и закрыла глаза. И сейчас же перед ней замелькали картины вчерашнего вечера.

Вчера она вела себя словно лунатичка, а с Картером обращалась как с боксерской грушей. Никак она и впрямь спятила? Черт побери, о чем она думала, когда, налакавшись «Амаретто», взяла такси и поехала к нему домой?

В горле и сейчас еще сохранялся вкус «Амаретто». Пересохшее, похожее на наждак горло, вкусно пахнущее ликером. Глаза распухли от слез, выплаканных за последние три дня, а ревела она изрядно. И ей хватило наглости предстать перед Картером в таком виде? Он что-то пробубнил во сне, отчего у нее между ног стало жарко. Кэт сразу вспомнила их вчерашние необузданные ласки. Картер нависал над ней, терся о ее бедра, ласкал и сосал ее груди, даже облизывал ее. А какие дивные утешительные слова он ей шептал.

У них чуть-чуть не дошло до секса!

Нет, надо же быть такой дурой! Кэт не помнила, после какой рюмки ей пришла идиотская мысль позвонить Джеку и спросить у него адрес Картера. В тот момент все это казалось ей забавной игрой: возьмет такси, приедет, сделает ему сюрприз. О чем она думала? Ни о чем.

Кэт провела рукой по своему помятому лицу и чуть сдвинулась, пытаясь высвободиться из объятий Картера. Он мгновенно отреагировал и еще крепче прижал ее к себе. В ее зад уперся его… От удивления Кэт чуть не вскрикнула.

Неужели каждое прикосновение к ее телу вызывает у него эрекцию?

– Ты куда собралась? – сонным голосом спросил Картер, окутывая ей затылок новой волной теплого дыхания.

– В туалет.

Картер не сразу убрал руку. Сначала он понюхал ее волосы, пробормотал что-то неразборчивое и лишь после этого отодвинулся. В возникшую щель сразу же ударил прохладный воздух спальни. Кэт зябко поежилась, натянула одеяло и еще минуты две лежала в тепле.

Однако мочевой пузырь настойчиво требовал опорожнения. Кэт встала на нетвердые ноги и сонно прошлепала в ванную, не решаясь оглянуться на оставленного ею мужчину. Дверь ванной щелкнула. Кэт вошла, закрыла дверь и привалилась к ней лбом.

Так что же она вчера наделала?

Ответ лежал на поверхности и был очень прост: она использовала

Картера, превратив его в подушку для плача и в потенциального мальчика по вызову. Отчасти ее оправдывало состояние злости и душераздирающей тоски, не оставлявших ее с той самой минуты, как она покинула бабушкин дом и отправилась прямо в Нью-Йорк. Пятнадцать часов за рулем, остановки лишь по необходимости. Мобильник она разбила о тротуар, не желая даже взглянуть, кто ей звонит.

И с чего ее мать и Бет решили, что она когда-нибудь захочет снова их видеть?

Кэт мельком взглянула на красивый мраморный пол, на впечатляющую душевую стойку, затем повернулась к тяжелому прямоугольному зеркалу на стене. Ну и видок у нее! Страшнее смерти. Намочив под краном кусок туалетной бумаги, Кэт принялась яростно оттирать комочки и потеки туши. Лицо стало чище, но и сейчас на нем отражались все ее чувства: усталость, злость и одиночество.

Швырнув скомканную бумагу в унитаз, Кэт склонилась над умывальником. Да, она усталая и злая, но ни в коем случае не одинокая. Сам факт ее пребывания в квартире Картера доказывал: она не одинока. Пожалуй, только он ее и понимал. Только он знал, в чем она нуждается и чего хочет. Картер знал ее, как никто другой, что возбуждало ее и одновременно пугало.

Жаль, что она хотя бы немного не пошевелила своими пьяными мозгами и не подумала о последствиях, прежде чем являться к Картеру домой и с порога требовать бурного секса.

Опять она лукавит с собой! Встреча с Картером была единственной мыслью, с которой она неслась по ночному шоссе. Она хотела видеть только его, жаждала только его объятий, мечтала уткнуться только в его грудь, целовать только его губы и вдыхать только его запах.

Облегчившись, Кэт вымыла руки, прополоскала рот. Подойдя к двери ванной, приложила ухо и прислушалась к звукам с внешней стороны. Потом осторожно повернула ручку и выглянула в спальню.

– Привет, – послышался негромкий низкий голос Картера.

Скрестив ноги, он сидел на одеяле, привалившись к изголовью. Боже, неужели он спал в джинсах! Правда, они были приспущены так, что сползали ниже пупка, обнажая полоску темных жестких волос.

Лежа рядом с ним, Кэт сумела разглядеть только часть татуировки. Узоры покрывали все его плечи, перетекая через ключицу, и шли до самого живота. Картер был живым шедевром. Мускулистый, но без дурацкой картинности, как у бодибилдеров. Это была другая сила, подразумевавшая безопасность для того, кто находился рядом. Островок растительности в центре груди был восклицательным знаком, утверждавшим несомненную мужественность Картера.

Кэт побрела обратно в спальню, но остановилась в шаге от кровати. Она растерялась, не зная, что говорить и как себя дальше вести. Руки она держала на животе. Отважившись наконец взглянуть на Картера, она увидела его спокойное лицо. Он ничего от нее не ждал. Кэт облегченно вздохнула и робко улыбнулась.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Картер.

– Прекрасно.

– Уж не ври, если не умеешь, – сказал он и провел ладонью по изголовью. – Иди сюда.

– Что?

У Кэт вспыхнули не только щеки, но и все тело.