Фрунзе

Борисов Семен Борисович

— Так и сказали? — переспрашивал он. — «Не посрамите красную губернию ткачей!» Очень хорошо! Отличный наказ! Не посрамим, ей-ей, не посрамим!..

Иваново-Вознесенский полк был включен в состав 25-й дивизии.

Относительное затишье в конце февраля Фрунзе использовал для укрепления частей, формирования кавалерийской бригады, инженерного батальона и батальона связи.

Все же состояние 4-й армии не удовлетворяло Михаила Васильевича.

Изучив обстановку на фронте, Фрунзе пришел к неутешительным выводам. 1 марта в разговоре по прямому проводу с командующим фронтом он сообщил:

«Армия до сих пор не может еще считаться совершенно оздоровленной. На основании впечатлений от личного посещения почти

всех частей армии одну из главных причин этого вижу в плохом составе комиссаров частей, слаб и командный состав. Особенно плохо обстоит дело со специальными родами оружия (артиллерия). Низ армии оторван от верха. Меры для устранения указанных недостатков приняты, и результаты начинают сказываться. Количественно армия страшно слаба, число штыков едва составляет шесть тысяч. В отдельных полках оно падает до двухсот пятидесяти. Усилия направлены к тому, чтобы довести действующие части до состояния боеспособности. В этих видах мною снято с тыла и отправлено на фронт все, что только возможно. Только в этом, начатом уже направлении ведем формирование. Оружия в частях армии абсолютно нет, нет и запасных частей…

Проводится мобилизация всего населения, производится реорганизация частей. Тем не менее, задачу разгрома живых сил врага надеюсь осуществить в течение одного месяца при условии немедленной присылки пополнения оружия».

2 марта Фрунзе отдает приказ начать операции по овладению всей полосой вдоль реки Урала до Лбищенска. Чапаев получил приказ овладеть Сломихинской и обойти фланг противника. 22-я дивизия и бригада 25-й дивизии повели наступление на главную группировку противника. Чапаев, проведя по степям полки своей Александро-Гайской бригады, овладел Сломихинской. К 16 марта был взят Лбищенск, этот опорный пункт белоказаков.

С пассивным состоянием 4-й армии было покончено. Предвидя, что предстоящие наступательные операции потребуют пополнения убыли в войсках, Михаил Васильевич приступает к созданию резервов в районе Самары. Здесь Фрунзе показал себя полководцем с большим кругозором. В вопросе о резервах главное командование занимало неопределенную позицию, тормозившую всякие мероприятия в этой области. Фрунзе придерживался других взглядов. Он исходил из указания товарища Сталина: «Нужно покончить с войной без резервов, необходимо ввести в практику систему постоянных резервов, без коих немыслимы ни сохранение наличных позиций, ни развитие успехов. Без этого катастрофа неминуема» [11] .

11

К. Е. Ворошилов, Сталин и Красная армия, стр. 83. Воениздат, 1937 г.

Менее чем за месяц Фрунзе сумел поднять боеспособность своей армии и создать необходимые условия для изгнания белых из Уральской области.

Полчища врага двигались к Самаре.

Первый поход Антанты развивался успешно. На весну 1919 года враги возлагали огромные надежды.

Об этом походе товарищ Сталин писал:

«Главный удар должен был нанести Колчак, с которым Деникин надеялся соединиться в Саратове для совместного наступления на Москву с востока. Юденичу был предоставлен вспомогательный удар по Петрограду.

Цель похода была формулирована в докладе Гучкова Деникину: „Задушить большевизм одним ударом, лишив его основных жизненных центров — Москвы и Петрограда“.

Самый же план был набросан в письме Деникина Колчаку, попавшем к нам в руки при захвате штаба Гришина-Алмазова весной 19 года. „Главное — не останавливаться на Волге, — писал Деникин Колчаку, — а бить дальше на сердце большевизма, на Москву. Я надеюсь встретиться с вами в Саратове… Поляки будут делать свое дело, что же касается Юденича, он готов и не замедлит ударить на

Петроград…“» [12]

12

К. Е. Ворошилов, Сталин и Красная армия, стр. 106–107. Воениздат, 1937.

В начале марта Колчак, решив нанести главный удар через Среднюю Волгу на Москву, перешел в наступление. На 5-ю армию, имевшую 11 200 штыков и сабель, занимавшую район Уфы, обрушилась ударная, так называемая Западная, армия генерала Ханжина, численностью в 40 тысяч штыков и сабель. Белые не только заняли Уфу, но продвинулись на 250–300 километров по направлению к Волго-Бугульминской и Самаро-Златоустовской железным дорогам, угрожая Чистополю и Самаре.

Выход противника на рубеж Средней Волги и Камы означал стратегичёский прорыв Восточного фронта и давал белым войскам выгодное исходное положение для вторжения в глубь страны по семи железнодорожным магистралям, отходящим от Волги. Кроме того, он передал бы в руки белых крупную водную линию сообщения, хлебные запасы приволжских и прикамских городов, давал надежду на соединение с армиями южной контрреволюции. В ходе наступления Западная армия Ханжина направила свой главный удар на Самару.

Уфа, Стерлитамак, Сарапуль, Бугульма находились в руках врага.

Предатель Троцкий утверждал, что остановить наступление армий Колчака невозможно.

Колчак рвался к Москве.

Командование белых отдало директиву:

«Ударами наших армий противник на всем фронте разбит, деморализован и отступает. Уральские казаки продолжают борьбу… Ген. Деникин начал теснить красных в Донецком каменноугольном бассейне. Ген. Юденич теснит большевиков на псковском и нарвском направлениях. Верховный правитель и верховный командующий повелел действующим армиям уничтожить красных, оперирующих к востоку от рек Вятки и Волги, отрезав их от мостов через эти реки… Сибирской армии преследовать красных… Западной армии, продолжая преследование, отбросить красных от Волги на юго-восток, в степи…»

5-я Красная армия находилась под угрозой разгрома. Ей пришлось отходить в крайне тяжелых условиях с большими потерями.

М. В. Фрунзе делает смотр войскам Татарской бригады.

Отступление 5-й армии не могло не отразиться и на положении 4-й армии: создалась угроза обнажения ее коммуникационной линии. Обстановка на фронте требовала продолжения операций по овладению Уральской областью и прочного обеспечения за собой Оренбургской области.

5 марта командование фронта отдает приказ об организации Южной группы в составе 4-й армии и Оренбургской дивизии, которую предлагало развернуть в Туркестанскую армию. Командование Южной группой было возложено на М. В. Фрунзе.

На Южную группу возлагалась задача обеспечить Оренбургскую и Уральскую области и, пробившись на соединение с войсками Красной армии Туркестана, проложить дорогу к хлопку.

Михаил Васильевич должен был не только командовать войсками, но в сложной боевой обстановке формировать армию, вести среди формируемых частей политическую и боевую подготовку и тут же выводить их на поля сражений. Тяжелые условия гражданской войны требовали исключительно напряженной организаторской деятельности. Пополнения прибывали необученными, плохо дисциплинированными, а для политического и боевого воспитания не хватало комиссаров и командиров. Всю тяжесть работы М. В. Фрунзе делил с В. В. Куйбышевым. По их инициативе политотдел Южной группы и Самарский горком партии организовали специальное бюро по политработе среди проходящих через Самару на фронт пополнений.