Фростпанк
Шрифт:
Сделав глубокий вдох, губернатор поклонился и направился к выходу.
— Мне нужно самопожертвование, джентельмены. Я надеюсь на вас. Все мы надеемся…
Как Биф и ожидал, вскоре команду Олбрайта окружили у Тепловой башни. Сопровождали мужчину четверо из Нью-Бэлфаста и дюжина уставших незнакомцев. Однако удивило губернатора не пополнение в обществе, а огромная паровая машина, которую уже разбирали для транспортировки по лифту на верху
Автоматон…
Гигантское паукообразное, четвероногое паровое чудище из стали и шестерней, с горячим паровым ядром вместо бьющегося сердца. Они были вершиной человеческой инженерии до Великой зимы. Автоматон может обслуживать здание, чтобы облегчить бремя каторжных работ усталых граждан. В отличие от людей, они могут работать круглосуточно и безразличны к температуре.
Неужели Олбрайт сумел отыскать один из этих механизмов? Возможно американцы помогли? Если это так, то благодаря этой машине и новым друзьям, жизнь в городе наконец-то начнёт меняться к лучшему!
Радостная толпа расступилась и Биф смог поприветствовать старого друга.
— Мы все ждали вашего возвращения, старина. В какой-то момент я подумал, что лишился лучшего разведчика.
— Если бы не этот железный зверь и его работа, мы ни за что не успели вернуться в город, — сказал Олбрайт, протянув товарищу руку одетую в нескольких слоёв тёплых перчаток. — На обратном пути мы остановились на краю глубокого, широкого ущелья, изумляясь проложенному через него стальному мосту. Ещё больше мы изумились огромному автоматону, который сметал снег с дороги.
В голосе его слышалось напряжение и безмерная усталость.
Биф окинул взглядом одежду Джона — очки, шарф на лице и толстый бушлат. Казалось, Олбрайт носит все это полжизни — так истрепан был его наряд. Вылазки в Морозные земли требуют лучшую экипировку и одежду.
— Я распоряжусь, и вскоре вам приготовят обед, полотенца, горячую воду и ванну, дабы вы смогли привести себя в порядок, уверен вы выбились из сил. Но расскажи нам, что ты видел, Джон? Кто все эти люди?
— Нам посчастливилось найти этих людей на обратном пути. Мы сумели добраться до американцев… мы… все в порядке…
— Нет, я не могу лгать, Джон, — внезапно сказал Чарли и выступил вперёд, тем самым привлекая к себе всеобщее внимание.
— Чарли, мы же договаривались… — процедил зло бригадир.
— К черту договоренности!
— Не горячись, мальчик!…
Олбрайт подался к напарнику, но тот тут же отстранился, явно желая договорить до конца.
— Нет, приятель! Очень сожалею, но нет! – словно обезумев прокричал он. – Я поклялся говорить людям правду, я стал разведчиком, но я не нанимался в самоубийцы. Верно, мы нашли этот город! Но мы не увидели там ничего кроме смерти. Более трехсот человек замёрзли, потому что их генератор взорвался!
Люди с ужасом смотрели на разведчика не веря своим ушам. Да нет, не может быть! Сказки! Однако чем дольше вглядывался Биф в обезумевшего разведчика, чем больше всматривался в растерянные, изможденные глаза главы группы, тем глубже закрадывалась в душу тревога, тем ясней становилось — нет, всё это —вовсе не сказки; вся эта жуть, весь этот ужас — взаправду.
— Здесь нет спасения! — зловеще сказал Чарли. — Всё, с чем мы сталкивались ранее, не более чем прогулка по сравнению с морозным адом ожидающим нас впереди! В последней записи американцев говорилось, что столбик термометра опустился ниже семидесяти градусов! Самое
— Это правда? Он говорит правду, Олбрайт? Сколько нам осталось?
Перед глазами Джона Олбрайта вспыхнуло воспоминание. Последние слова умирающего американца, встреченного ими на пути:
«Нью-Бостон мертв… Все погибли… Нет надежды выжить в этой проклятой пустоши. Вы все обречены. Вам нужно бежать!» — это были его последние слова.
— Месяц, возможно меньше.
Сказанное повергло жителей города в ужас, и обстановка начала накаляться. Казалось, кто-то вот-вот вспылит, но Биф разрядил ситуацию, завершив разговор.
— Мы многого добились за это время, — сказал он. — Как и многие другие города Лондон мертв! И вы это знаете! Теперь у нас есть автоматон и нет другого выбора кроме как готовиться к буре. Если это правда… никто не успеет добраться до Лондона! Поэтому возвращайтесь на свои рабочие места и ждите дальнейших указаний!
Возмущенный до глубины души, Биф смерил Чарли презрительным взглядом, сунул руки в карманы, повернулся спиной к испуганным горожанам и зашагал прочь по деревянному тротуару.
— Следуй за мной, старина, — бросил через плечо Джону. — Боюсь ваша работа ещё не окончена…
Глава 3 Великая зима
Судя по замёрзшему океану, похолодание было повсеместным и, должно быть, почти уничтожило всю жизнь на поверхности. Единственными её оазисами могли быть: океанские глубины, города возле генераторов и естественные геотермальные источники. Человеческая цивилизация же сумела спастись благодаря выше названным паровым Генераторам, согревающим зону вокруг себя. Тем не менее, учитывая смертность в старых городах, то что многие так и не смогли иx покинуть (ввиду колоссальной стоимости генераторов и как следствие малое количество "тёплыx" городов), то что те, кто отправился на юг был сметён бурей, можно сделать вывод, что общее количество выживших вряд ли превышает миллион, а то и менее сотни тысяч…
15 июня 1830 год
Лондон
Ещё один день бунтов и грядущей революции…
Нежный, но настойчивый луч восходящего солнца отыскал щель между шторами и проник в спальню Бифа. Не привыкший просыпаться в этот час, герцог моргнул, сонно чертыхнулся, выгнул спину, спустил ноги с кровати, встал, набросил халат и раздвинул темно-красные занавеси.
Утро выдалось обманчиво великолепным — розовым, золотым, а там, где заря еще не успела прогнать прочь сумрак ночи, сиреневым. Распахнув окно, Биф расправил плечи, с наслаждением вдохнул соленый воздух, подставил лицо морскому ветру, который не замедлил взъерошить его чёрные волосы, вздыбившиеся во сне. Совсем рядом за эстуарием Темзы спокойно плескается море, а здесь, ещё один день в предверии страшного будущего…