Фронтовик. Без пощады!
Шрифт:
– У меня же ничего не нашли! Не виноватый я, отпустите!
– Ты и украл, – ткнул ему в грудь пальцем Андрей. – Я сам видел, а этот – подельник твой.
Всей гурьбой они прошли в отделение милиции и оформили протоколы. Понятые ушли, а вора и его подельника определили в камеру.
Потерпевший протянул руку к своему кошельку, лежащему на столе дежурного, но тот мягко остановил его:
– С кошельком пока погодим, гражданин. Это теперь вещественное доказательство, получите его
Потерпевший приуныл.
Когда оперативники выходили из отдела милиции, Гиви сказал:
– Хоть день начался хорошо, поймали карманников.
– Сам говорил – режут карманы и сумки, а этот щипач действовал пальчиками.
– Ты думаешь, мало их в трамваях? Еще не полдень. Поехали кататься.
Они опять ездили почти до вечера, когда Андрей увидел на тротуаре возле ресторана одного из бандитов, грабивших сберкассу. Тот спокойно стоял и курил папиросу. Это был парень, убежавший с деньгами, – Андрей стрелял в другого.
Решение пришло сразу:
– За мной!
Задняя дверь вагона сроду не закрывалась. Трамвай не развивал большой скорости, и зачастую пассажиры помоложе садились и выпрыгивали на ходу, где им было удобнее.
Андрей, а следом и Гиви спрыгнули с подножки трамвая.
– Какая муха тебя укусила? – недоумевал Гиви. Он был старшим в паре, но что ему оставалось делать, когда Андрей уже шагнул со ступеньки вагона?
– Видишь вон того парня, в серой курточке? Курит он…
– Наблюдаю.
– Это один из тех бандитов, которые грабили сберкассу.
– Ты не ошибся?
– Я его видел так же близко, как и тебя.
– Брать надо.
– Сам так думаю. Но у него оружие, по крайней мере – в кассе было. Не думаю, что он от него избавился.
– Люди вокруг, опасно. Этот тип может начать стрелять.
Но и медлить было нельзя, бандит мог уйти. Судя по его поведению, он кого-то поджидает.
Андрей лихорадочно искал выход. Сомнительно, но не исключено, что бандит мог запомнить его лицо.
Мимо проходила молодая женщина с сумочкой. Вот оно! На влюбленную пару внимания обращают меньше.
– Гиви, я иду рядом с девушкой, ты немного впереди. Как только мы поравняемся с бандитом, хватаем его. Жестко берем, мордой об асфальт, чтобы сопротивления не оказал.
– Понял.
Андрей тут же догнал девушку и пристроился рядом. Выглядел он вполне пристойно, не навязывался.
– Простите, вы местная?
– Да, москвичка. – Девушка кокетливо улыбнулась. Она, видимо, подумала, что молодой человек хочет познакомиться с ней.
– Не подскажете, как пройти к ближайшей станции метро? – Андрей наклонил голову к ушку девушки, задал этот вопрос шепотом, и со стороны могло показаться, что идет влюбленная парочка. Однако
– Ой, станция за вашей спиной осталась! – Девушка улыбнулась.
– Тогда позвольте, я вас провожу? – Андрей бережно взял ее под локоток. Он и сам не подозревал в себе наличие таких актерских способностей.
Вот Гиви уже миновал бандита, а он почти поравнялся.
Опера бросились на него одновременно. Гиви ударил бандита сзади ногой под колено, Андрей нанес сильный удар в грудь. Все прошло внезапно, бандит и среагировать не успел, упав навзничь и крепко приложившись затылком об асфальт. Андрей тут же нанес бандиту сильнейший удар кулаком в поддых, от которого у преступника перехватило дыхание. А Гиви уже шарил по карманам бандита, достал из-за пояса пистолет.
Девушка, видя странное поведение недавнего ухажера, его удары, вдруг отшатнулась и завизжала.
– Заткнись, – коротко бросил ей Андрей, – мы из милиции.
Из ресторана выбежал стоявший за стеклянной дверью швейцар и стал свистеть в милицейский свисток.
– Будешь свистеть – денег не будет, – пошутил Андрей. – Мы из милиции.
Трель свистка оборвалась.
Андрей вытащил из кармана брюк бандита ремень, перевернул парня на живот и связал ему руки за спиной. Напряжение отпустило. Они взяли бандита чисто, без шума и пыли.
Оперы подхватили бандита под локоток и повели в ресторан. Не стоило привлекать внимание, на встречу к бандиту могли идти подельники.
Кто-то из прохожих бросил презрительно:
– Уже успел нажраться!
Бандита усадили на стул у гардероба.
– Гиви, ты старший. Иди, звони сразу в главк угро, они это дело ведут. Пусть едут, тепленького забирают.
Гиви ушел телефонировать – как тогда говорили.
Бандит же из полубесчувственного отупелого состояния стал приходить в себя – слишком быстро и неожиданно для него был переход из состояния удачливого грабителя, свободного, кичливого своей удачливостью, в состояние задержанного. Он начал ругаться, но потом внезапно успокоился и сиплым голосом сказал:
– Я тебе это припомню, мусорок!
– Припомнишь. Тебе скоро лоб зеленкой намажут – сам знаешь за что, вот тогда и припомнишь.
Среди уголовников тогда ходила байка о том, что перед расстрелом приговоренному мазали лоб зеленкой. Бред, конечно, но братва байку принимала всерьез.
– Нет на мне ничего, – злобно прошипел бандит.
– Как это нет? А сберкасса? Я сам был свидетелем, как ты ее очистил. Лицо мое не помнишь? Кстати, как там твой раненый дружок? Не сдох?
– Заштопали, – проговорился бандит. И осекся – сам себя выдал.