Фронтовик. Без пощады!
Шрифт:
На выходных стрелках вагон начало раскачивать.
– Куда идет поезд? – спросил Андрей.
– Служивый, да ты что? Сел на поезд и не знаешь, куда он идет?
– Не шуми, хозяйка. В поезд карманник сел, я его издалека приметил.
– А мне уже показалось – не пьяный ли?
– Как можно? Я же при исполнении!
– Ну так иди, исполняй, пока карманник твой не обобрал кого-нибудь. А поезд в Рязань идет.
– Из транспортной милиции поезд кто-нибудь сопровождает?
– Сегодня не видела. Ты в форме один.
– Следующая станция
– Жуковский, стоянка две минуты, – заученно ответила проводница.
Андрей понял, что за две минуты стоянки ему до милиции не успеть, поезд уйдет. А ведь он хотел и транспортникам сообщить, чтобы человека или наряд ему в помощь дали. Да и в свое отделение сообщить, где он находится и почему на посту отсутствует.
– А потом?
– Воскресенск, три минуты. В Коломне поезд полчаса стоять будет – там паровоз бункероваться водой и углем должен.
– Сколько до Коломны ехать будем?
– Чай, у нас не скорый поезд и не литерный, потому – два часа с хвостиком.
– Спасибо.
По крайней мере, на два часа он мог рассчитывать. Жуковский и Воскресенск – станции маленькие, и Федька, если это был он, на них вряд ли сойдет.
Теперь надо методично обойти все вагоны. С плацкартными проще будет, все пассажиры на виду.
– Хозяйка, а купейные вагоны в составе есть?
– Один вагон, седьмой. Там все больше начальники ездят.
Андрей пошел по вагонам в сторону головы поезда. Он шел по коридору, поглядывая влево и вправо.
Кое-кто из пассажиров уже на столики снедь разложил, другие тасовали колоду карт. А некоторые, взобравшись на верхние полки, уже устроились спать. Андрей толкал их и просил показать документы – ему нужно было видеть лицо. Мимо женщин он проходил быстро.
Следующий вагон был общим, и места были только для сидения. В вагоне уже было накурено, душно, хныкали дети, и потому времени на досмотр ушло больше.
Потом было еще два плацкартных вагона.
Пока Андрей осмотрел четыре вагона, поезд замедлил ход и остановился на разъезде. Андрей выскочил в тамбур и выглянул в дверь – не спрыгнет ли кто? Мимо прогрохотал, обдав ветром и запахом мазута, встречный грузовой поезд.
Их состав тронулся.
Теперь Андрей направился в сторону хвоста.
Четыре вагона он миновал быстро. Вот и пятый, куда он садился.
Проводница встретила его вопросом:
– Не нашел?
– Нет пока, к хвосту иду.
Он осмотрел пятый вагон и зашел в шестой, тоже плацкартный. В это мгновение ему показалось, что в конце коридора мелькнула мужская фигура. Может, кто-то из пассажиров в тамбур пошел покурить?
Он прошел весь вагон и уже в конце обратил внимание, что верхняя полка пуста, одного пассажира не хватает. Трое сидят у стола, ужинают, двое – на боковых полках.
– Тут свободно? – похлопал он ладонью по полке.
– Занято. Вышел человек – покурить либо в туалет. А что?
– Нет, ничего, я просто так спросил.
Ну что же, вполне может быть, что вышел именно покурить.
Андрей
Хлопнула дверь в тамбуре, ворвался свежий воздух.
– Прибить бы тебя, мусор, да мокруху на себя вешать неохота. И откуда ты взялся?
Усилием воли Андрей повернул голову. Мужчина – а это был именно Федька Одноглазый – ухватился за поручень одной рукой. В другой руке он держал кожаный саквояж – вроде тех, с которыми ходили доктора. Повиснув на ступеньке, он улучил момент и спрыгнул.
Андрей успел оценить рост и могучее телосложение Федьки.
Наконец боль отпустила. Андрей перевел дыхание, сделал шаг в сторону открытой двери и выглянул. Спрыгнувший с поезда Федька уже поднялся с насыпи и подобрал саквояж.
Андрей обернулся по ходу поезда. Он тоже намеревался прыгнуть, но не хватало налететь на столб. Линия не была электрифицирована, но вдоль путей стояли столбы связи.
Как только промелькнул очередной столб, он спрыгнул лицом по ходу поезда, сгруппировался, приземлился на ноги и покатился кубарем. Поднявшись, поочередно согнул руки, ноги. Вроде цел, нигде ничего не сломано. Только живот поднывал, побаливал от Федькиного удара.
Андрей подобрал слетевшую фуражку.
Мимо прогрохотал последний вагон, и поезд стал удаляться.
Метрах в двухстах виднелась фигура Федора – он шел размашистым шагом.
Сначала трусцой, а потом уже и в полный шаг. Андрей побежал.
Обернувшись, Федор заметил преследование и побежал. Здоровый, чертяка, один его шаг – как два у Андрея. И мчится, как лось. Понятное дело, кому охота снова в тюрьму, тем более что дело уже выгорело – в руках саквояж с деньгами.
Дистанция не сокращалась. На что вор рассчитывает? Оторваться? Но Андрей не из тех, кто бросит преследовать. К дороге выйти? Не исключено. Андрей местность не знал, но и Федька был в таком же положении.
Стало покалывать в правом боку.
Андрей остановился, вытащил револьвер, взвел курок и вскинул оружие. Нет, слишком далеко, да и «наган» в руке сильно ходит после бега, не попасть.
Вернув оружие в кобуру, Андрей снова побежал.
Впереди показался лес. Плохо, Федька может укрыться в густых кустах или овраге. Тогда его можно будет сыскать, только пустив облавой цепь, и лучше с собаками.
Андрей почувствовал, что ситуация может выйти из-под контроля. Он с размаху плюхнулся на небольшой пригорок, вытащил оружие и рукавом смахнул пот со лба. Надо стрелять, ранить, испугать… Федьке до леса полкилометра, а через полчаса стемнеет, и тогда – пиши пропало, в темноте он уйдет по лесу. И как он, Андрей, тогда выглядеть будет? С поста ушел, не предупредив, преступника видел и упустил. Одним словом – раззява.