Фредерика
Шрифт:
Через минуту, кружась, шар исчез из поля зрения. Когда фаэтон проехал деревья, которые скрывали от них шар, оказалось, что он пропал. Джессеми начал задавать маркизу вопросы, на которые не было ответа: отчего шар отклонился от своего пути? Не знает ли он, можно ли им как-то управлять? Не думает ли он, что сломался клапан?
— Скорее всего, когда они спустились ближе к земле, ветер оказался сильнее, чем они ожидали, — сказал Алверсток.
Глаза Джессеми расширились.
— Ветер! Помните, кузен Бакстед говорил, что крючьями вырывают
— Я не очень-то помню, какие басни Бакстед рассказывал твоим сестрам, но если он и сказал что-то стоящее, то я, вероятно, это пропустил. Видимо, такие случаи бывают, но ведь этот шар не взмыл в небо, значит, с ним такого не произошло.
— Да, точно! Я не подумал — ах, но…
— Джессеми, — устало перебил его лорд, — твои подозрения такие же бессмысленные, как россказни Бакстеда. Ты ведь тоже ничего не понимаешь в этом. Так же, как, впрочем, и я. Так что бесполезно бомбардировать меня вопросами. Еще бесполезнее терзать себя догадками о всяких несчастьях, у нас нет оснований, мальчик, так сильно бояться этого.
— Вы должны простить меня, сэр! — твердо проговорил Джессеми, — я не думал, что так надоем вам своими приставаниями.
— Я знаю, что не думал, поэтому и решил намекнуть тебе, — извиняющимся тоном сказал лорд.
От такого мастерски сделанного замечания Джессеми закусил губу и отвернулся, чтобы Алверсток не заметил, как его это рассмешило. Он все еще старался казаться строгим, когда они подъехали к Уэтфорду, но новости, которыми их встретили в Эссекс Армс, вышибли из него все остальные мысли.
О да, сказал хозяин постоялого двора, они видели воздушный шар близко, как картинку! Такого переполоха он наделал, что его светлости и не вообразить. Все сначала высыпали на улицу, а потом бросились обратно по домам, так как казалось, что он упадет прямо на городок!
— Чего, конечно, не могло случиться, только кучка дураков могла в такое поверить, милорд. Но я слышал, что он упал где-то по дороге отсюда на Кингс-Ленгли. А что там был мальчик, вот этого и представить себе никто не мог! Тут многие с ума посходили, но те, что постарше, не собирались заниматься ерундой: все равно не видно, где он приземлится, и какой смысл бежать за мили отсюда и смотреть, как он сядет?
— Как давно он опускался здесь? — нетерпеливо спросил Джессеми.
— Ну, не скажу точно, сэр, — отвечал хозяин со снисходительной улыбкой. — Это было час назад, когда он появился над городом, может, полтора.
Джессеми поднял сияющие глаза на Алверстока, улыбка играла на его губах; он бодро проговорил:
— Это уже легче! Далеко отсюда это место — Кингс-Ленгли?
— Всего пять миль, сэр. Но я не верю всему, что болтают. Шар вовсе не опускался здесь. Все, что я могу сказать, так это, что никто из тех, кто побежал смотреть, где он упадет, еще не вернулся. Если они не глазеют до сих пор на него, то,
— Понятно, — сказал Алверсток. — Принесите мне кружку домашнего пива, Закажи что хочешь, Джессеми, а мне надо переговорить с Керри.
Он перешел на поиски Керри и конюха гостиницы, которые отвели серых в конюшню. Опытным взглядом маркиз окинул своих коней. Они были потные, но не утомленные. Керри с гордостью сказал:
— Отличные ребята, милорд! Разве я не говорил вашей светлости, что они обгонят и ветер!
Алверсток кивнул, но Керри заметил, что он хмурится, и сказал:
— Они в порядке, милорд, Я дам им теплой овсянки и…
— Да, проследи, чтобы это сделали, и дай конюху точные указания. Я забираю тебя с собой.
— Хорошо, милорд. Ничего худого, надеюсь?
— Не знаю. Не стоит ничего говорить мистеру Джессеми, но когда мы видели шар в последний раз, он, без сомнения, отклонялся от своего курса. Если ветер унес его, местность здесь довольно открытая, и, может быть, они удачно приземлились.
— Нет причин сомневаться в этом, милорд.
— Нет, конечно, но, оказывается, еще никто из тех, кто побежал за ним, не вернулся. Если там не на что смотреть, кроме как на корзину да на пустой шар, то почему их нет так долго?
— Ну, ваша светлость, вы же знаете этих мальчишек! — успокоил Керри.
— Этих-то я знаю! Но там не только мальчишки. Я, наверное, заразился от Джессеми тревожным настроением, но у меня такое чувство, что ты мне будешь нужен.
Он вернулся в гостиницу, где Джессеми пил из большой кружки. Он опустил ее с удовлетворенным вздохом и подвинул такую же маркизу со словами:
— Господи, как я хотел пить! Это вам, хозяин говорит, что оно с ног сшибает.
— В таком случае мне придется оставить тебя здесь отсыпаться.
— Ну, я знал, что могу перебрать, и заказал себе разбавленного.
— Слава богу!
Джессеми засмеялся, но сказал немного застенчиво:
— Я и так, наверное, надоел вам своим хныканьем.
— Разве я говорил что-то об этом? — крайне удивленный, спросил Алверсток.
— Вы можете делать вид, что это не так, но ведь сами знаете! Такой выговор за мои дурацкие вопросы! Я… я боюсь, что сдал, а должен был держаться!
— Красиво сказано! — одобрил Алверсток. — Но если ты принял те мои слова за выговор…
— Ну хорошо, если нет, то надеюсь никогда не получить его от вас, — откровенно сказал Джессеми. — Сэр, когда мы отправимся дальше? Я тут подумал и решил, что мы можем встретить их на обратном пути в Лондон. Вот только что же они сделают с шаром?
— Понятия не имею.
— Мне только что пришло это в голову. Они не могут нести его на себе и не смогут наполнить шар снова, ведь у них нет газа. Все эти бочки с водородом нельзя было подвезти туда заранее, то есть можно, но это заняло бы целый день, и потом, точное место посадки пока никому не известно.