Шрифт:
Во имя Господа аминь. В год 1281 от воплощения Его случилась эта история и началась она с того, что в Росситтенском лесу начали пропадать самым таинственным образом люди. То девушка пойдет в лес и не вернется, то рыбак в город подастся, и больше его никто не видел. И все бы ничего, но вот однажды там пропал орденский гонец из Кёнигсберга с важным донесением Мемельскому комтуру. И пришлось братьям-рыцарям
А потом пропал брат из Пиллекопской обители. И об этом стало известно в комтурстве Тевтонского ордена в Кенигсберге. На капитуле заслушали братьев из замков Росситтена и Пиллекопа. Они сказали, что дело загадочное, и как бы не обошлось без магии. Ибо места там глухие, а люди темные.
Ландмейстер Ордена в Пруссии здраво рассудил, что так не далеко и до вероотступничества. И, как полагается, отправил обстоятельный доклад верховному владыке – магистру госпиталя Пресвятои Марии Иерусалимского Тевтонского дома в город Акко во Святой Земле.
Достопочтенный магистр, справедливо полагая, что в таких делах нужен человек достаточно проницательный, чтобы явить скрытое, и по возможности разумный, чтобы явленное скрыть, послал туда для расследования таинственной серии пропаж некоего монаха-францисканца с письмом.
Францисканец этот добрался до Кёнигсберга морем в аккурат перед днем св. Петра и вручил ландмейстеру верительное письмо. Монах этот был худой, с живыми глубокими глазами, изредка посверкивающими из-под капюшона. Когда он молился или внимательно слушал кого-нибудь, то перебирал дивные четки из тускло-красных бусин.
В грамоте, скрепленной печатью верховного магистра, значилось: незамедлительно предоставить ему все необходимое для расследования указанного дела. Однако францисканец попросил только черного коня и объяснить дорогу до обители, где пропал брат. Ехать туда несложно. Спустя день пути на север через Самланд (Самбию) будет постоялый двор «Кранц-Круг». Оттуда, между морем и лагуной пойдет «Дорога гнезд» до самой переправы к Мемельбургу. По ней до Росситтена и Пиллекопа два дня пути на доброй лошади под надежной охраной.
Коня ландмейстер дал почетному гостю самого лучшего из своей
К концу третьего дня пути добрался монах до Росситтенского замка и там заночевал, чтобы не скакать к пункту назначения затемно. Ибо сказано: «…не искушай Господа Бога твоего».
Встретили его братья радушно. Разместили гостя в келье на свежей соломе и пригласили на ужин. Увидев же под седоком прекрасного коня из ландмейстерской конюшни расспрашивать ни о чем не стали, дабы любопытство одних не завлекло на пагубную стезю всех. Заночевав в Росситтенской обители, францисканец выехал рано, и к обедне уже подъезжал к Пиллекопу, где и пропал искомый орденский брат.
Высокая, поросшая сосновым лесом гора, возвышалась над морем и заливом. На самой ее вершине братья Тевтонского ордена срубили замок, чтобы запирать «Дорогу гнезд» от литвинов и обеспечивать безопасное сообщение с Мемельбургом. А также, чтобы усердно молиться Богу, ибо известно, что не только плотским, но и духовным оружием достигается победа над врагами.
Обитель замка, врезаясь в небосвод с крутого склона горы, была похожа на птицу, готовую взлететь, и как нельзя более располагала к духовным устремлениям праведных мужей.
Францисканца встретил настоятель, которому вручена была грамота от самого Великого магистра Ордена. Многозначительно переглянувшись, братья приняли прекрасного коня, а настоятель отвел гостя в келью, где тот отдыхал до самого вечера.
Отстояв вместе со всеми вечернюю службу в часовне святого Петра, францисканец решил здесь остаться. Молился он усердно всю ночь, тихо шелестя губами и перебирая четки. А под утро вышел подышать и посмотреть на звезды. Ибо в ясную ночь с горы Господь показывает все небесное великолепие своими изначальными творениями – звездами и луной, заставляя природу замереть, а душу трепетать в тихом восторге.
Ведь сказано: «когда взираю я на небеса Твои – дело Твоих перстов, на луну и звезды, которые Ты поставил, то что есть человек, что Ты помнишь его
Конец ознакомительного фрагмента.