Франциск Сананго

Никищихина Катерина

«С каждым ответом все больше загадок. Хотя… чего ожидать от Дракона? Я еще в детстве читала, что они – самые мистические существа», – вспомнила Лиля, а вслух спросила:

– Можно узнать, откуда вы… ты появился?

– Как откуда… вот отсюда! – Дракон бросил взгляд на прозрачную бутылку, в которую Лиля поставила веточку с фиолетовыми цветами.

Лиля посмотрела на цветы, затем – на Дракона. Он был выше ее головы на три и едва умещался в большом кресле.

– Не понимаю… ты живешь в цветке? Но ты довольно большой, а цветок такой маленький.

–

Ну, не то чтобы я в нем живу. Можно сказать, что это растение – мой друг, мой портал в ваш мир. Кстати, утром я помогал тебе в саду! Но ты, конечно, меня не заметила. Вы, люди, никогда ничего не замечаете, – вздохнул он.

– Вот почему мне сегодня было так приятно копаться в земле, хотя, вообще-то, я этого терпеть не могу! – Лиля не соврала. Действительно, утром у нее появилось такое чувство, будто с нее сняли какую-то невидимую удавку, и она смогла, наконец, вдохнуть. – А где ты живешь?

– Там, – Дракон кивком указал куда-то в небо. – Я живу у Дерева света.

– Вот как. А я думала, у тебя восточные корни.

– Мой род такой древний, что на рассказ о нем не хватит всего времени этого мира. Так что родственники у меня есть повсюду, и с некоторыми из них даже можно иметь дело. Ты же помнишь, что драконы бывают разные?

– Конечно, помню!

– Так вот, мы, Драконы семьи Санаго – Хранители Дерева света. А это наш опознавательный знак, – сказал он, сверкнув голубым камнем между бровей.

– Про Дерево света я знаю только то, что оно растет на южном континенте и у него золотые яблоки. Так написано в буддийских текстах.

– Где растет, словами не рассказать. Главное, что оно пронизывает все уровни бытия. Растения всех миров соединены с Деревом света невидимой нитью и всегда «на связи» с ним и друг с другом, какое бы время и пространство их ни разделяло.

– Об этом я никогда не слышала… Но почему ты здесь? Решил навестить свое растение?

– Растение я навещаю часто, но сегодня пришел именно к тебе. Видишь ли, зерно Дерева Света есть в каждом живом существе. Начиная прорастать, оно подает зов, и мы приходим, чтобы поддержать его.

Лиля вгляделась в глаза Дракона. Хотя зрачки были вертикальными, как у змеи, его взгляд вовсе не казался ей чужим и холодным. Из этих глаз на нее смотрело невообразимо древнее и мудрое существо, при этом прищур у Дракона был юношеский, авантюрный.

– Ты конечно большой, но все же не огромный… А Дерево, о котором ты говоришь, наверное, огромное. Как же ты его охраняешь?

Сказав это, она поняла, что ее вопрос прозвучал глупо, но решила не обращать на это внимания. Дракон снова вздохнул и театрально закатил глаза.

– Вот вечно с вами так! Сколько раз убеждался: стоит оказать человеку любезность, и он засомневается в твоем могуществе. Детка, я уплотнился и принял это скромное обличие только для того, чтобы ты смогла меня рассмотреть. Иначе наша беседа походила бы на диалог муравья со слоном! Вообще-то, мне тесновато в этой форме, так что приму-как я, пожалуй, привычную…

– Пожалуйста, пожалуйста, погоди! Прости меня! Давай немного поговорим! –

взмолилась Лиля. – У меня никогда не было таких великолепных гостей! Будь ты человеком, я бы предложила тебе воды со льдом, или сока, или виски… Но я не знаю, чем угощать Драконов!

Дракон снисходительно кивнул и опустил крылья.

– Ладно… Считай, что уговорила. – Выдержав паузу, он поинтересовался: – А что, табак хороший есть?

– Сейчаааас! – Лиля уже неслась в гостиную. Она схватила Сашину шкатулку и сдула с нее пыль. – Вот!

Дракон наклонился к шкатулке, с видом знатока втянул носом воздух. Его широкие, иссиня-черные ноздри затрепетали.

– РРР, мапааачо! – протянул он. – Привет, брат!

Он ловко подцепив когтем лежащий на дне бумажный пакетик и насыпал содержимое в трубку. Слегка хлопнув лапами, прикурил от взметнувшегося пламени и пыхнул табаком, распространяя вокруг клубы горького, ароматного дыма.

Лиля даже не знала, чему удивляться больше: явлению Дракона или тому факту, что из всех табачных сокровищ брата он выбрал какой-то невзрачный сверток.

Она посмотрела на трубку. – Вы с ним… знакомы?

Дракон широко улыбнулся, обнажив перламутровые клыки.

– А то! Братья, друзья и коллеги! Он тоже работает на дерево Света. Я сжигаю ядовитые стрелы, а он неустанно пыхтит, создавая защитный купол, который отгоняет всякую хтонь.

Слышать это слово от Дракона было странно.

– Хтонь? Что ты имеешь в виду?

– А ты не знаешь? Я позаимствовал это слово у одного из ваших поэтов. По-моему, его звучание прекрасно передает суть. Хтонь – это, что прикидывается живым, но таковым не является.

– О, это прямо про меня! – грустно усмехнулась Лиля. – Знаешь, в последние полгода я, считай, не живу. И нет во мне никакого света.

– Знаю, детка, знаю. А вот ты не знаешь, что у твоего состояния есть один, но несомненный плюс. Как там пелось в одной вашей симпатичной песне: «There is a crack in everything, that’s how the light gets in» 4 , – протянул Дракон, безупречно изобразив голос любимого певца ее мамы. – Речь, конечно, идет про настоящий свет – а не про те блики удовольствия, которые люди обычно так называют.

4

«Во всем есть трещина, через нее и проникает свет». Из песни Леонарда Коэна Anthem.

Дракон пронзительно посмотрел на нее и снова пыхнул табаком.

– В общем, давай к делу. У меня есть для тебя послание, которое я решил доставить лично.

– Какое послание?

– Тебе послание от брата.

Лиля уставилась на Дракона. Больше всего на свете она ждала такого послания, но, конечно, нисколько в него не верила.

– На словах такое не передается, – продолжал Дракон. – Чтобы его получить, тебе придется отправиться в очень особенное путешествие. Будет нелегко, но оно того стоит. Ну как? Рискнешь?