Франческа
Шрифт:
– Странно, что мы с Вами раньше не встречались, – сказал он.
– Наверное, мы посещали разные вечера. Тем не менее я слышала о Вас.
– Надеюсь, ничего плохого?
– В основном, все из области политики. Вы, я слышала, либерал?
– Так и есть, а Ваша мушка говорит мне о том, что у нас есть нечто общее.
Она почувствовала себя неловко при упоминании о мушке и постаралась переменить тему.
– Да нет, это просто такая мода. Дэвид, мой муж, и его семья принадлежит к партии Тори. А мой отец вовсе не интересуется политикой. Он фермер. – Поскольку лорд Дивэйн вел себя, как настоящий джентльмен, она решила, что должна пояснить,
Он наклонил голову и вновь посмотрел на нее с обезоруживающей улыбкой.
– И каков же я зануда, что обсуждаю политические дела с дамой да еще во время вальса.
– Думаю, Вы лицемерите, извиняясь передо мной. Ведь я первая начала говорить на эту тему.
– Я слышал о лицемерных комплиментах, но никогда не слышал о лицемерных извинениях. Вы думали, что я браню Вас, скрываясь при этом за извинениями. Нет слов, виноват.
– Вы уже дважды сказали мне то, о чем я думала. Вы что, читаете мысли, лорд Дивэйн?
Он взглянул ей прямо в глаза и заискивающе улыбнулся.
– Я называю это интерпретацией женского языка. Для многих мужчин этот язык совершенно незнаком. Я же им несколько владею. Например, если дама говорит «Я смешно выгляжу», это означает «Я приложила к своему туалету немало усилий и хочу, чтобы мне сделали комплимент». А если она, к примеру, горестно восклицает «Как рано ты пришел!» – значит «Я опоздала».
– А если это сказано не горестно?
– Ну, тогда это значит, что дама рада Вас видеть.
– Говорят, что в переводе всегда что-то теряется, – сказала она, посмеиваясь.
– Вы должны поступать так почаще, миссис Вильсон. Я имею в виду – улыбаться. У Вас восхитительная улыбка. «Ты не похожа на женщину, предназначенную только для удовольствия», – отметил он про себя. Да, очень приятная улыбка.
– А вот Вам еще кое-что, требующее перевода. Я не та, за кого Вы меня принимаете.
– Не миссис, или не Вильсон?
– Ни то и ни другое, – задумчиво проговорила она. Вальс подходил к концу. – И я оставляю Вас с этой головоломкой, чтобы Вам было что интерпретировать.
Дивэйн поклонился, все еще держа ее за руку.
– Не беспокойтесь, я не собираюсь забывать Вас, Бидди. Она улыбнулась и сделала реверанс.
– Спасибо за приятный танец, лорд Дивэйн.
– Вам действительно было приятно танцевать со мной?
– Вы можете также перевести на свой язык и это, – подразнила она его и, освободив руку, повернулась, собираясь уходить.
Дивэйн последовал за ней с танцевальной площадки.
– Я расцениваю это как то, что мое танцевальное мастерство очаровало Вас. А наша сделка состояла в том, что, если это случится, Вы подарите мне еще один танец.
– Я не это имела в виду. Вам еще следует подучиться переводу с женского языка. Извините, – слегка махнув кончиками пальцев, она поспешно ушла.
Леди Листер была несомненно польщена тем, что известный лорд Дивэйн почтил своим присутствием ее бал. Сразу же после ухода Франчески она метнулась к нему, подхватив под руку, повела по залу.
– Я вижу, Вы познакомились с леди Кэмден? – сказала она. – Очаровательная девушка!
Дивэйн был моментально шокирован: «Леди Кэмден?!»
– Да, вдова лорда Кэмдена, сына старого Мондли. Ее муж был убит на Пиренейском полуострове. Он был не совсем военным человеком. Его послали туда с каким-то правительственным поручением, там и настигла его руля. Франческа тяжело перенесла это, но в этом году она удивительным
Возможно ли, чтобы леди Листер ошибалась?
– Мне показалось, она упомянула имя Вильсон…
– Вильсон она была до замужества. Вильсон из Суррея, дочь сэра Грегори. А ее мама принадлежит к семейству Беофорт. Дэвид был замечательный партией для нее. Она такая хорошенькая. Идемте, я должна познакомить Вас с супругами Ландрис.
Она повела его дальше и, пока он кланялся, улыбался и болтал о чем-то с гостями понял, что Бидди была леди и действительно вдова. Единственного он не мог понять – что делала респектабельная, благородная молодая вдова в Пантеоне? В девчонке несомненно была какая-то чертова жилка, иначе такой кутила и развратник, каким был молодой барон Кэмден, никогда не обратил бы на нее внимания. И то, что она носила мушку в таком месте, было тоже легкомысленно. Леди в ее положении следует вести себя более осмотрительно. Что же, он должен изменить тактику и вести себя утонченнее, нежели предполагал ранее, и более осторожно. Она должна будет присоединиться к его компании, или ему придется присоединяться к ней. Обычно протекцию подобным его любовным связям составляли вечера в больших, знаменитых домах, хозяйки которых с пониманием относились к такого рода приключениям. В ближайшее время он уже приглашен на два или три таких вечера.
Покинув Дивэйна, Франческа поспешила в гостиную, где подавали закуски. Там она нашла Селби.
– Что еще говорил тебе Дивэйн? – обеспокоенно спросил он.
– Он узнал тебя?
– Да, но я сумела отделаться от него. Не думаю, что стоит опасаться каких-либо неприятностей с его стороны. Он показался довольно приятным при близком знакомстве.
Мистер Кейн предположил, что Дивэйн узнал ее настоящее имя и извинился за свое поведение в Пантеоне. Он видел, как тот пригласил ее на следующий танец и благополучно проводил после этого. Дивэйн не спускал с нее глаз, но так и не подошел больше. Было очень важно, чтобы никто из светской публики сейчас не заподозрил возникших между ними отношений. Репутация дамы должна оставаться незапятнанной, особенно в амурных делах.
Но тем не менее, увидев ее выходящей из танцевальной гостиной. Дивэйн отправился следом и встал на ее пути уже у выхода.
– Надеюсь, Вы еще не уходите, леди Кэмден?
– А, так Вы уже все разузнали? – сказала она, засмеявшись.
– Не понимаю, зачем Вам понадобилось скрывать такое респектабельное имя?
– Ну, просто потому, что я тогда попала в скандальную ситуацию.
– Ну, хорошо. Тогда возникает вопрос – что Вы там делали? Что, просто устроили себе бурный веселенький вечер?
Она устало вздохнула.
– Ну, иногда все эти сухие светские развлечения так надоедают…
Он кивнул в знак согласия.
– В этот уик-энд я приглашен на неофициальный вечер в дом герцога Тавистока в его поместье в Кенте. Может, Вы присоединитесь ко мне?
Она выглядела встревоженной, даже пожалуй, испуганной.
– О, нет! Я ведь даже не знаю его.
– Но Вы знаете меня.
Дивэйн, казалось, раздваивался на двух совершенно разных людей. Один из них был высокомерным хищником, познакомившимся с ней в Пантеоне, а другой – вежливый лорд, с которым она встретилась этим вечером. Мужчина, разговаривавший с ней сейчас, был высокомерным хищником. Его взгляд так и соскальзывал на ее грудь. А, эта проклятая мушка! Она приподняла руку, чтобы немного прикрыть лиф платья.