Фотограф
Шрифт:
Прохаживаясь по комнате, Сэм проверял закреплённую на штативах технику, казалось, совершенно не смущаясь собственной наготы. Здоровенный член тяжело покачивался, прижимаясь то к правой, то к левой ляжке. Волосатая мошонка сильно отвисала, словно в резиновый мешочек положили пару стальных шариков.
Стейси захотелось схватить одежду и убежать. Прежде она никогда не видела голых мужчин. А теперь, в чём мать родила, сидит в одной комнате с совершенно голым мужчиной, годящимся ей в папочки. У девушки не хватало слов, чтобы описать всю необычность ситуации. "Нужно
Убеждая себя уйти, Стейси продолжала сидеть на кровати. Во-первых, у неё никак не получалось набраться смелости, чтобы решиться на такой дерзкий шаг. Во-вторых, ей не хотелось выставлять себя неопытной девчонкой, испугавшейся вида члена. Поэтому она продолжала сидеть на кровати, удивлённо разглядывая здоровенную дубину Сэма.
– Отдохнула? – спросил фотограф у Стейси, приближаясь к ней с новой камерой. – Готова продолжать фотосессию?
– Мистер Калдикот, я даже не знаю, – смущённо сказала она. – Это не понравится моему парню.
Почему она сказала это, девушка не представляла. Они с Тимом ничего друг другу не обещали. Даже своим парнем она могла его называть с большой натяжкой: несколько раз сходили в кино и немножко потискались. И всё же Стейси почувствовала себя лучше, упомянув о Тиме. Когда Сэм забрался на кровать и опустился на колени рядом с ней, девушка стала нервно поглядывать на него.
– Приляг, и слегка раздвинь ноги, – сказал фотограф, не обратив внимания на слова девушки. – Мне хочется ещё поснимать эту роскошную пиздёнку.
Вновь услышав это грязное слово, Стейси покраснела. Слегка шокированная, она сделала всё, как просил Сэм: растянулась на кровати и слегка раздвинула ноги.
– Замечательно. Прекрасно, – бормотал себе под нос мужчина. Затвор камеры громко щёлкал.
Большие груди были настолько упругими, что совершенно не расплющились, лишь слегка развалились по сторонам. Наклонившись над девушкой, Сэм несколько раз сфотографировал сиськи. Хотя мужчина не касался Стейси, та с волнением поглядывала на здоровенный член. Она была не уверена, но ей показалось, что длинная колбаса слегка набухла.
– Потрогай свои красивые соски, – попросил фотограф. – Потри их пальцами. Давай посмотрим, сможешь ли ты сделать их ещё твёрже и длиннее.
Опустив камеру, мужчина стал ждать. Когда Стейси начала пощипывать и покручивать соски, он улыбнулся. Толстые столбики уже вытянулись сантиметра на два, и Сэм сомневался, что они смогут стать больше. Но мужчине нравилось смотреть, как красивая девушка ласкает себя. Ему даже удалось запечатлеть несколько чудесных моментов, когда соски были сильно растянуты.
Стейси показалось, словно в комнате включили пару обогревателей, так ей стало жарко. Пальцы, сминающие соски, рождали невероятно приятные ощущения. Искорки удовольствия разбегались по груди и отзывались сладкой дрожью в начинающей мокреть киске. Когда мужчина попросил её пощипать соски, Стейси не хотела начинать, а теперь
– Секундочку. Мне кажется, я знаю, как сделать твои соски максимально длинными и твёрдыми, – внезапно сказал Сэм, откладывая фотоаппарат. – Убери руки.
С большой неохотой девушка оторвала пальцы от распухших сосков. Вдруг, не успела она и глазом моргнуть, мужчина наклонился, и, обхватив губами один из торчащих столбиков, втянул его глубоко в горячий рот. Не остановившись на этом, он принялся сосать, облизывать и покусывать пульсирующий сосок.
– Аааааааах! – выдохнула девушка, искорки удовольствия превратились в язычки пламени. – Мистер Калдикот!!! Оох, как хорошоооо!
Хорошенько пососав первый сосок, мужчина быстро перешёл ко второму. Поглубже втянув упругий столбик в рот, он принялся с жадностью его насасывать. Нежно впиваясь зубами в толстый пенёк, Сэм заставил его буквально закаменеть. Выпрямившись, он улыбнулся раскрасневшейся от возбуждения девушке. Оба соска торчали, поблескивая от слюны. После такого жадного насасывания они стали заметно длиннее.
По непонятной причине Стейси показалось, что красивый мужчина сейчас жадно вопьётся в её губы, но тот схватил камеру и начал фотографировать торчащие соски. Внезапно девушке захотелось прикрыть ладонями распухшие пеньки, скрыть от него то, что выдавало её безумное возбуждение. Невероятные, странные ощущения начали захватывать всё тело Стейси. В животе сладко подрагивало, а между ног становилось всё мокрей.
Довольный фотограф всё ещё поверить не мог, насколько большие и упругие у девушки сиськи, ведь она была очень худой. Соски же распухли настолько, что, казалось, вот-вот начнут брызгать молоком. Ему ужасно хотелось пососать их ещё немного, но Сэм переборол искушение. Вместо этого, он вновь принялся снимать киску, и, постепенно двигаясь по дивану, вскоре оказался на коленях между ног Стейси.
– Раздвинь ноги пошире, – сказал он, подбираясь к ней. – Да, правильно. Умница. Теперь растяни пальчиками эти красивые, миленькие губки.
"Господи, это какое-то извращение, – подумала Стейси. – Ужасное, грязное, кошмарное извращение. Как я могу таким заниматься?" Правда, чем дольше она думала о том, насколько это грязно и извращённо, тем сильней пылала киска. Не в силах противиться растущей похоти, девушка, опустила руки между ног и растянула пальцами волосатые губы. Её удивило, что сейчас она смущалась гораздо меньше, чем тогда, когда показала грудь.
– Пошире, сладкая. Пошире растягивай эти чудесные губы, – уговаривал он. – Я хочу сфотографировать розовую мякоть. Покажи мне себя, милая. Полностью раскройся.
Возбуждённая девушка сильней раздвинула пальцы, и толстые губы, слипшиеся от соков, медленно разошлись. Открылись красноватые, похожие на крылья бабочки, лепестки и розовая дырочка. Нежная плоть была розовато-красноватой, напоминая цветом морскую раковину. Маленький клитор высовывался из-под капюшона плоти. Сглатывая слюну, Сэм разглядывал всю эту красоту.