Фортификатор

Билик Дмитрий Александрович

Ну все, приплыли. Мало мне было Ши с его философскими воззрениями, теперь еще один мыслитель завелся. Хотя, все говорит правильно. По делу.

– Нет ничего вечного: люди, которые есть сейчас, завтра могут стать лишь воспоминаниями. Это нормально. Нужно быть готовым ко всему.

Пилипо кивнул, явно согласный с моим объяснением. Шари, явно далекого от философии, интересовали конкретные вещи.

– В чем будет заключаться наша задача?

– Зависит от того, готовы ли вы поменять цвет?
– Вопросом на вопрос ответил

я.

– Вопрос риторический, - хмыкнул рыжий.
– Если ответим отказом, то переедем. Будем начинать все заново где-нибудь в центре или на юге.

– Ну выбор-то есть, - с мягкой улыбкой главы избиркома нашего доминиона, замешанного в многочисленных махинациях, ответил я.
– Просто если вы в здравом уме, то он очевиден.

– Ничего не изменится, - поглядел на своего софракийца Пилипо.
– Раньше давили "Волков" и теперь будем.

– Да, только теперь под моим присмотром. И замечу сразу, отсидеться в девках не получится.

– Нас можно во многом обвинить, - исподлобья посмотрел Шари, - но никак не в трусости. Мы хорошие бойцы.

– Знаю, видел отчеты. Итак, теперь, когда все прелюдии закончены...

– Мы с тобой, - сказал за обоих Пилипо.

Я пожал руки, поковырялся в планшете, высылая приглашения, и мундиры стоящих передо мной подсветились фиолетовым цветом, а на шевроне появилась морда ушастого зверька.

– Подготовьте войска, с каждого минимум пять ударок.

– Есть!

– Есть!

В два голоса отрапортовали новоприбывшие. Надо же, только что общались как с равным, но стоило перейти в разряд "командир-подчиненный", сразу превратились в солдафонов. Это точно наработки Майры. Странно, что ее люди при подобной муштре позволили себе напасть на союзника.

За тридцать восемь дней до окончания Второй Эпохи

Конференц-зал дистрикта поразила гробовая тишина. Только что отзвучали слова главнокомандующего, и лидеры фракций, пораженные жесткой, честной речью, приходили в себя.

Первым приподнялся коренастый восточный мужчина, оперся руками о стол, обвел глазами всех присутствующих и посмотрел на главу Альянса.

– Мы многое с тобой прошли. И огонь, и воду, и чертовы Твердыни четвертого уровня. Скажу больше, и дальше пойду. Но даже я считаю, что это попахивает предательством.

– Можно остаться и умереть. Фигурально, конечно, - ответил худой человек.
– Нас уничтожат, растащат по кускам. Вы видели, что стало с другими Альянсам? Видели, сколько дней продержался Восточный дистрикт?

– И мы откажемся от своих слов?
– Поднялась на ноги плотно сбитая женщина, с некрасивым квадратным лицом.
– Откажемся от своих обязательств?

– Союзы заключаются и распадаются в зависимости от текущего положения дел. Только глупцы будут цепляться за сбитое крыло флаера. Умный отпустит его и раскроет парашют.

– Рёмер, ты знаешь, я не люблю этих

аналогий. Скажи нормальным всеобщим языком: мы отказываемся от союза с "Пантерами", предать их?

– Мы не предаем. Мы не ведем переговоров за их спинами. "Черным" предложили ровно такие же условия, как и нам, но они отказались. Скажу больше, это даже нам на руку, потому что в таком случае победных слотов было бы меньше. Нам нужен этот союз.

– Союз с "Жжелтыми", с теми, с кем мы воевали почти всю эпоху. Ты слышишь себя?

– Слышу, Майра. Но услышь и ты меня. Иногда приходится быть гибким, подстраиваться под обстоятельства, чтобы в определенный момент начать менять их.

– Все, что я сейчас слышу: давайте пойдем и будем подмахивать "Канарейкам" в надежде на пять победных слотов. Ты можешь дать стопроцентную гарантию, что завтра они не передумают?

– Может ли дать кто-нибудь стопроцентную гарантию, что завтра взойдет солнце? Или не произойдет еще какой-нибудь чудовищный катаклизм, который уничтожит все живое. Мы просто живем и надеемся на лучшее.

– Сравнил божий дар с эрзац-белками. "Канарейки" не небожители, если мы соберем все силы, объединим разрозненные Альянсы.

– Слишком много если. Учесть интересы всех Альянсов и при этом не забыть о своих целях - задача невероятной сложности. У нас нет ни времени, ни ресурсов этим заниматься...

– Ни желания, - не унималась Майра.

– Признаться, и это тоже. Поэтому сказал то, что сказал. Если кто вдруг не понял, проведя всю эпоху под моим командованием - это не просьба, а приказ. Те, кто с ним не согласен, покидают Альянс. Кто осознает всю важность предстоящего мира с "желтыми", должен донести до своих людей информацию в нужном русле, - холодный взгляд скользнул по Майре.

– Извини, но это выше меня, - поднялась и вышла из-за стула женщина. - Прогибаться под "Канареек", плевать на договоренности, кидать своих союзников ради призрачного шанса, что нам бросят кость, оставшуюся от сытного обеда. По мне, "желтые" уберут тебя, как только посчитают тебя опасным или поймут, что с тебя больше нечего взять!

– Ты уходишь?
– Тон Рёмера совершенно не изменился, оставаясь все таким же спокойным и неэмоциональным.

– Разве ты оставляешь мне выбор? Надеюсь, тут еще остались честные люди, для которых данное слово хоть что-то значит?

Она с немой мольбой обвела всех лидеров Альянса. Кто-то отводил глаза, другие злобно смотрели в ответ. Из всех собравшихся глав фракции только один - низкий жилистый мужчина лет сорока - кивнул, как только взгляд Майры остановился на нем, и поднялся на ноги.

– Я с тобой, - хрипловато ответил он.
– Я и мои люди.

– Вы знаете правила, - произнес Рёмер.
– Вы вольны идти, куда вам вздумается, вступить в Альянс, который хотите. Форты останутся за вами, но кантоны...