Форс-мажор
Шрифт:
В логике ей не откажешь.
– Хорошо, я буду тебе помогать, – согласился я. – Но ты должна сама учиться. Три – четыре ревизии вместе, а дальше ты должна брать бразды правления в свои руки.
– Я согласна, – с энтузиазмом подхватила она. – Допустим, назначаем ревизию на каждое пятнадцатое число месяца. Но, обещай, что если у меня за четыре раза не получится вникнуть во все, ты меня не бросишь.
– Я тебя не брошу, – заверил я ее. – Только ревизии нельзя назначать заранее, вся сущность ревизии в ее неожиданности. Она должна происходить через
– Вот видишь, я даже таких элементарных вещей не знаю.
– Интересно, что скажет полковник? – спросил я.
– А что он скажет? Ты ведь хочешь как лучше. Только может поинтересоваться на счет твоей зарплаты в данном случае.
– Зарплата мне не нужна, – сказал я. – Я просто помогаю жене своего друга.
Нелька прикурила сигарету, выдохнула дым и снова затянулась.
– Знаешь, я думаю, что Игорь в тебе не ошибся. Другой бы постарался прибрать все к рукам и выжать из этого положения как можно больше выгоды для себя. Ты хороший.
– С этой точки зрения я ситуацию не рассматривал, – улыбнулся я. – Мне казалось, что я просто стараюсь избавиться от лишних проблем. Впрочем, я действительно хороший.
– Давай, я прямо сейчас позвоню Спарыкину, – предложила Неля.
Она набрала номер, открыла было рот, кивнула, сказала: «Хорошо» и положила трубку.
– Он занят, сказал, что перезвонит.
– Когда?
Она пожала плечами. Мы минуты три просидели молча, потом Неля с сомнением произнесла:
– А может быть, мне пойти учиться?
– Это – мысль, – заверил ее я. – Время челноков и самоучек типа меня и Сереги заканчивается. Уже сейчас хорошего бухгалтера днем с огнем не найдешь, скоро начнут цениться финансисты и экономисты. Эпоха дикого капитализма заканчивается, – я вспомнил Аркадия, как яркое подтверждение моих слов. – Иди на заочный.
– Хорошо, – сказала она. – Два раза в год – сессия, один раз в месяц – ревизия на фирме, а в остальное время что мне делать?
– Иди работать, – меня осенило. – Тут в одной фирме, которая торгует водку оптом, только что освободилось место кассира-операциониста, должность не ахти какая, но для начала сгодиться. Я знаком с директором, если хочешь, поговорю.
Нелька вначале не поняла шутки, а когда врубилась, просияла:
– Ты – гений.
– Еще бы. Начнешь с низов, изучишь каждую бумажку.
– А это удобно? – спохватилась она.
– Вполне. Тебе нужно понять принцип. Схема, по которой сейчас работает «Дисконт» не вечна. Года два, три, а потом придется перестраиваться. Игорь оставил тебе в наследство приличный капитал. Нельзя его растерять.
Нелька выглядела окрыленной.
– Пойду, – я помахал рукой. – Если позвонит Спарыкин, постарайся его убедить, что я все делаю правильно. Выйди на связь.
– Постой, – она взяла меня за руку. – Ты меня не бросишь? Ты мне действительно поможешь?
– Да, – как можно убедительней сказал я.
В гастрономе на углу Фрунзе и Калинина, я купил полкило мандаринов,
– Ты где? – спросил он.
– На Фрунзе, около гастронома.
– Стой там, – приказным тоном сказал он. – Я сейчас подъеду.
Через десять минут он припарковался у тротуара впереди меня и сдал назад, едва не задев бампер. Так как он не выходил, я вышел сам и пересел к нему в машину.
– Неля мне все рассказала, – после рукопожатия сказал он. – В принципе, я не против, но ты должен нам помочь наладить учет. Мысль устроить Нелю в фирму на работу тоже не плохая, – он с уважением посмотрел на меня. – Пусть осваивается, может, и меня чему-то научит, мне ведь скоро на пенсию.
Он о чем-то надолго задумался.
– Ваш вопрос я решил, – продолжил он, освободившись от мыслей. – Наркоторговца взяли с поличным. Как я и предполагал, он действовал по своей инициативе и остальная их кодла ни при чем. Они от него тут же отреклись. Но, машина их, парень тоже числился у них. Так что в наших руках появился лишний козырь. После того, как прижали Галкина, мой разговор с ними прошел легко и непринужденно. Платить Пивоваровым ничего не надо. Павильон ваш. Тебя больше не потревожат, даже перепишут договор, как положено. Надо будет отстегнуть одному человечку пятерочку, но это не к спеху.
– Значит, я могу заплатить армянам за работу? – обрадовался я.
– Да. Я ведь сказал, – он с трудом подавил раздражение, и гордо добавил: – Вот так должна работать настоящая крыша.
Я чуть не обнял его за бычью шею.
– И еще, – он ехидно улыбнулся. – Завтра я забираю твои бабки из ментовки. Правда, не все. Пятьсот ребята потратили, но ты ведь не будешь против?
Я пожал плечами.
– Что застыл? – спросил полковник. – У меня все.
– Спасибо, – выдавил я.
– Не за что, я ведь ваша крыша, – улыбнулся он. – Осталось самое главное: узнать, кто завалил Игоря. Я думаю, мы и этот вопрос решим. Там действовали не профессионалы. Есть кое-какие следы.
Я открыл дверь и поставил ногу на асфальт, но потом опять занес ее в салон:
– А если армяне не поверят, что мы отвоевали стройку? – спросил я, вспомнив сомнения Тиграна. – Деньги за прошлую работу возьмут, а продолжать не станут?
– Пусть их бригадир позвонит мне.
– Вы будете с ним разговаривать?
– Я могу разговаривать с кем угодно, с армянами, с ментами, с бандитами, с фээсбэшниками, с чеченами и даже с инопланетянами, если будет надо, – похвастал полковник. – Но, лучше, если ты просто заплатишь ему вперед.