Формула одиночества
Шрифт:
– Прощу прощения, но всем спокойной ночи!
Сосед удержал ее за руку как ни в чем не бывало, улыбнулся и многозначительно посмотрел ей в глаза.
– Мариночка! Вас проводить завтра на пляж?
– Спасибо! – Она мило ему улыбнулась. – Я уже взрослая тетенька, не заблужусь, – и вышла из-за стола.
Арсен догнал ее у лестницы, ведущей на второй этаж.
– Вы раздумали идти на море? – нахмурившись, спросил он.
– В принципе не раздумала, – ответила она, – но мне показалось, что вам не хочется покидать
– Я выполняю свои обещания, – сухо ответил он. – Идите переодевайтесь. Я буду ждать вас за воротами через десять минут.
И направился в свою «VIP-келью», как называла его комнату Анжела. Это была отдельная комната, расположенная над кухней. Терраса перед ней расширялась, образуя квадратную площадку, на которой под тенистой, усыпанной желтыми плодами алычой стояли точно такие же, как в саду, плетенные из лозы столик и кресло. На кресле лежала соломенная шляпа, а на столе – растрепанная стопка прочитанных газет.
Арсен открыл дверь и вошел в комнату. На мгновение мелькнул и исчез светящийся экран телевизора. Марина хмыкнула. Помимо телевизора, в комнате имелся еще кондиционер. Выходит, Арсену по карману такой сервис. Что ж, если он здесь живет достаточно долго, да вдобавок работает над книгой, эти затраты вполне объяснимы...
Она споткнулась, и ворчливый голос Арсена мигом вернул ее из воспоминаний в реальность.
– Осторожнее, – сказал он и сильнее сжал ее ладонь. – Мы уже почти пришли.
Только теперь она поняла, что ее тошнота прошла, а они стоят перед высоким забором, сплошь затянутым неизвестным ей растением с плотными жесткими листьями. Она сорвала один и растерла его между пальцев. И, ощутив знакомый запах, удивилась:
– Лавровый лист?
– Здесь этого добра как грязи! – недружелюбно отозвался Арсен и распахнул калитку. – Проходите!
Залаяла собака, и Марина замедлила шаг.
– Не бойтесь! – Арсен потянул ее за руку. – У Барри почти не осталось зубов, как и у его хозяина.
Навстречу им выскочил рослый доберман, поднял голову, принюхиваясь, затем бросился со всех ног к Арсену и затанцевал перед ним, радостно взлаивая и норовя броситься лапами ему на грудь.
– Отвали, отвали, Барри, старое ты корыто! – Арсен потрепал пса за холку и оттолкнул его с дороги. – Иди, не пугай гостью!
Они направились к видневшемуся в глубине двора дому. В одном из окон на первом этаже горел свет.
– Не спит старый шкипер! – весело сказал Арсен и пояснил: – Когда-то на его древней фелюге мы вдоволь ловили кефаль и барабульку и доходили пару раз почти до границы с Турцией. Тогда мне было двадцать лет, ему лет пятьдесят, но нам море было по колено. Однажды за нами погнался пограничный катер, но мы ушли. Не верите? Честное слово, ушли!
Марина пожала плечами. Она очень слабо представляла, что это за судно такое – фелюга. Тем более ей ничего не было известно о ее
Арсен ухмыльнулся:
– Ладно, раскрою секрет. Просто Еснат знал одну хитрую банку. Погранцы на всей скорости сели на мель, а мы благополучно скрылись. – Он искоса посмотрел на Марину. – Сейчас познакомлю вас со старым пиратом. – И крикнул: – Еснат, дырявая калоша! Жив еще, курилка?
От крыльца раздался хриплый кашель, и над их головой среди виноградной лозы вспыхнула лампочка.
– Ора, Арсен? Твою мать! – Из темноты возник высокий белый как лунь старик с сигаретой в зубах. Он опирался на бамбуковую трость и, прищурившись, вглядывался в их лица.
– Совсем, что ли, нюх потерял, Еснат? – Арсен обнял старика и похлопал его по спине. – Не спишь, добро караулишь?
– Какое добро? – Старик отстранился и ткнул его кулаком в плечо. – В такую погоду хозяин из дома дохлую кошку не выбросит. Вот сидел потихоньку, чачу пил помаленьку, футбол по телевизору смотрел. Тьфу, – он сплюнул в траву, – таких футболистов кастрировать надо. Ни одного мяча не забили, а три пропустили. – Он перевел взгляд на Марину, затем вопросительно посмотрел на Арсена: – Жена твоя или подружка?
– Ни то ни другое, – засмеялся Арсен. – Это Марина. Из Сибири. Приехала отдыхать к Анжеле.
– Из Сибири? – Старик окинул ее внимательным взглядом из-под лохматых седых бровей. – В Сибири красивые женщины!
– Это я и без тебя заметил! – снова засмеялся Арсен и подхватил Марину под локоть. – Веди нас, отшельник, любимец богов, в дом. Надеюсь, для нас найдется по стаканчику чачи?
– И чача есть, и сыр свежий, еще горячий. Вечером коптил. И мамалыга, и лобио... – Еснат улыбнулся и кивнул Марине: – Заходи красавица. Вижу, замерзла совсем!
И они направились к дому. На ее плечи упала одна капля, затем другая.
– Быстрее! – крикнул Арсен.
И они припустили к крыльцу. Когда они взлетели по ступенькам, дождь уже вовсю барабанил по виноградным листьям, по траве и бетонным плитам дорожки.
– Успели! – с облегчением сказал Арсен и вдруг весело подмигнул Марине: – Видишь, от меня просто так не ускользнешь!
– Маньяк! – прошептала она, но без прежней злости. И подумала: «А, будь что будет!»
Глава 5
Марина проснулась от громких криков петухов и с недоумением огляделась по сторонам. Она лежала на широкой кровати в большой спальне, где из мебели были только старый одежный шкаф с отвалившейся дверцей и не менее древний комод с потемневшим зеркалом в старинной раме. Рядом с ним тикал столь же древний будильник. Видно было, что в комнате давно не делали ремонт: обои на стенах пожелтели, потолок шелушился, но постельное белье было новеньким, подушка – мягкой, а плед, которым кто-то укрыл ее, теплым и пушистым.