Формула Клипсис
Шрифт:
На Майка обрушился поток информации из следящего компьютера. Он старался выявить изменения, а Лек тем временем боролся за позицию на старте. Один корабль вырвался вперед с избыточной скоростью, рискуя подорвать двигатели на первом этапе борьбы за лидерство. Лек в это время находился на противоположном конце ряда, и получилось так, что два других корабля, прорываясь через главное кольцо, захватили второе и третье места. Леку удалось оказаться на четвертом месте, опередив двух очень агрессивных гонщиков. Остальные растянулись позади, в груве. Пока Лек уточнял расстановку сил, Майк слился с компьютером, словно тот был продолжением его мозга. Впрочем, почти так оно и было: его глаза моментально ловили показания,
Нервозность прошла, оставшись где-то возле плоскости эклиптики — а они теперь подбирались к северному полюсу системы. Он коротко сообщил Леку о позициях других кораблей, особенно о тех, что летели позади, потому что Леку было трудно уследить за ними. Майк бросил взгляд на широкоугольный экран, и у него вновь перехватило дыхание. Паутина мерцала на солнце, призрачная золотая сеть, сквозь которую двигались сияющие факелы кораблей. А за паутиной виднелись стремящиеся к солнцу туннели свернутого пространства, соединяющие Питфол с другими планетами. Зрелище захватило его лишь на долю секунды, но когда глаза и мысли вернулись к приборам, он понял, что пора быстро настраиваться на работу. Кто-то позади них летел в обходном туннеле, готовясь к обгону.
— Лек... — предупредил он и сообщил напарнику расклад позиций.
Лек мгновенно среагировал, вильнув хвостом, чтобы создать турбулентность. Соперник отстал. Лек тоже слегка отстал от переднего корабля. Он коротко застонал и придал «Скользкому Коту» добавочное ускорение, слегка подергав дроссель, чтобы проверить реакцию летящего впереди. Майк внимательно следил за действиями босса, думая о том, готов ли он сам к обгону. Вскоре ему представился случай выяснить это.
— Майк, когда дойдем до бакена на шести часах, надо будет спуститься по наклонной и попытаться обойти Джо. Внимательно следи за двигателями и за курсом и кричи, если заметишь что-нибудь тревожное.
— Слежу, — ответил Майк, напрягаясь.
Спуск с горки был процедурой, в которой ему почти не удалось попрактиковаться; в этом классе гонок такие усовершенствования появились лишь недавно, благодаря некоторым изменениям в паутине. На определенных трассах были установлены гравитационные бакены; там, где туннель обвивался вокруг такого бакена, гонщик мог выбрать одну из нескольких труднопроходимых высокоскоростных дорожек, в которых корабль несся, словно выпущенный из пращи. Как кратчайший путь к лидерству бакены были незаменимы — и коварны. Они могли вынести тебя вперед, а могли расплющить.
У Майка не было опыта, достаточного для такого риска, зато опыт был у Лека.
Когда они огибали северный полюс Клипсиса, призрачная межпланетная сеть, казалось, опрокинулась на них, а затем стала расти, как мерцающая мишень. Две сети пересекались, и там, где они ныряли друг в друга, блестящие искорки кораблей вспыхивали одна за другой, попадая в плоскость эклиптики; оттуда они неслись к южному полюсу орбиты. К бакену. Это походило на изгиб в паутине, нить, выбившуюся из клубка; высокоскоростные дорожки свободно и причудливо изгибались в пространстве и вновь соединялись с основной трассой. Бакен приближался слишком быстро. Майк впитывал в себя показания приборов, регулировал двигатель, следил за другими гонщиками, передавал информацию Эндрю на пит и при этом держал пальцы скрещенными.
— Похоже, все нормально...
— Пэм тоже собралась прыгать, — пробормотал Лек. — Финк и Бев, они на втором месте...
Корабль, шедший вторым, дернулся и, вспыхнув, устремился в одну из обходных дорожек. Ждать, пока он вынырнет, было уже нельзя. Третий корабль шел в груве.
— Все по-прежнему спокойно, — сказал Майк. Лек свернул. Экран загорелся тревожным светом. Они были на спуске. Лек вел корабль с мрачной сосредоточенностью.
— Вот это я называю летать! — услышал Майк голос Эндрю, который следил за маневром на мониторе. Но времени на ответ не было, поскольку Джо и Эндрю, бывший третий номер, теперь сидели у них на хвосте, а Лек наседал на второй номер, Джордана и Уильямса, которые еще совсем недавно лидировали. Впереди сейчас шли Финк и Бев. И этой позиции суждено было сохраниться до следующего бакена...
Это случилось на шестом витке.
Лек по-прежнему шел третьим, а Джордан и Уильямс предпринимали отчаянные попытки восстановить лидерство; они метались по обходным дорожкам, до предела перенапрягая двигатели. Контроль Движения уже дал им желтый сигнал, предупреждая о нарушении правил. Еще одно предупреждение, и их снимут с гонки. Но они стояли на своем, и Леку приходилось лететь очень осторожно, чтобы не столкнуться с ними.
В конце концов не только им самим, но еще двум пилотам пришлось заплатить страшную цену за их безрассудство. На шестом витке Джордан и Уильямс решили пойти на обгон, оттолкнувшись от бакена, или, во всяком случае, попытаться. Лек увидел, как они готовятся к маневру и заложил вираж к правой дорожке, тогда как Джордан и Уильямс нырнули в левую. Майк тщательно отслеживал движение кораблей — Леку нужно было попытаться войти в грув впереди них, иначе он вновь окажется на той же позиции за ними. Сердце Майка екнуло, когда он заметил, что Джордан и Уильямс слегка закачались на спуске и потеряли скорость. Лек вел корабль безупречно, и, когда приблизилась точка возврата на трассу, Майк пропел: «Место есть — обходи!» Лек подчинился, не моргнув глазом, и они заняли в груве вторую позицию почти вплотную к лидеру.
И тут вспыхнул кормовой экран и панель управления расцвела сигналами тревоги. Голос контролера заполнил шлем Майка:
— Красный свет! Выключить все двигатели! Повторяю — красный свет!
Всем кораблям оставить только маневровые двигатели... Лек моментально выключил двигатель. Они не остановились и даже не замедлили движение, но продолжали дрейфовать вместе с остальными кораблями в потоке пространства на сверхсветовой скорости. Что-то случилось...
— Лек... — начал Майк слегка дрожащим голосом. Безумный поток информации на экране начал упорядочиваться, и стало ясно, что один, а, возможно, два корабля взорвались в паутине. Грув и большую часть паутины засыпало осколками.
— Вижу, — сказал Лек. — Эндрю, — он соединился с питом, — ты понимаешь, что случилось?
Несколько секунд слышался только свист помех, затем их прорезал меркекский голос Эндрю, необычно мягкий:
— Джордан и Уильямс потеряли контроль на спуске. Когда они вернулись в грув, их бросало из стороны в сторону, а вышли они прямо перед Джо и Эди... — отдаленный голос умолк, стараясь подыскать нужные слова. Потом он, казалось, вновь обрел дыхание. — Связь нарушена, поэтому мы не могли точно рассмотреть, что случилось. Но...