Формула беды
Шрифт:
"Вот и пришло наказание, – думал он, шлепая ногами по снежной каше. – За дармовые деньги всегда приходится расплачиваться. Конечно же, наш дифенилацетонитрил был плохим. Но в сарае приготовить что-то более качественное просто физически невозможно. Потому наша с Лешкой вина просто ничтожна в сравнении с виной Игоря Яковенко. В его распоряжении была великолепная лаборатория, приборы, химикаты. Я поручил ему разгонку под вакуумом, и он наверняка схалтурил. В общем, нам с ним кашу расхлебывать".
Через несколько дней Хлыстун передал Нечипоруку,
Погода выдалась морозная и туманная. Торговцы пили водку. Пассажиры, вышедшие из метро, наполняли паром дыхания подземный переход. Продавцы котят, опасаясь, что товар может околеть, предлагали "барсиков" и "мурок" бесплатно. Разносчики холодного пива терпели убытки.
Наступило время встречи. Женя, пританцовывая от холода, стал всматриваться в лица прохожих, выбирая смуглые и усатые. Чтобы журнал было лучше видно, он прижал его к груди, выставив обложку на обозрение. Через минуту к нему подошел небритый парень и голосом, не обещающим ничего хорошего, поинтересовался, чем это он тут торгует и почему без разрешения.
Князь следил за этой сценой через большое тонированное окно магазина радиотоваров. Он пришел к месту встречи раньше Нечипорука, чтобы убедиться в отсутствии слежки. Когда все подозрения Князя улеглись, он вышел из магазина, отправил небритого парня заниматься своими делами и, взяв Женю под руку, повел вдоль торговых палаток и магазинов.
– Значит, ты и есть Нечипорук? – спросил он, с любопытством рассматривая еще совсем юношеское, не нуждающееся в бритве лицо Жени. – Сколько тебе лет?
– Весной будет восемнадцать, – ответил Женя, в свою очередь рассматривая Князя. Первое впечатление оказалось благоприятным: этот человек не внушал страха, не вызывал отвращения. Вполне респектабельный господин "кавказской национальности" с прекрасным, лишенным акцента произношением, одетый дорого и со вкусом.
– Еще только восемнадцать, – глубокомысленно произнес Князь, – а ты уже позволяешь себе так неуважительно относиться к науке, которой посвятил свою жизнь!
Эта фраза прозвучала безобидно и пафосно, но Женя воспринял ее как команду к защитной речи и торопливо заговорил:
– Вы даже не представляете, какие ужасные у меня были условия для работы! Деревенский сарай, колодезная вода для конденсирования, старая посуда, отсутствие вытяжки…
Он говорил долго, потому как хорошо подготовился к этому. Князь его не перебивал и слушал внимательно. Он перебил его только тогда, когда они дошли до шашлычной.
– Кушать хочешь? – спросил он Женю.
Нечипорук, не ожидавший столь резкого перехода с гнева на милость, машинально кивнул, хотя предпочитал активно оправдываться и доказывать свою невиновность, чем жевать горячую баранину. С полным ртом он уже не мог быть столь многословным.
Они поднялись в кафе.
– Кушай, – сказал Князь, когда на узком блюде был подан шашлык, присыпанный колечками лука и измельченной зеленью, шампуров десять, не меньше. – Я знаю, что студенты живут впроголодь. У меня самого сын студент… Что будешь пить – водку, коньяк, мартини, шампанское?
Женька, давясь, глотал ароматные куски баранины и с трудом сдерживал глупый смех. Он невольно сравнил себя с Муму, которую Герасим перед казнью повел в харчевню и до отвала накормил борщом.
Сам Князь почти ничего не ел. Только оторвал кусочек лепешки, обмакнул его в соль и отправил в рот.
– Нравится? – спросил он.
– Очень, – признался Женя.
– Это приготовил мой хороший друг. Он тоже из Азербайджана… Никто в Москве не умеет так готовить шашлык. А секрет знаешь в чем? (Женя молча покрутил головой.) В профессионализме! В добросовестном отношении к своей работе. Если положено брать заднюю часть баранины с курдючным салом – то он берет только эту часть и никакую другую. Положено вымачивать в молодом вине с добавлением трехпроцентного винного уксуса – он возьмет именно трехпроцентный, а не двух– или четырехпроцентный…
"Понятно, куда ты клонишь, – подумал Женя. – Как строгий учитель провинившегося ученика".
Подали плов. Женя оторвался от шашлыка, перевел дух. Князь наполнил рюмки водкой.
– Скажи, – произнес он, прежде чем выпить, – а если я создам для тебя все условия…
– Лабораторию? – поторопился отгадать Женя.
Князю не понравилось, что молодой человек перебил его. Он нахмурился и спросил:
– Ты всегда такой торопливый? Может быть, из-за торопливости тебя постигла неудача?
– Извините, – сказал Женя.
– Готовую лабораторию я предоставить тебе не могу, – продолжал Князь. – Но мы можем сами ее сделать. Я дам тебе денег. Ты купишь необходимое оборудование и реактивы. Все это я переправлю туда, где ты сможешь работать в безопасности.
– Если под рукой будет все необходимое, – ответил Женя, все еще с аппетитом рассматривая блюда на столе, – то, конечно, можно многое сделать…
Он не спрашивал, что именно хочет от него Князь. Все было и без того ясно. Князь давал ему шанс исправить ошибку. "Если он такой богатый, то пусть раскошелится на оборудование. А с центрифугой, штативами, колбами и полным набором реактивов я запросто сделаю этот проклятый метадон, будь он неладен!" – думал Нечипорук.