Forgiven
Шрифт:
Бросив на Бель хмурый взгляд, младший сын все же пошел за своим отцом, словно провинившийся ребенок. Зайдя в лифт, семья Старк покинула отдел маркетинга.
– Похоже, Генри, не ожидал, - подмигнула Хлоя.
– Я просто не могу! Как он меня раздражает!
Пальцы Бель сжались в кулак.
– Да неужели? Тебе могут раздражать люди?
– Сейчас…
– Что?
Закрыв глаза, девушка принялась делать глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Злость, раздражение и глубокая неприязнь - вот, что вызывал в ней Генри. Слышать от него обвинительные слова в адрес Кристофера было просто невыносимо.
–
– спросила Хлоя.
– Ему лучше быть здесь.
Открыв глаза, Бель вновь произнесла те же слова, что и Роберту, но это было неправдой. Сейчас, в это самое время, он находился рядом с Кристаной, будущей матерью своего ребенка. Чувство, которое испытывала Бель, было очень странным. Это не было ревностью, скорее, небольшой обидой или непониманием. Именно сегодня он поставил её перед фактом того, что он будет ездить в больницу вместе с Кристаной и наблюдать за развитием малыша. Разумеется, она не возражала, но вот мысли о том, что он проводит с ней время, обнимает, успокаивает её, немного выводило из равновесия.
Отойдя от Хлои, Бель хотела было набрать номер телефона Кристофера, но раздавшийся звонок опередил её.
– Привет! Как ты?
– Кристофер, немедленно приезжай сюда! Уже три часа дня!
– Что случилось?
– Роберт Старк тут! И он хочет тебя видеть.
– Черт! Я совсем забыл об этом… Уже бегу.
***
Тишина. Невероятная тишина просто разрывала душу Анабель. Большая стрелка приблизилась к пяти часам, а Кристофер даже не заглянул в её кабинет. Сидя за столом, Бель взглянула в маленькое зеркальце. На неё смотрела красивая и любимая женщина, готовая на все ради своего мужчины. Закрыв зеркальце, она встала из-за стола и решила сама пойти к Кристоферу. Поправив прическу, Бель закрыла за собой кабинет, когда услышала голоса, раздававшиеся из кабинета её начальника. Подойдя ближе, девушка слегка наклонилась.
– Пойми, если будешь продолжать в том же духе, я попросту не смогу тебя больше защищать! Одумайся, что ты делаешь со своей жизнью. Кристофер, ты же умный мужчина.
– Я не собираюсь идти на поводу у вашего сына. Не ждите от меня этого, Роберт.
– Что ж, я надеюсь, что ты все понял. Я очень хочу, чтобы твоя жизнь наладилась. Завтра я навещу твою мать. Состояние такое же, не меняется?
– Нет, сэр. Она по-прежнему молчит и смотрит в окно. С постели не встает. Врачи говорят, что у неё случилось психическое расстройство.
– Та авария на неё сильно повлияла. Что говорить, она нас всех задела.
– Неужели вы приехали, чтобы обсуждать это со мной?
– Извини. Что ж, уже поздно, мне надо жене позвонить. Ещё увидимся, Кристофер. Подумай над тем, что я сказал.
Услышав шаги, Бель тут же побежала в первый попавшийся незакрытый кабинет и спряталась там. Роберт пошел по длинному коридору. Наблюдая за тем, как знакомая фигура скрывается за углом, Анабель вышла из своего убежища и скромно постучалась в дверь. Открыв её, она обнаружила Кристофера сидящим на диване. Напряженные спина и плечи моментально притянули взгляд девушки. Она почувствовала, как кончики пальцев закололо от желания помассировать его шею, помочь расслабиться хоть немного. Он наверняка слышал звук открывающейся двери, но так и не поднял низко опущенную
– Меня отстранили от нового проекта. Его отдали Генри.
– Что, но почему?
– Посчитали его менее затратным. Сказали, что если бы я не был таким самовлюбленным, то мы могли бы создать проект вместе… Шут гороховый…
Взяв своего мужчину за руку, Бель попыталась приободрить его, но тот резко встал и начал ходить по кабинету. Сейчас ему было не до неё, он не хотел замечать, не хотел слушать… Ему было важно только одно: репутация. Именно она могла пострадать. Встав с корточек, Анабель вопросительно взглянула на него.
– Не стоит принимать все так близко к сердцу. Это всего лишь работа и она не имеет большого значения…
– Ты хоть поняла, что сейчас сказала?
– повысился его голос.
– Для меня работа - это моя жизнь! Я столько времени трудился над этим проектом! Я готовился к встрече с японцами, откладывал важные мероприятия, а теперь… Я даже на эту проклятую встречу не попаду! Как это понимать? Ты хоть представляешь, во что это может вылиться? Этот засранец может сесть на мое место! Я не могу ему этого позволить!
– Кристофер, успокойся. В этой жизни есть и более важные моменты. Пойми, нельзя всегда во всем выигрывать.
– Нет! Он ещё, видимо, не понял, с кем связался! Я его в порошок сотру! Он хочет войны? Он её получит… Наркоман чертовый…
– И хватит оскорблять человека!
– Я говорю правду! Ты ведь ничего не знаешь о нем, не знаешь, от чего он раньше лечился.
– И не хочу знать! Прошлое - это прошлое. Мы все можем совершить ошибки.
– Ты его защищаешь?
– прищурился он.
– Никого я не защищаю. Просто…
– Порой я тебя не понимаю. Совсем. Мне иногда хочется спросить, у тебя есть мозги? Ты хоть чуть-чуть можешь соображать?
Эти слова отразились болью в сердце. Щеки тут же покраснели, в висках начало пульсировать. Он говорил вполне серьезно, без единой доли юмора. Анабель вскинула голову и, затаив дыхание, заглянула ему в глаза. Увы, кроме раздражения и тупой злости в них больше ничего не было. Сейчас она жалела только об одном: об отсутствии хорошей дубинки, которой так и хотелось зарядить Кристоферу по голове.
– Знаешь, иногда я хочу спросить тебя о том же, - прошептала она.
– Ты… Придет день, и твоя грубость выйдет тебе боком.
– Вот только не начинай… Повторяешь слова Роберта. Он меня уже предупредил о том, что если я совершу нечто подобное, меня уволят. На-до-е-ло!
Опустив голову, Анабель поняла, что бессмысленно продолжать пустой разговор. Ругаться с Блэком она вовсе не хотела. А стоило ли вообще? Отвернувшись от неё, Кристофер подошел к окну и хмуро начал глядеть на проезжающие по дороге машины.