Forbidden feelings

Ватсон Оливия

Игнатов злился, и это было видно, а девушка все больше и больше забавлялась этим. Да, она вела нечестную борьбу, но кто говорил о честности, если Кирилл был школьником с бушующими гормонами, а Виктория — уже взрослая и опытная девушка.

Просто на фоне своего замужества, всех этих бесконечных проблем, она уже и забыла, что значит принимать правила игры, а точнее устанавливать самой.

Вика сидела за своим рабочим местом, когда школьные коридоры уже опустели, а ученики расходились по своим домам, ей нужно было проверить самостоятельные

работы.

Ей захотелось выпить чаю, поэтому пришлось идти в учительскую, чтобы налить горячего напитка. Но до учительской она так и не дошла: услышав, как кто-то стонет в открытом кабинете математики, девушка краем глаза решила взглянуть, что там происходит. Лучше не стоило.

На учительском столе, раздвинув ноги, лежала молоденькая учительница математики, а сверху был ее муж, Евгений Викторович. Значит, он изменял ей, видимо, уже не первый год он трахал эту суку. От злости Вика со всей силы хлопнула дверью.

Развернувшись, она зашла в свой кабинет, толком не проверив задания, она, разозлившись, уехала домой. Но дома одной ей быть не хотелось, и, кажется, она знала, куда сегодня отправится.

Девушка переоделась в короткое чёрное платье, надев туфли на высоком каблуке, распустив волосы, Вика поехала в клуб «Сокол», куда совсем недавно приглашал ее Игнатов.

Народу было много, но девушка сразу нашла место у барной стойки. Пить не хотелось, она искала глазами того, кого хотела больше всего увидеть: Кирилла. Как только она почувствовала его взгляд на себе, то сразу направилась к нему, подойдя ближе, наклонилась к его уху:

— Давай переспим и забудем обо всем, — произнесла она.

Парень немного опешил, пожал плечами.

— С чего вдруг ты сама напрашиваешься на секс? — задал вопрос он, ехидно улыбаясь. — Застукала своего мужа? Так и думал.

— Давай оставим лирику. Да или нет. Либо я найду парня порешительнее, — девушка уже почти двинулась с места, как тот развернул ее за локоть.

Кирилл прижал ее к себе, медленно поцеловал, отстраняясь, выдыхая, произнёс:

— Ты слишком горячая, — взяв ее за руку, Игнатов сел с ней в такси и назвал адрес гостиницы; водитель тронулся с места.

========== 3. Осознание ==========

Memory Of A Melody – Skin Deep

G-Eazy & Halsey – Him & I

Motionless In White – Untouchable

***

«Просто дура! Глупая, никчемная дура!» — говорила про себя девушка, садясь в машину. Это неправильно, так не должно было случиться. Все это неправильно, так нельзя.

Виктория только что переспала со своим учеником. И это было слишком потрясающе, чтобы она вот так просто смогла отказать ему. Нет, не смогла и теперь винит себя в этом. В том, что позволила себе сделать это со своим учеником.

После всех разговоров они поехали в номер, где Кирилл проявил себя как джентльмен, заказав немного фруктов и шампанского, а после Вика отправилась в душ.

Когда она вернулась, парень ее ждал уже раздетый, лежа на

кровати с раскинутыми простынями. Она подошла к нему, поцеловала, скинула с себя полотенце и уже голой легла на кровать.

— У тебя очень красивое тело, — выдохнув, произнес Кирилл, пальцами проведя по ее груди.

Он целовал ее тело, исследуя своим языком каждую клеточку.

Прикусывал соски, пытаясь доставить удовольствие, наслаждаясь тем, что у нее давно не было секса. Он улыбался, мучая ее, ему нравилось, а Бердышева умоляла взять ее. Спустя минуту, парень резко вошел в девушку.

— В тебе так жарко, так мокро, — произнес Игнатов, двигаясь в ней.

Вика хотела остановить его, ведь понимала, что все это неправильно и так быть не должно, но ей нравилось то, что он делал с ней. И ей казалось все это правильным, как бы то ни было, ей ничего не угрожало.

Перевернувшись, Вика оказалась сверху. Двигаясь на его члене, девушка получала тот самый кайф, которого уже давно не испытывала. Эти ощущения внизу живота, как же ей их не хватало.

— О да, давай, я знаю, тебе нравится, — выкидывал Кирилл грязные словечки, заводя Викторию еще больше.

Вика потянулась к нему, поцеловав его, продолжая извиваться и стонать слишком громко. Через пару минут девушка кончила, а следом за ней кончил парень ей внутрь, благо он надел презерватив.

И тут осознание пришло к Бердышевой, только слишком поздно. Она махом собрала все свои вещи, оделась и выбежала из отеля прочь, поймав ночное такси. Блондинка ехала домой, захлебываясь слезами, пытаясь прийти в себя, чтобы дома ее не заподозрил муж.

Ей становилось тошно от самой себя, хотелось плакать и есть мороженое, а потом внезапно растолстеть, чтобы больше никто ее не смог любить и все будут обходить стороной.

Но отбросив эти мысли, сделав глубокий вдох, выдохнула и вышла из машины, сунув таксисту купюру в сто рублей.

Зайдя домой, обнаружила, что никого нет. На часах всего лишь час ночи. Быстро сняв с себя одежду, убрав в стиральную машину, она поставила быстрый режим, чтобы Евгений ничего не заподозрил.

После чего сходила в душ, выпила чашечку чая с конфетками за просмотром какой-то смешной передачи, хорошо, что ей к третьему уроку, а то не проснулась бы.

Вика услышала звук отключившейся стиральной машинки, развешала белье на сушилку, погасила везде свет и легла спать, не дождавшись мужа.

Утром девушка обнаружила своего мужа, который спокойно пил кофе и, как всегда, ел бутерброд, на кухне.

— Ты не ночевал дома, — заметила Вика, сев напротив него, заварив себе кофе (кофе девушка пила исключительно по утрам).

— Я полночи просидел за докладом в кабинете, — ответил он и продолжил пить кофе.

Вика хотела было наорать, а потом остановила себя. А какой толк кричать, если вчера она так же изменила ему? Виктория просто не видела смысла нападать на него, ведь она сама не была идеальной.