Fleurs d'orange
Шрифт:
— Чуть не забыла! Где вещь, что давал тебе Торрент?
— Посмотри в ящике стола. Но он не успел объяснить что это.
— Он рассказал мне. — Девушка подошла к столу и, выдвинув полку, стала рыться в ее содержимом.
Через пару секунд, из скопления перьев, ручек и листков, она выудила маленькую черную коробочку с серым экраном. Ее тонкие бледные пальчики стали нажимать на него, а лоб стал хмурым. Вспоминая что-то, наверное, указания Пирата, она посмотрела в потолок и закусила губу. Я подошла, на ходу застегивая платье, и заглянула через ее плечо. Экран
— Да! — Радостной воскликнула она.
Заинтересованная Софи вынырнула из полога кровати и, ничуть не смущаясь того, что она в одной сорочке, подошла к нам. Экран в руках Стеллы ожил, загорел тусклым зеленым светом и стал выдавать буквы.
— Эйден сказал, что настроил такие штуки ловить чужие сигналы и передавать их нам. Но парочку он наладил для внутренней связи, правда пока что односторонней. Точнее, только сам Пират может посылать сообщения.
Еще пара нажатий и на экране высветилось:
«Элли, ты почему пропала?»
Сразу за ним начали появляться другие сообщения. Очевидно, Торрент слал их, в надежде, что я включу этот аппарат:
«Элли, мы волнуемся».
«Элли, Брендан в ярости».
«Я тоже в ярости».
«Почему я не научил тебя им пользоваться?»
«Брендан в опасности».
Последнее сообщение оглушило меня, как будто таз с ледяной водой. Я выхватила прибор у Стеллы, вчитываясь в слова. Но подробностей не было, только это, последнее сообщение. Датировано сегодняшней датой.
Я сжала коробочку в руке и сунула в карман передника. Затем подняла с пола чепчик, который Софи туда кинула и стала быстро прятать волосы:
— Где сейчас мятежники?
— В скалах. Это на…
— Я знаю где это. Но у нас мало времени. Возьмем лошадь.
Стелла не стала возражать. Я обняла Софи. Глаза девушки отчего-то наполнились слезами:
— Берегите себя, маленькая мисс. Может, мы еще встретимся.
— Ты тоже береги себя. И спасибо.
Бросив последний взгляд на свою комнату, клетку канарейки (Или все же тигра?), я взялась за ручку двери. Сделав глубокий вдох, я вышла из своего заточения.
Глава 16. Плохие парни всегда побеждают
Глава 16. Плохие парни всегда побеждают
Брендан
Я третий раз вчитывался в строки на белой бумаге, бегло написанные чей-то рукой, и все еще не мог понять смысл прочитанного.
«Твоя девчонка у нас. Если тебе нравятся рыженькие, ждем тебя в Бухте Севера. Сегодня».
Моя рука сжала короткое послание, которой сегодня утром мне подсунули под дверь. Вместе с ним в конверте была прядь волос: ярко-рыжая, как доказательство слов. Я не спутал бы этот цвет ни с чем иным. Здесь же лежало черное перо ворона. Нет, этого не может быть. С другой стороны, Кацу сказал, что Элеонора не ответила на последнее письмо от его сестры, и перестала писать что-либо сразу, после нашей встречи, хотя обещала обратное. Да и раньше она писала регулярно. Что могло ей помешать? Это совпадение, или все же?.. Кейко не пустили в поместье, в то время как Эйден был в Сантониуме. Что-то произошло. Я сжал конверт в руке.
Реми
— Брендан, это может быть ловушкой. Сам подумай, кто мог знать о том, что королевский андабат связан с Элеонорой? Письмо прислано не Дракону, а именно тебе.
— Может кто-то недоволен моим местом в королевской гвардии?
После того, как я убил андабата на арене, меня приняли в ряды королевских гвардейцев. Пройдя ряд испытаний, я взял под командование небольшой отряд. Такой стремительный подъем по карьерной лестнице спровоцировал много слухов и желчной зависти. Неудивительно, что кто-то решил под меня накопать.
Я тряхнул головой, к черту эти мысли. Медленно встав, я подошел к шкафчику и, достав пистолет, проверил его. Как жаль, что нет большего количества оружия. Оружие, говорили высшие, не подходит низшим кастам. Они используют его для убийств, раздора, воровства, войн и провокаций. А высшие? Ох, для защиты, разумеется. Именно поэтому в обычном арсенале андабатов не было стволов. Разве что если нам приходилось защищать первый ранг.
— Ты что? — Подпрыгнул на месте Рем. — Ты реально собрался идти туда?
— Конечно.
— Не смей! Мы должны собрать наших, мало ли у них там армия! Или ты всерьез рассчитываешь на светскую беседу за чашкой чая?
— Нет. Я рассчитываю на то, что больше ни один локон волос Элеонор не пострадает. Иначе мне придется усеять бухту чужими трупами. — Рем цокнул, а я продолжил: — И кого «наших»? Подставлять мятежников? Ты шутишь? Вот подарочек будет для этих смертников, если я покажу им, что королевский андабат и Дракон — одно лицо.
— Шшш! Даже у стен есть уши, идиот. Когда ты это поймешь?! И я пойду с тобой.
— Нет, там же написано, «один». Не усложняй.
— В законах Сантониума тоже написано о равенстве, однако что-то мы плевали на это.
Я не стал слушать его сравнения, молоть языком он умел как никто другой. Пройдя мимо друга лишь бросил:
— Проверь наших.
— Брендан…
— Это приказ.
Бухта Севера получила свое название за то, что через нее приходили и уходили корабли, связывающие нас с Северным королевством. А еще здесь постоянно было холодно. Морской ветер не унимался никогда, поднимая пенистые волны и разбивая их о берег и борты стоящих здесь кораблей.
Я проскользнул в бухту по берегу, через скалистую местность, не рискуя идти напрямую. Солнце уже стремилось к горизонту, намереваясь в очередной раз утопиться в морской глади. Но любоваться светилом у меня не было ни времени, ни желания.
В голове и теле была какая-то пустота. Как будто все мысли и чувства кто-то взяла, выдрал, как исписанные страницы из тетради, смял и выбросил. Я был спокоен. Я был чудовищно спокоен. Кто бы это ни был, если он что-то сделает с Эленорой… Ему придется совершить двойной суицид вместе с заходящим солнцем, и это будет самым гуманным и верным решением в его жизни.