Шрифт:
Глава 1
— Как тебя зовут?
— Флетч.
— Фамилия?
— Флетчер.
— Имя?
— Ирвин.
— Как?
— Ирвин. Ирвин Флетчер. Но все зовут меня Флетч.
— Ирвин Флетчер. У меня есть к тебе предложение. Я дам тысячу долларов только за то, что ты согласишься выслушать меня. Если решишь, что мое предложение тебе не подходит, возьмешь тысячу долларов, уйдешь отсюда и никому не расскажешь о нашем разговоре. По-моему, справедливо, а?
— Речь пойдет о
— Естественно.
— Тогда справедливо. За тысячу долларов я могу вас выслушать. Что от меня требуется?
— Я хочу, чтобы ты меня убил.
Черные, припорошенные песком туфли прошлись по восточному ковру. Мужчина достал из внутреннего кармана пиджака конверт и бросил на колени Флетчу. Из него выпали десять стодолларовых банкнотов.
Мужчина возвратился на второй день, чтобы получше разглядеть Флетча. Их разделяло лишь тридцать ярдов, но он воспользовался биноклем.
На третий день они столкнулись у пивной стойки.
— Я хочу, чтобы ты пошел со мной.
— Зачем?
— У меня к тебе дело.
— Я в эти игры не играю.
— Я тоже. Хочу предложить тебе работенку.
— Почему бы нам не поговариить здесь?
— Вопрос весьма деликатный.
— Куда мы пойдем?
— Ко мне домой. Я хочу, чтобы ты знал, где я живу. У тебя на пляже осталась одежда?
— Только рубашка.
— Забери ее. Моя машина — серый «ягуар ХКЕ». Я буду ждать в кабине.
В пляжной толпе незнакомец в деловом костюме напоминал страхового агента, попавшего на веселую пирушку. Но никто не обращал на него ни малейшего внимания.
Вместе с рубашкой Флетч поднял с песка лежащий под ней пластиковый мешочек и сел неподалеку от своих приятелей. Разглядывая океанские просторы, он задумчиво потягивая пиво, держал банку в левой руке а правой рыл в песке под рубашкой яму.
— Что случилось? — спросила Бобби.
— Думаю. — Флетч опустил мешочек в яму и заровнял над ним песок. — Пожалуй, я уйду. Ненадолго.
— Ты вернешься к вечеру?
— Не знаю.
Закинув рубашку через плечо, он пошел к набережной.
— Дай глотнуть на последок. — Бобби приподнялась на локте и отпила из банки. — Хорошо, — вздохнула она.
— Эй, парень, ты куда? — позвал Кризи.
— Ухожу, — ответил Флетч. — Слишком жарко.
Он запомнил цифры номерного знака «ягуара» — 440—001.
Флетч сидел, зажав коленями банку холодного пива. Ехали молча, лицо мужчины под солнцезащитными очками напоминало маску. На левой руке блестело университетское кольцо. Прикуривал он от золотой зажигалки, которую доставал из кармана пиджака, предпочитая ее той, что была в приборной доске.
В машине было прохладно, работал кондиционер. Флетч открыл окно, и мужчина выключил кондиционер.
Выехав на шоссе, ведущее
Дом стоял поперек Бермэн-стрит, обращая ее в тупик. Если бы не предупреждения вывешенные на кованых железных воротах: «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ СТЕНВИКА — ВХОД ВОСПРЕЩЕН», — он бы и не заметил, что улица перешла в подъездную дорогу к дому. По обе стороны дороги зеленели просторные лужайки.
Флетч выбросил через окно пустую банку. Мужчина, казалось этого не заметил.
Дом с белыми колоннами перед широкой террасой строился по канонам архитектуры южных штатов.
Мужчина пропустил Флетча вперед и закрыл за собой дверь библиотеки.
— Почему вы хотите умереть?
Почти невесомый конверт лежал на ладони Флетча.
— Меня ждет долгое, болезненное и неизбежное умирание.
— Как так?
— Недавно мне сказали, что у меня рак. Я проверял и перепроверял поставленный диагноз. Он окончателен. Неизлечимый неоперабельный рак.
— По вашему виду это не заметно.
— Я даже не чувствую, что болен. Пока болезнь в ранней стадии. Врачи говорят, что должно пройти какое-то время, прежде чем кто-то поймет, что я болен. Потом все будет кончено, и очень быстро.
— И сколько вам осталось?
— Они говорят, месяца три, возможно, четыре. Но наверняка меньше шести. Как я понял с их слов, уже через месяц я не смогу скрыть признаки болезни.
— И что? Месяц есть месяц.
— Когда принимаешь такое решение… если собираешься… умереть… э… надо осуществлять его как можно скорее. Лучше умереть сразу.
Заложив руки за спину, мужчина смотрел в сад. Флетч решил, что ему больше тридцати.
— Почему вы не покончите жизнь самоубийством? Зачем понадобился я?
— Я застрахован на три миллиона долларов. У меня жена и ребенок. Самоубийца, вернее, его наследники не получают страховки. С другой стороны, три миллиона долларов не стоят страданий, ожидающих меня. Мне представляется, что я нашел самое разумное решение.
Картины на стенах не понравились Флетчу, но он отметил про себя, что это подлинники.
— Почему именно я?
— Ты бродяга. В городе тебя никто не ждал. Так же незаметно ты и уйдешь. Никто не будет связывать тебя с убийством. Видишь ли, я продумал твой отъезд. Для меня очень важно, чтобы ты благополучно исчез. Если тебя поймают и заставят говорить, а молчать тебе в общем-то ни к чему, страховая компания не выплатит ни цента.
— Допустим, я не бродяга? А если я просто приехал в отпуск?
— Что ты хочешь этим сказать? Ты в отпуске?
— Нет.
— Я наблюдал за тобой несколько дней. Ты сидишь на пляже среди всякой швали. Общаешься только с наркоманами. Я пришел к выводу, что ты один из них.