Флэшбэк
Шрифт:
Все живо интересовались ее персоной, но были очень осторожны, когда заводили разговор о возможной продаже бильярдной или о Мэлори и, конечно же, о подробностях смерти Мэлори. Очевидно, всем было известно о сожжении вещей бывшей хозяйки бильярдной. Не важно, что привело сюда всех этих женщин, клуб был полон. И Рейчел, просматривая расписание зарезервированного времени, пополняя запасы мини-бара, рекламируя детские занятия, внимательно прислушивалась к разговорам женщин о мужьях и бойфрендах.
В девять часов согласно расписанию приехали Терри, Салли Мей,
Когда Рейчел повернулась к компании женщин, которые играли после девяти часов, ей показалось, что Салли Мей смутилась: она старалась не смотреть на Рейчел и как-то особенно оживленно болтала с подругами. Она играла недолго и под предлогом того, что обе девочки простудились, а Томми даже температуру измерить не может, вскоре уехала.
Рейчел последовательно играла с каждой из женщин, слушая их рассказы о семье и повседневных заботах. Но больше всего ее интересовала информация об их мужьях. У Терри Сэмсон был новый бойфренд, и она только о нем и говорила, не называя имени, поскольку отношения их едва начали развиваться.
— Мне бы хотелось как можно больше узнать о жизни Мэлори и о ее мужчинах, — сказала Рейчел и заметила, что Джасмин Паркер промазала в простейшей комбинации.
— У нее было несколько… так можно предположить, — тихо сказала Дороти, избегая смотреть в глаза. Она наклонилась над столом и как-то очень сильно сжала кий, так что ее удар, обычно спокойный и уверенный, получился резким и неловким.
— Я слышала, у нее были и женатые мужчины, — тихо сказала Рейчел уже за другим столом и заметила, как Салли Мей зло поджала губы.
— Не нужно ее тревожить, — спокойно сказала Терри, словно защищая Мэлори. Она обошла Рейчел, наклонилась над столом и объявила: — Шар номер восемь, угловая луза. Не надо будоражить Нептун-Лендинг и устраивать охоту на ведьм — это может болезненно задеть многих.
Терри уступила очередь Рейчел, та произвела удар и сказала:
— Терри, я хотела бы поговорить с тобой с глазу на глаз.
Лицо Терри сделалось серьезным.
— Извини, я не могу. Я адвокат, и Мэлори была моим клиентом. Все, что она говорила, останется между нами. Дай ей покой, Рейчел.
Укладывая шары для новой партии, Рейчел поймала на себе холодный взгляд Терри.
— Я перед ней в долгу, Терри. Она заслуживала большего, чем то, что выпало на ее долю.
Долго не раздумывая, Терри поставила биток и разбила шары, обошла стол, нацеливаясь загнать шар в угловую лузу.
— Перестрой бильярдную. Этого будет достаточно.
Она промазала, и Рейчел подняла свой кий, но Терри, ухватившись за него, остановила ее и посмотрела на инкрустацию.
— Это кий Мэлори.
— Да, был Мэлори, и им нужно играть. Как ее доверенное лицо, ты должна знать, что теперь все, что было Мэлори, принадлежит
— Ты задаешь слишком много вопросов, это не располагает к дружбе. — Терри отпустила кий, и Рейчел ударила по двум шарам — они разлетелись и исчезли в разных лузах. — Ты копаешься в грязном белье и можешь доставить кому-нибудь массу неприятностей, — понизив голос, сказала Терри.
В течение нескольких лет Рейчел практически не брала в руки кий, но ей очень хотелось выиграть эту партию и еще одну, известную только ей. Она быстро сделала партию и повернулась к наблюдавшим за ней женщинам.
— Мне нужны имена мужчин, у которых были отношения с Мэлори, и я буду очень признательна вам за помощь.
Повисла пауза. Терри сложила кий в персональный кофр и громко щелкнула замком.
— Игра окончена.
Вечером, вернувшись в квартиру, Рейчел долго сидела на кухне за ноутбуком, пока цифры в глазах не начали сливаться. Если в «Девять шаров» вложить ее личные сбережения — требовалась дорогостоящая реклама на радио, презентации, другие рекламные акции, — этого как раз может хватить на то, чтобы вновь привлечь посетителей, сделать так, чтобы люди начали приходить и платить деньги.
Уставшая от вечерней уборки клуба, Рейчел прилегла на диван. Она смотрела на пламя свечей, на плясавшие по стенам тени.
— Ты все еще здесь, Мэлори? Ты хочешь, чтобы его вычислили и наказали? Ты хочешь защитить тех, кого любишь? Если это так, помоги мне, Мэлори. Дай какую-нибудь подсказку…
«Если ты что-нибудь сделаешь с моей семьей, я буду преследовать тебя вечно…» Мрачный свет в окнах квартиры на втором этаже напомнил мужчине другую женщину, которая без конца твердила колдовские заклинания.
Мэлори стояла у него перед глазами: склоненная над свечами голова, свисающие длинные рыжие локоны, зеленые, как у ведьмы, глаза, бледное худое лицо. Она раскачивается, читая заклинания. Она сделала куклу из его голубой рубашки в полоску, пришпилила к тряпичной голове его волосы, снятые с расчески, и, что бы он ни делал, не отдавала ему куклу. Вместо этого она непрерывно колдовала над ней, насылая на него проклятия, от которых он никогда не сможет избавиться, даже после ее смерти. Если бы он нашел эту куклу, он бы ее уничтожил, во-первых, потому, что Мэлори за нее держалась как за спасательный круг, во-вторых, следовало уничтожать все, что могло стать уликой и вывести на него.
— Только я, Мэлори, знаю, чем ты занималась, и это делает меня особенным, не так ли? Только мне ты открылась такой, какой была на самом деле, и ты не хотела, чтобы Эверли об этом знали.
Длинный желтый «кадиллак» Рейчел одиноко стоял, поблескивая в свете фонарей, у лестницы, ведущей в квартиру. Влажный туман, окутывавший мужчину и скрывавший от посторонних глаз, осел на поверхности машины каплями, которые блестели как драгоценные камни. Мужчина все стоял и думал о Рейчел: она колдует над свечами, как некогда колдовала Мэлори. Обе — распутные шлюхи, и обе — ведьмы…