Флэшбэк
Шрифт:
— Да. Это был мой большой прорыв. Пара расплывчатых человеческих глаз, которые могут принадлежать буквально любому… плюс множество доказательств того, что эти воспоминания, вероятно, слишком разбиты, чтобы их спасти.
— Это все еще кое-что, — настаивала она.
— Вероятно. — Он перевел взгляд на нее. — Значит, тот факт, что ты встала с постели и ходишь по Ложносвету, не кажется тебе достаточным?
— Да, — согласилась она, ее разум автоматически переключился на все выздоровление, которое ей еще предстояло пережить.
Но она отбросила
— Должно быть, — сказала она. — Все равно это победа.
И если они не будут праздновать эти маленькие победы, то сведут себя с ума.
Поэтому она переплела свои пальцы в перчатках с его и сказала:
— Мы оба заслужили десерты!
***
Тайная столовая Ложносвета «Только для Наставников» оказалась еще более удивительной, чем представляла Софи: стулья размером с трон, окружавшие мирные зеркальные бассейны. Урны, цветущие нежными цветами, наполняли воздух сладким, пряным ароматом. Мягкое мерцающее освещение и окна, выходящие на стеклянную пирамиду в центре кампуса.
И, конечно же, целая стена стеклянных шкафов, заполненных всевозможными причудливыми, красочными кондитерскими изделиями.
Это было похоже на посещение СПА, но вместо капусты и огуречной воды была еда, которую люди действительно хотели бы съесть.
Даже Ро не жаловалась, несмотря на явное присутствие искр. Она растянулась на одном из стульев и принялась перебирать поднос с рипплфаффами.
— Хочу знать, как вы нашли это место? — подумала Софи, доедая третью порцию масляных булочек.
— Конечно, хочешь, — ответил Киф. — Но я никогда не раскрываю своих секретов.
— Даже мне? — спросила она, не понимая, откуда взялся этот вопрос.
Ее щеки горели, когда он изучал ее… и она не хотела признаваться, что ей стало больно, когда он сказал:
— Да, Фостер… даже тебе.
Она запихнула в рот еще один кусок пирожного, чтобы не отвечать.
Но когда их глаза снова встретились, его взгляд смягчился, и он прошептал:
— По крайней мере, пока.
Слова не были приглашением. Они положили конец разговору. И так как Софи больше не была уверена, о чем они говорят, она оставила все как есть.
— Спасибо, — сказала она, когда он повел ее обратно в Лечебный Центр, и попыталась запомнить маршрут, чтобы снова найти секретную столовую. — Сегодня было бы… довольно грубо, если бы ты не остановился.
— Я знаю, — сказал он. — Для меня тоже.
— Ооооооооооо, вы так очаровательны, — влезла Ро.
— Ты хочешь поговорить об очаровательном, — огрызнулся Киф. — Я написал еще один стих в Балладе о Бо и Ро… и подумай только! Завтра Фостер наконец-то встретится с твоей давно потерянной любовью!
— Не делись этим стихом, — предупредила Ро, почти гарантируя, что Киф будет петь до конца ночи. Но сначала она сказала Софи, — не говори ему ничего обо мне.
— Почему? — Софи пришлось спросить.
— Потому что он не заслуживает знать.
Киф наклонился к Софи и театральным шепотом произнес:
— Ты
Ро ухмыльнулась.
— Попробуй… Бо тебе ничего не скажет.
— Хочешь пари? — возразил Киф.
— Плохая идея, — сказала Софи. — Ты уже дважды выиграл… это значит, что гарантированно проиграешь. Тем более что ставка опять на меня.
Он усмехнулся.
— Вот именно, Фостер. Ты всегда в безопасности.
— Не в этот раз, — сказала Ро.
— Значит, мы это сделаем? — спросил ее Киф.
Ро скрестила руки на груди.
— Ладно. Если я выиграю, то получу один гарантированный вызов. Я могу сказать тебе делать все, что захочу, и ты должен это сделать.
Киф поднял бровь.
— Договорились… но только если я получу то же самое, если выиграю.
Ро наклонилась к его лицу, сверкнув убийственной улыбкой.
— Идет.
Софи вздохнула, вложив в свои слова сарказм, приятный и густой, когда пробормотала:
— Это хорошо не кончится.
***
Киф и Ро ни словом не обмолвились Элвину о своем новом пари, когда доставили Софи в Лечебный Центр… и Софи, конечно же, не собиралась говорить ему об этом. Возможно, ему все равно не придется иметь дело с драмой. Она покинет Лечебный Центр задолго до того, как будут определены победитель и проигравший.
И тут ее осенило.
Она действительно выбиралась оттуда.
Она действительно собиралась домой.
— Вчера вечером, — ответил Элвин, пока она пробиралась через очередную порцию лекарств.
— Знаю… ты почти избавился от меня! Что ж… пока весь дом не позвонит.
Он улыбнулся и взъерошил ей волосы, прежде чем вручить Эллу.
— Отдохни немного. Завтра будет большой день.
Силвени, должно быть, тоже почувствовала перемену. В ту ночь она наполнила голову Софи мечтами о том, как они вдвоем летят над снежными горами, преследуя рассвет на светлеющем горизонте. Это было мирно и успокаивающе. Но и с надеждой. И когда солнце встало вокруг них в мире снов, это было похоже на новое начало… и, возможно, так оно и было, потому что, когда Софи открыла сонные глаза в свое последнее утро в Лечебном Центре, она была уже не одна.
— Обратно в свою маскировку Форкла? — спросила она, садясь и изучая раздутую морщинистую фигуру, сидящую на койке напротив нее. Ягоды, которые он, должно быть, съел, заставили тело распухнуть, потянуться и сморщиться, пока он не стал больше похож на пожилого человека, чем на эльфа. И как она ни прищуривалась, но не видела никаких следов Магната Лето.
— У меня есть некоторые поручения, — сказал он ей. — Поэтому мне пришлось все поменять.
Его голос вернулся к привычному хриплому, и Софи поняла, как глупо было чувствовать, как ее сердце наполняется от этого звука. Эльф, сидевший напротив нее, технически ничем не отличался от ее прилизанного директора.