Флэшбэк

Мессенджер Шеннон

Софи уставилась на свою исцеляющуюся руку.

— Они не приходили за тобой снова?

Он покачал головой.

— Наш новый дом хорошо охраняется… и найти его практически невозможно. Но именно поэтому я тренируюсь. В следующий раз, когда они появятся, я с ними сполна расплачусь.

— Пока Софи дома, я здесь и с удовольствием тренирую, — заверила его Тарина. — То же самое касается всех вас. Мы можем начать сегодня, если хочешь.

— Вообще-то, я буду освещать их первый урок, — вмешался Сандор. — Я хотел

бы начать с нескольких основных принципов.

Взгляд, который он бросил на Софи, тут же вызвал у нее воспоминания о кровавых брызгах, и ей стало очень жаль своих друзей.

— Не могла бы ты подготовить манекен, который сконструировала? — добавил Сандор, адресуя вопрос кому-то позади Софи, и она оглянулась через плечо, чтобы увидеть Флори, стоящую на лестнице.

Но крошечный гном, казалось, не слышала его.

Она, казалось, никого не слышала.

Она застыла, подняв одну ногу, словно остановилась на полпути. Глаза сфокусировались на Таме.

— Ты в порядке? — спросила Софи, и ей пришлось трижды окликнуть Флори, прежде чем та моргнула и кивнула.

— Извините, — пробормотала Флори и, покачиваясь, спустилась по лестнице, прошла мимо Софи и направилась прямо к Таму. — Эта мелодия… я и раньше слышала ее.

Она взмахнула руками, и брови Тама сошлись на переносице.

— Я должен знать, что это значит? — спросил он.

— Нет, — призналась Софи.

Флори закачалась сильнее, что-то шепча себе под нос.

— Что это было? — спросил Сандор.

Флори моргнула.

— Ничего особенного. Это просто… он несет ритм. Ни звук… скорее пульс. И я чувствовала его раньше. — Она снова покачнулась, прежде чем повернуться к Софи. — Это тот же пульс, что ты носишь в своем эхе. Но его гораздо сильнее.

— Там тренировался с теневым потоком, — вспомнила Софи. — Так, может, ты это чувствуешь?

— Это плохо? — добавила Линн, переглянувшись с братом.

— Нет, — пообещала Флори. — Это очень полезно.

— Куда ты идешь? — спросил Сандор, когда Флори направилась к двери.

— Проверить теорию. Думаю, я знаю, где найти песню, чтобы заглушить эхо.

***

— Куда мы идем? — спросила Софи у Флори, следуя за ней, прочь от главных пастбищ Хевенфилда… с друзьями и телохранителями, наступающими на пятки. — Я думала, ты сказала, что новую песню нужно написать, а не найти.

— Да, — бросила Флори через плечо. — Но в этом мире нет ничего по-настоящему нового. Только новые комбинации и интерпретации. Творение состоит в том, чтобы строить на том, что существует, и делать это своим. И я не знаю, с чего начать. Но теперь, кажется, понимаю.

— Кто-нибудь еще в замешательстве? — спросил Там.

— Да! — Линн, Марелла, Уайли, Сандор, Бо и Тарина — все произнесли в унисон.

Даже Софи с трудом поспевала за гномом.

— Флори думает, что может

исцелить эхо теневого потока так же, как исцеляет лес. Но она должна спеть правильную песню.

— И каждая мелодия должна быть с чем-то связана, — тихо добавила Флори. — Кажется, я поняла корни этой песни.

Она повернулась к лесу, окаймлявшему участок Хевенфилда, и Софи поняла, что они направляются к роще… маленькому фруктовому саду с луковичными деревьями, где жили все гномы.

Когда показались искривленные ветви рощи, Флори остановилась и повернулась к Бо.

— Мои люди приняли твое присутствие в Хевенфилде. Но они еще не готовы принять тебя возле наших домов. Поэтому мне нужно, чтобы ты остался здесь. — Она перевела взгляд на Тарину. — И будет лучше, если ты тоже останешься. Мы не ссоримся с троллями, но есть истории о разрозненных нападениях, которые вызывают беспокойство.

Бо нахмурился, но спорить не стал. Тарина просто кивнула.

Остались только Софи, Там, Линн, Марелла, Уайли и Сандор, которые последовали за Флори в рощу… хотя Софи чувствовала, что Набити следует за ними под землей… мимо рядов раздутых, полых стволов, превращавших каждое дерево в своего рода домик на дереве.

Софи предположила, что Флори ведет их к ее дому, но они петляли по всему гномьему кварталу, направляясь к тенистым зарослям в конце, где деревья были так тесно переплетены, что очень мало солнечного света проникало внутрь.

Тени двигались, ветви скрипели и потрескивали, воздух становился холодным и мускусным. Но тихое жужжание Флори успокоило Софи. Мелодия становилась все громче с каждым шагом, пока они не достигли широкого сучковатого дерева, и Флори опустилась на колени, чтобы рассмотреть что-то, запутавшееся вокруг корней.

Софи присела на корточки рядом с ней, а остальные образовали полукруг, когда Флори провела пальцами по тонкой лозе с темно-зелеными заостренными листьями и крошечными гроздьями жемчужно-белых бутонов.

— Это весперлейс, — прошептала Флори. — Он растет только в самых темных уголках самых тихих лесов… и цветет только по ночам, так что сейчас его мелодия почти беззвучна. Но я все еще чувствую следы того же пульса, бьющегося в стеблях, который чувствую, когда слушаю твое эхо. Я думаю, это ритм темноты. И именно там должна начаться песня.

Она закрыла глаза, снова напевая… более низко, более звучно со словами, слишком мягкими, чтобы разобрать.

Под кожей Софи шевельнулось тепло.

Это был всего лишь крошечный укол… искра, за которую нельзя было ухватиться. Но Флори кивнула.

— Да, песня, которая мне нужна, живет во всем, что процветает в темноте. Вот где я должна слушать.

Она скрестила ноги и зарылась в сырую землю, устраиваясь на остаток дня.

— Хочешь, я останусь с тобой? — предложила Софи.

Флори отмахнулась от нее.