Флаг в тумане

Мацумото Сэйте

— Послушайте, — сказал Абэ, — вы проявляете особый интерес к адвокату Оцуке. Это я понимаю. — Он осторожно заглянул Кирико в

лицо. — Может, я ошибаюсь, но мне кажется, вам стоит больше интересоваться братом.

— Братом? — Кирико подняла глаза.

— Да. Брат умер запятнанным. Надо восстановить его репутацию.

Как ни странно, Кирико спокойно выслушала эти слова. В прежние времена такое заявление вызвало бы у нее бурную реакцию.

— Я, конечно, помню о брате, — мягко сказала она. — Но ведь он мертв, а мертвому — все равно.

—

Как?! — Глаза у Абэ расширились от изумления. — Я вижу, вы сильно переменились. Раньше вы так не говорили.

— Да? — с напускным простодушием переспросила Кирико, но даже не попыталась возразить. — Абэ-сан, — обратилась она к собеседнику, — давайте не будем об этом. Не могли бы вы выслушать мою просьбу.

Абэ заметил, что глаза Кирико блестят с прежней яркостью, и невольно осекся.

— Хорошо, пусть будет, как вы хотите.

— Очень прошу вас.

— Так что на этот раз? — Абэ приготовился выслушать новое задание.

— В «Минасэ» работает человек по имени Кэндзи Сугиура. Я хочу, чтобы вы навели о нем справки.

— А кто он? — спросил Абэ, записав фамилию.

— Младший брат хозяйки бара, где я работаю. Он — метрдотель. Я хочу знать, какой репутацией он пользуется в «Минасэ».

Просьба эта показалась Абэ странной. Он посмотрел на Кирико.

— Абэ-сан, вы хотите знать, что у меня на уме? — она улыбнулась оттого, что угадала его мысль. — Не скрою, у меня есть один план. Скоро я посвящу вас в него.

Прошло два дня, с тех пор как Кирико обратилась к Абэ с этой просьбой. Жизнь ее текла так же монотонно, как и прежде. Ни Сугиура, ни его приятель в баре не появлялись. Нобуко была все такой же хмурой, горестное выражение не сходило с ее лица. Отчего? Кирико наблюдала за своей соседкой по комнате, стараясь это понять.

Наконец раздался телефонный звонок Абэ.

— Я навел справки, — сказал он.

— Спасибо.

— Встретимся там, где всегда, в кафе?

— Хорошо.

— Приду в то же время и буду ждать.

Кирико испытывала к Абэ искреннее чувство благодарности. Как-то он сказал ей:

— Ваш брат совершенно невиновен. Оцука знает это. Я еще кое-что разузнаю, а затем опубликую в своем журнале статью, где докажу невиновность вашего брата.

Этот порыв Абэ был абсолютно искренним. Им руководило не только чувство к Кирико, но и стремление восстановить справедливость.

— Не надо, — попыталась остановить его Кирико.

— Почему? — спросил Абэ.

— У меня есть одна мысль. Что это за мысль — скажу позже, подождите.

«Подождите» — эти слова были ответом Кирико на все вопросы Абэ.

Так было и на очередной встрече. Абэ рассказал все, что ему удалось разузнать.

— По вашей просьбе я разведал кое-что о Кэндзи Сугиуре. Репутация у него неплохая.

— Вот как? Расскажите подробнее.

— Кэндзи Сугиура, как вы знаете, работает в «Минасэ» метрдотелем. В работе прилежен. Как говорят сослуживцы, он немного робок, но я не могу взять в толк, что это значит.

Видимо, он «робеет» перед старшими. Разумеется, это оттого, что он ревностно относится к своим обязанностям. Вот и младшая сестра моего приятеля так считает. Он только и занят, что своей работой в ресторане.

Кирико слушала это, опустив глаза.

Но мысль ее работала напряженно. Стало быть, сослуживцы говорят, что Сугиура «робок». И что он очень старателен в работе.

Почему?

Кирико вспомнила, как странно вел себя Кэндзи в тот вечер, когда вернулся с Хаконэ. Почему он тогда самовольно удрал из заведения и отправился на Хаконэ? Что он хотел сказать адвокату Оцуке, когда звонил по телефону? И почему вдруг передумал?

Странным было и его развязное поведение у них в баре. Что-то за этим кроется.

Да и поникший вид Нобуко в последнее время, вероятно, как-то связан со всем этим. Но расспрашивать ее бесполезно. Кирико и сама не хотела вступать с ней в беседу.

Неожиданно перед мысленным взором Кирико возникли Кэндзи и его приятель — профессиональный бейсболист. Вот их силуэты сцепились в схватке в свете уличных фонарей. Кэндзи с бранью наседает, а его приятель, Ямагами, оправдывается.

Что-то за этим кроется. И в центре всего этого — фигура адвоката Оцуки…

Взгляд Кирико как будто стал угрожать кому-то, и Абэ перехватил его…

Глава 8

Кирико стояла на углу, откуда был виден большой ресторан. Окна, затянутые тонкими занавесами, ярко светились. Тянуло холодом.

Здесь, на Гиндзе, было многолюдно. Прохожие кутались в пальто.

Кирико топталась здесь уже с семи часов. На углу, который она облюбовала, располагался магазин женской галантереи, поэтому никого не должно было удивить, что девушка прохаживается вдоль витрин. К галантерейной лавке примыкал магазин европейской одежды, затем шли часовой и ювелирный магазины. Кирико бродила вдоль торгового ряда, но глаза ее были прикованы к ресторану и его служебному входу, плохо освещенному и такому убогому, что, казалось, он не имеет никакого отношения к столь роскошному заведению. Прямо напротив ресторана располагались кафе и табачная лавка. Чтобы не привлечь внимание старухи, хозяйки табачной лавки, Кирико постоянно меняла свое месторасположение. Чуть дальше, на противоположной стороне, был банк, возле которого царил полумрак. Иногда Кирико останавливалась и там.

Кирико явилась сюда по просьбе Нобуко.

Объект наблюдения — Кэндзи Сугиура. В связи со своей просьбой Нобуко открылась ей во всем. Как Кирико и предполагала, Нобуко была его любовницей. По словам Нобуко, Кэндзи, видимо, охладел к ней. У него появилась, наверное, новая пассия. Нобуко уже и раньше подмечала кое-что, но в последнее время положение стало хуже некуда. Кирико сопоставила услышанное с тем, что ей самой довелось увидеть в тот вечер в баре, и мысленно согласилась. Действительно, Кэндзи в тот вечер был очень холоден к Нобуко.