Флаг Родины
Шрифт:
— Эта поездка увеселительная… или деловая? — отваживаюсь я спросить.
Инженер Серке отвечает, улыбаясь:
— Деловая, господин Харт, вполне деловая! Наши снаряды уже готовы, и как только установится хорошая погода, мы возобновим нападения…
— На злополучные суда…
— Не столько злополучные… сколько богато нагруженные!
— Это же морской разбой! Надеюсь, вы не всегда будете пользоваться безнаказанностью! — не выдерживаю я.
— Успокойтесь, дорогой коллега, успокойтесь!.. Вы же прекрасно знаете, что никто никогда не откроет нашего убежища, никто
— При условии, — возражаю я, — что вы купите у Тома Рока состав его воспламенителя, как купили секрет фульгуратора…
— Сделка уже состоялась, господин Харт, — разрешите успокоить вас на этот счет.
Из категорического заявления инженера Серке можно было бы заключить, что несчастье совершилось, если бы не его неуверенный тон; словам этим, по-видимому, все же нельзя вполне доверять.
Двадцать пятое октября. — Какое страшное происшествие! Не понимаю, как я остался жив!.. Просто чудо, что я могу опять сесть за дневник, прерванный два дня тому назад!.. Улыбнись мне счастье, и я был бы свободен!.. Находился бы в эту минуту в одном из ближайших портов — в Сент-Джорджесе или Гамильтоне… Тайна Бэк-Капа была бы раскрыта… Приметы «Эббы» стали бы известны во всех портах мира, и пиратская шхуна нигде не могла бы появиться. Снабжать Бэк-Кап продовольствием стало бы невозможно. Бандиты Кера Каррадже были бы осуждены в пещере на голодную смерть!..
Вот, что произошло.
Двадцать третьего октября, около восьми часов вечера, я вышел из Улья в состоянии непонятного нервного возбуждения, словно предчувствуя приближение какого-то важного события. Напрасно я искал успокоения во сне. Меня мучила бессонница, и я, наконец, покинул свою комнату.
За пределами пещеры Бэк-Капа, очевидно, бушевала непогода. Ветер врывался в кратер, вздымая волны на поверхности озерка.
Я спустился на берег возле Улья.
Было холодно, сыро. Кругом ни души. Все трутни Улья забились в свои ячейки.
Только один человек охранял туннель, хотя из предосторожности его наружный вход был завален камнями. Как я заметил, часовой со своего поста не мог видеть побережья озерка. На берегу справа и слева горело по одному фонарю, и в глубине пещеры, между колоннами, царил полный мрак.
Я наугад пробирался в темноте, когда мимо меня прошел какой-то человек.
Я узнал Тома Рока.
Изобретатель шел медленно, погруженный, как всегда, в свои мысли; воображение его неустанно работало, ум неустанно решал какие-то проблемы.
Не представился ли мне удобный случай поговорить с изобретателем, открыть то, что ему, по всей вероятности, неизвестно… Он не знает… не может знать, в чьи руки попал… Он не подозревает, что граф д'Артигас не кто иной, как пират Кер Каррадже… Не представляет себе, что продал часть своего изобретения разбойнику. Надо объяснить Року, что он никогда не воспользуется полученными миллионами… Так же, как и я, он никогда не покинет пещеры
Тут нить моих размышлений оборвалась, ибо кто-то с силой схватил меня сзади.
Двое людей крепко держали меня за руки, в то время как третий вырос передо мной.
Я хотел было позвать на помощь.
— Ни звука! — сказал по-английски незнакомец. — Вы Симон Харт?..
— Откуда вы меня знаете?..
— Я видел, как вы вышли из своей комнаты…
— Кто вы?..
— Лейтенант британского военного флота Дэвон, с корабля «Стэндард», стоящего в Бермудах.
Я задыхался от волнения, не мог выговорить ни слова.
— Мы прибыли, чтобы вырвать вас из рук Кера Каррадже и увезти вместе с вами французского изобретателя Тома Рока… — пояснил лейтенант Дэвон.
— Тома Рока?.. — пробормотал я.
— Да… Подписанный вами документ был подобран на берегу возле Сент-Джорджеса…
— В бочонке, лейтенант Дэвон?.. Я бросил его в это озерко…
— Да, из вложенной в него записки мы узнали, что островок Бэк-Кап стал пристанищем Кера Каррадже и его шайки… Кер Каррадже, мнимый граф д'Артигас, совершил двойное похищение в Хелтфул-Хаусе…
— Ах, лейтенант Дэвон…
— Не будем терять ни минуты… Надо воспользоваться темнотой…
— Одно слово, лейтенант Дэвон… Как вы проникли в глубину Бэк-Капа?..
— На подводной лодке «Суорд», уже полгода находящейся на испытании в Сент-Джорджесе…
— На подводной лодке?..
— Да, она ждет нас у подножия скалы.
— Ждет… здесь!.. — повторил я.
— Но скажите, господин Харт, где буксир Кера Каррадже?..
— Ушел в плавание… вот уже три недели…
— Кер Каррадже не в Бэк-Капе?..
— Нет… но должен вернуться со дня на день, с часу на час…
— Впрочем, не все ли равно, — ответил лейтенант Дэвон. — Речь идет не о Кере Каррадже… Нами получен приказ увезти Тома Рока… и вас, господин Харт… «Суорд» не уйдет из этого озерка, не захватив вас обоих… Если я не вернусь в Сент-Джорджес, там поймут, что я потерпел неудачу… и предпримут новую попытку.
— Но где же «Суорд», лейтенант?..
— С этой стороны… под защитой берега, там его не видно. Благодаря вашим указаниям мы без труда нашли подводный туннель… «Суорд» благополучно миновал его… Десять минут назад он всплыл на поверхность озерка… Взяв с собой двух людей, я сошел на берег… Я видел, как вы вышли из комнаты, обозначенной на вашем плане… Знаете ли вы, где Тома Рок?..
— В нескольких шагах отсюда… Он только что прошел в свою лабораторию…
— Да поможет нам бог, господин Харт!
— Вы правы, лейтенант Дэвон! Да поможет нам бог.
Лейтенант, двое матросов и я направились по тропинке, огибающей озеро. Пройдя шагов десять, мы заметили Тома Рока. Броситься на него, заткнуть ему рот кляпом, прежде чем он успел крикнуть, связать, прежде чем он сделал хотя бы одно движение, перенести его туда, где стоял на причале «Суорд», — все это заняло не больше минуты.