Физик
Шрифт:
— Понял… — выдохнул я, с трудом проглотив подступивший к горлу комок. Потом поблагодарил государыню за информацию, «скинул» покров и извинился перед хозяйкой кабинета за испорченное кресло.
— Мелочи… — отмахнулась целительница, поинтересовалась, как я себя чувствую, и приняла ответ, в который однозначно не поверила. А государыня дала мне время оклематься и за каким-то лядом предложила прислать досье на нынешнего главу рода Бестужевых, его наследника и десяток самых старших членов этого рода.
Я спросил, зачем оно мне, и получил
— Узнав о появлении нового физика, Юрий Никифорович найдет способ раздобыть ваш генетический материал. А после того, как выяснит, что вы его потомок, приложит все усилия, чтобы переманить вас в свой род — выйдет на вас либо сам, либо через кого-нибудь из близких и наобещает всякого-разного, дабы получить формальное на согласие переход в его род и использовать этот факт, как дополнительный аргумент в отстаивании «своих прав» в споре с моим сыном. И потом, далеко не все Бестужевы — твари, а значит, существует ненулевая вероятность того, что вы, пообтесавшись в высшем свете, изъявите желание попроситься под крыло деда. А досье на эту личность и ее ближайшее окружение поможет сделать обоснованный выбор.
— Эта теория не про меня. И на обещания я не ведусь! — криво усмехнулся я и приоткрыл душу: — В данный момент я пытаюсь себя убедить не переносить лютую ненависть, испытываемую к предполагаемому отцу, на всех остальных Бестужевых. Увы, без толку: раз… хм… Николай Юрьевич не сдох на дуэли еще в молодости, значит, его «шалости» прикрывались. В том числе и отцом. Дальше объяснять?
Государыня отрицательно помотала головой, выдержала небольшую паузу и… спросила, как я отношусь к Волконским!
Вопрос был задан очень вовремя, то есть, в момент моей эмоциональной нестабильности, и не кем-нибудь, а сильным эмпатом. Поэтому я пошел ва-банк и сказал чистую правду. Но так, чтобы она не вышла боком ни матушке, ни мне:
— Сложно. С одной стороны, я понимаю, что Император по определению не может править огромным государством, не пачкая рук, а с другой, мягко выражаясь, не в восторге от ряда системных процессов, уносящих или разрушающих жизни в том числе и ни в чем не повинных людей.
— Примеры приведете?
— Приведу. Один… — угрюмо буркнул я. И, по сути, процитировал Янку: — Вялотекущие приграничные конфликты, в которых цивилизованные страны по негласным договоренностям десятилетиями «стачивают» под ноль дурную молодежь.
Мирослава Михайловна переглянулась с Валентиной Алексеевной и спросила, представляю ли я альтернативу. А после того, как я ее подробно описал на примерах все тех же Голодных Бунтов в Кашмире, последних смен правящих династий в Германской Империи и Белой революции в Испании, озадаченно потерла переносицу и… виновато вздохнула:
— Ваши претензии обоснованы: Ярослава действительно можно обвинить в смертях тысяч подданных. А если вспомнить известную поговорку «Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно», то назвать тираном, самодуром и тэдэ. Однако любого правителя стоит оценивать по результатам деятельности. Таким, как рост или падение доходов всего населения страны, уровень эмиграции
Я пожал плечами:
— А смысл? То, что правление Ярослава Третьего называют Золотым Веком Российской Империи даже наши заклятые враги, неоспоримый факт, и я с ними согласен целиком и полностью. Но параллельно с этим, совершенно объективным мнением, имеется еще одно, сугубо эгоистичное. Как у ребенка, случайно сбитого на землю стремительным рывком прохожего, пытавшегося выдернуть замешкавшуюся женщину из-под колес потерявшего управление грузовика: малышу нет дела до того, что мужчина спасает чью-то жизнь. Ведь на коленке появилась ссадина, и она болит!
— Хорошая аналогия… — грустно усмехнулась государыня. — Понятная даже мне, матери, обиженной на недостаточно хорошее отношение к ее сыну. Поэтому задам чрезвычайно важный вопрос иначе: — Скажите, пожалуйста, вы готовы служить Императору, его потомкам и Российской Империи не за страх, а за совесть?
— Да, готов! — твердо сказал я и сразу же уточнил: — Императору, его прямым потомкам, вам и Российской Империи. Иначе подался бы в бега еще из школы-интерната…
Глава 4
Часть 2
…После того, как мое уточнение было принято, Волконская попросила, чтобы я влез в Сеть и открыл страничку с личным идентификатором.
Влез. Открыл. И обнаружил, что являюсь потомственным дворянином Лютобором Игоревичем Шаховым! Пока переваривал эту новость и пытался понять, как матушка сможет меня найти после того, как закончит мстить, если я за три с половиной месяца меняю уже третью фамилию, ношу «не то» лицо и выгляжу года на два старше себя-октябрьского, государыня анализировала мои эмоции. А потом решила ответить сразу на все вопросы, которые, по ее мнению, возникли или могли возникнуть в моем сознании:
— Как ни грустно это осознавать, но вашу нынешнюю ситуацию лучше всего описывает поговорка «Один в поле не воин»: если информация о том, что вы инициировались за два месяца до четырнадцатилетия и одновременно обрели два Дара, утечет за пределы узкого круга информированных лиц, то вас начнут рвать на части не только вербовщики большинства княжеских родов Российской Империи, но и куда менее гуманные представители спецслужб всех более-менее влиятельных государств. Причину понятна: у вас воистину сумасшедший потенциал, а значит, уже лет через пять-семь вы можете превратиться в силу, с которой придется считаться очень и очень многим. Однако реализовать этот шанс в гордом одиночестве и без серьезного финансирования физически невозможно. Поэтому в идеале ваше будущее должно выглядеть так…