Фируз
Шрифт:
Я должна... любой ценой.
Эта мантра помогала ей на время отбросить дурные мысли и сосредоточиться на главной своей цели. Руки еще сильнее сжали металлическую лестницу. Девушка подняла голову и где-то вдалеке, почти у самого края видимого пространства, она заметила яркую вспышку. Появившись всего на секунду, она пропала, оставив после себя лишь блики, которые вскоре так же утонули в черноте шахты.
Это придало ей силы. Собрав воедино все, что еще оставалось у нее в теле и мобилизовав последние остатки сил, Она продолжила свой подъем. Не взирая на слабость и не унимающуюся дрожь в руках и ногах,
У самого верха послышались звуки. Голоса! Отчетливо различаемые женские и мужские голоса. Они менялись, пропадали, потом снова появлялись. С каждым преодоленным метром эти звуки все сильнее проникали ей в уши, где преобразовывались из коротеньких слов в большие предложения.
Двое человек вели диалог. Споря о каких-то технических вопросах, мужчина и женщина все сильнее повышали свой тон, пока один из них и вовсе не предложил решить вопрос на мостике у капитана.
Она слушала все это, и живые голоса придавали ей сил. В конце же, когда голова смогла подняться, а тело выпрямиться у самого отверстия, откуда пробивался яркий свет и человеческие слова, девушка вдруг поняла, что уперлась макушкой в такую же пластину, закрывающую спуск в шахту. Помещение явно было приспособлено под бытовые нужды. Кругом стояли рабочие инструменты и емкости для отработанных материалов.
Дождавшись, когда внутри закончится разговор, девушка из последних сил уперлась всем своим хрупким телом в пластину и на пару сантиметров приподняла над собой. Скрипящий звук сопроводил все это действо. Разговаривающая пара притихла. Мужчина присел на одно колено и, увидав, как из-под открывшегося отверстия выглядывали чистые, широко открытые глаза, на мгновение онемел.
– Помогите мне - едва слышно прошептала девушка, держа на своих хрупких руках тяжелую пластину-створку.
Мужчина не сразу понял в чем тут дело. Еще несколько секунд, как завороженный, он смотрел прямо перед собой, не понимая, что за существо глядит прямо на него.
– Кто это?
– спросила стоявшая позади женщина. Подойдя к мужчине, она присела рядом с ним и, заметив все случившееся, резко крикнула.
– Помогите поднять! Она ведь едва держит ее на руках.
Этот голос... Это лицо...
Тело внезапно ощутило прилив сил и приятную дрожь. Напряжение больше не сковывало его. Чужие руки обхватили тоненькое тело и резко выдернули девушку из черной вентиляционной шахты. Свет ударил прямо в глаза. Зажмурившись, Она старалась не смотреть прямо перед собой. Интуитивно она знала, что яркий источник света находиться как раз над ней. Боль от него проникала сквозь закрытые веки; руки поднялись и закрыли лицо от столь непривычного свечения.
– Господи, девочка моя, как же ты пробралась сюда.
Опять этот голос. Знакомый до боли.
Ей хотелось убрать руки и, открыв глаза, посмотреть в лицо этой женщины, что так по-матерински разговаривала с ней и пыталась привести в чувства.
– У меня здесь нет медикаментов!
– кричала она охрипшим голосом.
– Бегом ко мне в кабинет, принеси все, что будет лежать на моем столе и сразу сюда. У нее шок! И... выключи свет.
– Зачем?
– Просто выключи свет, говорю тебе!
Наконец, когда топот тяжелой обуви утонул где-то далеко в глубине коридора, Она вспомнила, где раньше слышала этот старый, но такой приятный голос.
– Девочка моя.... девочка моя.
Она
Потом прибежал тот самый мужчина. В темноте она не смогла точно разглядеть го лицо, но основные черты, так сильно бросившиеся ей в глаза, Она определила сразу. Худощавое лицо, курносый, лишенный громадных плеч и массивных мышц, он больше походил на молодого ученого, что сутки напролет проводит внутри своего кабинет, выходя наружу лишь по крайней необходимости.
– Кто это?
Голос был слаб, но врач все равно услышала их.
– Это мой ассистент. Он будет помогать нам во всем.
Доктор продолжала свой осмотр, не обращая внимания на людей, что начали скапливаться в открытом дверном проеме. Все они стояли у самого входа. Голоса вновь стали появляться в ушах молодой девушки. Они нарастали, становились все громче и неприятнее. Габриэль видела, что шум позади нее лишь усугубляет обстановку и громким голосом заставила зевак уйти подальше.
– Капитан.... Сергей....
– Что? Что капитан?
– Мне нужно срочно поговорить с ним.
– Не сейчас, ты в очень плохом состоянии, - доктор пододвинула поближе сумку с медикаментами и раскрыла ее. Подняв над собой шприц, она несколько раз ударила по игле и, не теряя времени, сделала укол. К ее удивлению девушка никак не отреагировала на это. Чувства были притуплены - усталость сделала свое дело, но, спустя пару минут, когда препарат начал действовать, Она ощутила внутри себя настоящую волну, разливавшуюся по всему организму. Силы вновь стали наполнять ее.
Дыхание стало ровным. Сердце успокоилось и все в организме, как по команде, пришло в полный порядок. Девушка больше не чувствовала боли и усталости. Глаза не резало от редких вспышек света, проникавших в темное помещение из открытых дверей. Она абсолютно ощущала себя здоровой. Словно не было всего этого бега, не было тяжелого подъема по вертикальной лестнице внутри вентиляционной шахты. Все рассеялось как утренний туман, о котором так часто она слышала от своего отца.
Доктор помогла ей приподняться и сесть на пол. Протянув свою руку, она приподняла века и посветила ручным фонариком прямо ей в глаза.
– Реакция имеется. Ты гораздо крепче, чем я могла предположить.
Габриэль положила оставшиеся инструменты в сумку и попросила отнести все обратно. Опасаться больше было нечего. К ее собственному удивлению все прошло заметно лучше. Вспоминая, доктор пыталась поднять из собственной памяти хотя бы один подобный случай, когда эффект от препарата на человека никогда не прививавшегося, был настолько положительным и быстрым.
– Что ты здесь делаешь? Как ты вообще попала в вентиляцию? Ты понимаешь, что могла умереть там, не окажись мы рядом?