Фируз
Шрифт:
– Черт - кто-то выругался в эфир и тут же смолк.
– Здесь никого нет, Воевода, мы зря тратим время. Нужно вызвать пилота спасательного модуля и сказать пусть передает на флагман о результатах.
– Уверен в этом?
– спросил я.
– Конечно. Скорость падения была просто немыслимой, вряд ли кто-то смог надеть костюм за такой короткий промежуток времени пока транспорт падал обратно на поверхность. Сколько это заняло времени? Минута или меньше?
– Сложно сейчас говорить об этом, но буря могла ускорить падение.
– Вот и я о том же.
Сейн обошел покореженный
За спиной появилась длинная антенна.
– Это Сейн, двенадцатая группа, вызываю спасательный модуль.
Тишина. Он еще раз повторил вышесказанное и вновь замолчал.
– Странно. Помех вроде нет, но связь установить не получается. Может все дело в этой пыли.
Боец поднял ладонь вверх и тут же собрал в кулак мельчайшие крупицы голубого песка, больше похожего на пудру, оседавшую все это время на плечах каждого из них.
– Как ты считаешь?
– он посмотрел на меня.
– Не знаю, что тебе ответить. Давай осмотрим самый крупный кусок, заберем уцелевшее оборудование и отправимся обратной дорогой.
Он одобрительно кивнул головой и перепрыгнул через черный металлический остов. Джей в это время был неподалеку. Обходя почти каждый обломок, он внимательно разглядывал все лежащее на поверхности. Каждое тело, каждый ящик, вылетевший за пределы транспорта во время падения.
Наконец, подойдя к краю зримого места крушения, он вдруг обратил внимание на расплавленный кусок внешней обшивки.
– Эй, я тут кое-что нашел интересное.
Солдат поднялся и махнул рукой в нашу сторону.
– Что такое? Выживший?
– Нет, тут это... часть обшивки. Сохранился бортовой номер и несколько фрагментов символики.
– И что в этом может быть интересного, Джей?
– спросил я, отвернувшись обратно.
– Он расплавился, дружище. Выглядит как желе, только застывшее от резкой смены температур.
Солдат наклонился и попытался приподнять данный предмет.
– Разве это удивительно? Ты представляешь, какая температура была во время падения. Готов поклясться, что они чувствовали себя как в микроволновой печи. Осмотри останки, эти парни зажарились за несколько секунд, а потом, когда произошла разгерметизация, тут же превратились в кусок льда.
Сейн сделал рывок. Из-под ног вырвалась голубоватая пыль.
Он лез вверх по покореженным обломкам и частям. Туда, где в окружении сотен метров оборванных кабелей и систем пожаротушения, находилась кабина. Лобовое стекло было разбито. От удара оно буквально разлетелось на сотни осколков, оголив внутреннюю часть, где в это время, прижатый несколькими ремнями, сидел пилот.
Тело было полностью покрыто голубоватым инеем. Глаза отсутствовали.
– Здесь пилот, Воевода. Судя по бирке на форме, звали его Дэйниго Родригес. Проклятье. Он до последнего пытался вытянуть машину.
– Солдат смотрел на руки покойника, обхватившие в мертвой хватке штурвал огромного транспорта.
– Второй пилот на месте?
– спросил я.
– Нет. Даже кресло отсутствует. Видимо, после удара именно его телом пробило лобовое стекло. Искать смысла нет - от него мало что могло остаться.
Боец проник в кабину. Внутри
– Ну что там, Сейн, есть что показать специалистам на флагмане?
– Нет, командир, все уничтожено. Кабину словно выжгли напалмом изнутри.
– Хорошо,- тихо подытожил я, - спускайся вниз. Джей обошел все по округе и никого не обнаружил. Мы зря тратим время. Пора уходить.
Небо начало просветляться. Бушевавшая до этого несколько часов буря, уходила на юг, далеко в те края, где еще не была ни одна экспедиция. Ветер потихоньку стихал.
В такой ситуации самым благоразумным было просто уйти. Оставаться здесь, значит попросту заставлять пилота ждать лишние несколько часов.
Группа собралась в одном месте. Кое-где еще виднелись поднятые клубы голубой пыли. Они словно наполняли пространство вокруг нас. Извиваясь в свободном полете, подхватываемые редкими порывами ветра, эти небесно-синие облака, окутывали нас, ложась на броню тонким голубоватым слоем.
– Что со связью, Джей?
Солдат подошел ближе и окинул прилегающее место крушение укоризненным взглядом.
– Без изменений. Нужно двигаться пешком по обратному пути. Модуль вряд ли сможет подлететь к нам, здесь странные помехи. Необычные, к каким все мы привыкли, больше похоже на неведомое ранее поле, глушащее все исходящие волны в большом радиусе.
– Значит пешком.
Я повернулся к возвышающейся над грудами обломков кабине и последний раз подошел к уничтоженному транспорту. Здесь было что-то не так. Сложно объяснить это, но было нечто странное во всем этом. Словно невидимая сила заставила меня подойти еще ближе к некогда огромному пассажирскому отсеку, чьи остатки лежали вдоль образовавшейся колеи и заканчивались у самой кабины. Ее буквально сложило "гармошкой" смяв все, что находилось внутри.
И вдруг шорох. Едва слышимый, но отчетливый. Он был поход на звук осыпающегося гравия, чьи мелкие каменистые частицы падали с огромной высоты, ударяясь о твердую поверхность. Нечто большое пыталось вырваться на поверхность, разгребая своими едва живыми конечностями обломки.
– Здесь кто-то есть!
– я крикнул в радиоканал и подбежал к предполагаемому месту.
Скафандр начал проявляться в лучах солнца. Обгоревшая эмблема, рука, почерневшая от сажи и сморщившаяся под действием высокой температуры. Человек внутри был жив. Двигая из последних сил тоненькими, почти дистрофичными руками, он рыл себе путь на поверхность, тратя последнюю энергию своего тела.
Сейн подбежал следом за мной. Схватив выжившего за торчащую руку, он выдернул его на поверхность и сразу положил на землю.
Легкое дыхание послышалось через фильтрующее отверстие.
– Он жив, но едва может двигаться.
– Я постараюсь вызвать подкрепление, - Джей отошел в сторону и вытянул из висевшего на спине рюкзака антенну. - Это двенадцатая группа. У нас выживший, срочно необходима эвакуация с места крушения.
Тишина наполнила пространство. Из встроенных в шлем динамиков полетели неразборчивые сигналы.