Фируз
Шрифт:
Сергей стоял у огромной голографической карты и что-то обсуждал с младшими офицерами. Разговор явно выходил за протокольные и уставные рамки, и было очевидно, что конфликт вот-вот перейдет в "горячую" фазу.
– Я не буду выполнять такие приказы, капитан! Это нарушение всех установленных правил. Что значит "... мы должны принять во внимание ситуацию с паломниками"?
– Это значит, что вы должны собрать группу и спуститься вниз, дабы навести там порядок.
– Порядок? Никто толком не знает сколько их там вообще.
Офицер чуть не кричал. Рядом стоявшие коллеги уклончиво поддержали своего коллегу.
– Он прав, Сергей, - продолжил второй, - надо решить вопрос иначе. Сила - это хорошо, но в нашем случае она может лишь усилить недовольство. Подумай, что будет, если они восстанут. Никакая дверь не выдержит их напора, они волной пройдутся по всем этажам и сметут все на своем пути.
Капитан на секунду задумался. Лоб вспотел от напряжения. Мужчина немного отошел в сторону и вскоре заметил присутствие доктора.
– Мне надо все обдумать.
– Сергей обратился к офицерам и подошел к ней.
– Здравствуй, Гэб, что привело тебя к нам?
В его глазах появилась усталость.
– Я по поводу Сейна.- доктор осторожна начала, - он попал к нам в чертовски плохом состоянии и...
– Скажи прямо, Габриэль, не надо этих уклончивых ответов.
Врач поняла, что капитан готов услышать любое известие.
– Он...он умер, Сергей. Мы сделали все, что смогли, но доза оказалась слишком огромной.
– врач опустила глаза, не зная как продолжать дальше.
– Что говорят другие? Я имею ввиду Виктора и Джея.
– Виктор в ярости. Он винит во всем вас. Джей ничего не сказал. Когда услышал известие о смерти, просто развернулся и ушел.
Капитан молча выслушал женщину и принялся обдумывать услышанное. Все складывалось не так, как он хотел. Да, он был виноват в случившемся, но обстоятельства и правила, составленные и утвержденные очень давно, требовали таких решений.
– Что-нибудь еще?
– спросил Сергей, как бы пытаясь сменить тему разговора.
– Да, вопросов много, можем поговорить в более спокойной обстановке. Я только что из "очистки", стоять сложно.
Сергей повел ее в свой кабинет. Минуя толпу из гомонящих офицеров и рабочего персонала, они вскоре оказались в широком коридоре, который вел прямо в личные помещения персонала.
Кабинет капитана был обставлен очень строго. Ничего лишнего, только самое необходимое. Карты звездного неба все еще висели на стенах этой комнаты, хотя уже очень давно все перешли на электронные расчеты, но он был другим. Каждый раз старался прокладывать путь исключительно вручную, высчитывая каждую мелочь и деталь, способную даже малейшим образом повлиять на полет корабля.
– Здесь мы можем поговорить открыто, и не боясь, что нас услышат.
– он присел на свое кресло и указал женщине на
– Так что там, док?
Сергей потер усы и посмотрел Габриэль в глаза.
– Сейн умер не сразу. Сказать откровенно, он был покойник при любом исходе, правда, не думаю, что Виктора это как-то успокоит. Они были друзьями, и его смерть очень сильно ударила по нему.
– Понимаю - ответил Сергей, доставая из портсигара длинную сигарету.
– Вы как-то поменяете свое отношение к принятому в тот момент решению?
– Ты имеешь ввиду отказ дать разрешение на стыковку в верхних этажах корабля? Нет, это было необходимо. Безопасность корабля и его персонала превыше всего. Уверен, что он сделает поправку на это.
– Сомневаюсь.
– доктор откинулась на спинку мягкого дивана и дала своим мышцам отдохнуть.
– Ваша решение, хоть и косвенно, но все же сыграло роль в смерти бойца, пусть это и было продиктовано интересами безопасности целого корабля, вряд ли Виктор простит вас за это.
– Что за вздор?
– Сергей прижал губами сигарету и сделал глубокую затяжку, - он боец, и прекрасно знает, что солдаты имеют свойство умирать не своей смертью. Порой это несправедливо, порой это невозможно принять, смириться и полюбить, но он не мальчик, чтобы обижаться. Все мы тут живем один раз и наша жизнь, может закончиться в любой момент. К чему все это?
Доктор сделала паузу. Мышцы ног приятно заныли. На мгновение она почувствовала себя лучше.
– Я все понимаю, но жизнь человека не разменная монета, чтобы так ею распоряжаться.
– Ты меня винишь в смерти Сейна?
– Сергей вопросительно посмотрел на женщину.
– Нет, но вы могли поступить иначе.
– Мог, но не сделал этого по той же причине, по которой ты однажды отказала паломнику в медицинской помощи. Я знаю об этом, можешь не отрицать. Мне известно, что через своих людей они часто обращаются к тебе за медосмотром и медикаментами. Ты помогала им, но потом прекратила. В чем причина, Габриэль?
Женщина не была готова к этому. Эта старая история вновь вылезла наружу и ворошить прошлое ей хотелось меньше всего.
– Да, - стараясь не показывать своего удивления, ответила женщина,- я помогала им до поры до времени, но все меняется, и я в том числе. Почему? Наверное, я сделала определенные выводы и решила прекратить всяческие контакты с людьми на нижних этажах.
– Вы не сказали, почему поступили именно так.
– Ну, если вы знаете об этих случаях, наверняка вам известна причина. Зачем вытягивать это из меня?
– Затем, дорогой доктор, чтобы вы вспомнили о своем решении. Оно было таким же как и мое сейчас. Вы оставили умирать зараженного проказой человека под дверями буферной зоны, разумно сочтя, что не можете помочь ему, подвергнув опасности всех остальных. Разве не так все было?