Фиолетовый яд

Мия Норт

– Привет, папочка, – Мак поцеловала мужчину в щёку, на что тот расплылся в улыбке.

– Ну, привет, хулиганка. А это та самая Мария, как я понимаю? – мужчина переключился на Мари. – Навряд ли ты помнишь меня. Я – отец Мак, Роберт Кэтэл.

– Да, я смутно помню вас, мистер Кэтэл, не знала, что вы здесь работаете, – подошла ближе Мария.

Мужчина бросил на неё усталый взгляд.

– Пожалуйста, называй меня просто Роберт. Не хочу казаться таким старым, – легко улыбнулся мужчина.

– Хорошо, – улыбнулась в ответ Мария. – Кстати

моя мама… Агнес Донован, может быть, вы слышали, хочет устроиться в ваше кафе.

После этого глаза Роберта будто засияли.

– Конечно, я слышал об Агнес, видел её в модных журналах. Знаете, девочки, как бы неправильно это ни звучало, но во время моей молодости эту девушку хотели все.

Мария неловко улыбнулась. А Маккензи тут же показала отцу взглядом перестать говорить об этом.

– Итак, – «откашлялся» Роберт, – моя дочь приготовила для тебя, Мария, свои любимые пирожные «Нежность Дженни», – опустившись вниз, за барную стойку, мужчина достал оттуда большую коробку с шестью маленькими круглыми пирожными. Сразу же запахло кокосом и шоколадом.

– О боже, спасибо, Маккензи, – Мария застыла в улыбке.

«А в прошлый раз она хотела накормить меня песком из песочницы», – вспомнила Мари.

В этом нежном неоне щёки Мак оказались сами словно мягкое пирожное. Девушка обняла Мари, взяла коробочку из рук отца и отправилась за столик. Мария пошла за ней.

– Не терпится попробовать твоё творение, – улыбнулась она.

– Да, только это «творение» надо чем-то запивать. Что ты будешь пить? Кофе, чай? Может, колу? – изучая вывеску с напитками над барной стойкой, спрашивала Мак.

– Капучино, если можно, – сказала Мария.

– Сейчас попрошу отца, – на пару минут Маккензи отошла.

И пока Роберт готовил их кофе, Мария решила лучше узнать новую подругу.

– Твой отец давно работает в этом кафе? – спросила она.

– Да, но он ещё и является его владельцем, – сделала паузу Мак. – Я знаю, что ты спросишь дальше: почему такое название, – девушка посмотрела в окно, словно думая, стоит ли рассказывать.

– Мои родители, когда мама была беременна мной, планировали себе красивую и счастливую жизнь. Уютное кафе в мрачном городке было мечтой моей мамы. Но ей, к сожалению, так и не удалось её осуществить…. – девочка грустно посмотрела на свои руки.

– Ох… Мне так жаль, Мак, – Мария не знала, что делать в таких ситуациях, что говорить, ведь она ни разу сама не испытывала подобного. Поэтому девушка просто положила свою руку на руку подруги, пытаясь таким жестом успокоить её.

Мак натянуто улыбнулась.

– Там, похоже, наше кофе готово, – девушка поторопилась встать, забрала кофе и вернулась уже с двумя миниатюрными горячими чашечками.

– Мак, я так счастлива, что ты всё ещё живёшь здесь. После переезда я ощущала какое-то одиночество. Ну, знаешь, вдали от тех друзей…

– Да, я всё понимаю, Мари. Мы с тобой многим связаны. Вспомнить хотя бы, как мы представляли себя полицейскими на велосипедах. Или как ты влюбилась

в того мальчишку Дэвида. Помнишь? Нам было всего по 7 лет, а ему уже 12. Бегала ты за ним с 12, а ему уже стукнуло 17 к тому моменту. Теперь нам столько же. Согласись, мы бы не посмотрели на 12-летних мальчиков.

Марию снова окутали воспоминания.

Дата: 30.06.2015

– Ты посмотри, у него гитара! – чуть ли не завопила Мария при виде самого крутого подростка маленького города. – Он ещё и старшеклассник теперь…

– Ага, а ещё у него Люси, – хмыкнула Маккензи. – Не будь такой же глупой, как и все мальчики, Мария. Не надо влюбляться.

– Но почему? – протянула Мари.

– Да потому, – протянула в ответ подруга. – У нас школа. Мы должны сейчас сосредоточиться на учёбе.

– Но в жизни не может быть одна только учёба. Дедушка сказал, что место для любви есть всегда.

– Но не для глупой влюблённости! – возмущённо проговорила Маккензи.

В этот момент подружкам, сидящим на качелях, в парке, пришлось наблюдать то, как к Дэвиду подходит красивая девушка с длинными блондинистыми волосами и обнимает его. Они постояли вдвоём, что-то обсуждая, а затем разошлись в разные стороны.

Дэвид направился к Мак и Марии.

– Привет, малышня! – подмигнул он девочкам, убрав свои чёрные мягкие волосы руками. – Не знаете, во что поиграть?

Мария в этот момент не поняла, как начала глупо и долго улыбаться.

– Да мы уже давно ни во что не играем, – немного заикаясь, проговорила она.

В этот момент из её кармана выпала маленькая кукла Барби. Мария покраснела до невозможности.

– Ха, ну да, вам ещё играть и играть. Не то, что мне… – парень ещё раз улыбнулся и уже собирался уходить.

– Чтоб ты знал, Дэв, мы хотя бы учимся, – начала заступаться Маккензи. – А не курим, прячась от родителей, в заброшенных зданиях, – самодовольно улыбнулась девочка.

Дэвид растерялся, но, не подав виду о своей обиде, удалился из парка.

– Вот, как с ними надо, – сказала Маккензи.

– Он теперь точно не посмотрит на меня… – расстроилась Мария.

– Мари, в мире много мальчиков. Не стоит расстраиваться из-за одного.

– Но Дэвид… самый лучший! – восклицала девочка.

Маккензи лишь безнадёжно посмотрела на подругу.

—

– Мак! О, боже, мне так стыдно за это, – как и тогда, но теперь легко, покраснела Мари. – Надеюсь, он не помнит, как я бегала за ним.

– Да ещё и бегала, несмотря на то, что у него была Люси. Кстати, ты замечала, что она чем-то похожа на Эстер Кроун?

– Да… есть что-то такое… Интересно, где сейчас Дэвид.

Всё остальное время девушки беседовали о чем-то повседневном, вспоминали прошлое и обсуждали свои вкусы. Некоторые даже оказались схожи, несмотря на прошедшее время, что их обеих обрадовало. Проведя вечер в тёплой компании с Маккензи, Мария поняла, за кого ей надо держаться в этом городе.