Финн
Шрифт:
– У вас в доме есть что-нибудь сильнее водки?
– Конечно, – он идет на кухню и достает бутылку Джони Волкера Блу Лэйбел.
Я киваю головой в знак одобрения и подбородком указываю остальным. Робби вылезает из-под Эмбер и следует за нами.
Алекс протягивает бокалы с виски, первым поднимая свой бокал.
– За Робби, Эмбер и эту драгоценную девочку.
Мы все стукаемся бокалами, Робби одним глотком опустошает бокал.
– Я в чертовой жопе, – он пробегает рукой по затылку.
– Ага, – соглашаюсь я, когда он бросает на меня
– Эмбер в восторге. Тэд и Хлои сходят с ума.
– Ты будешь замечательным отцом, – Гэйб похлопывает его по плечу.
Робби протягивает свой бокал Алексу, чтобы тот наполнил его.
Мы меняем тему, обсуждая новое назначение Макса в Куантико, когда мой телефон издает пронзительный сигнал тревоги. Телефон Робби издает такой же сигнал. Макс застывает от знакомого звука.
Это предупреждение о чрезвычайной ситуации. Сигнал бедствия. Это персональный сигнал Джеймса о том, что что-то произошло. Полная готовность, пришло время доказать, почему мы те люди, которых зовут, когда появляются проблемы.
Я смотрю позади себя на Пресли, которая попивает свой напиток и внимательно слушает, пока Эмбер жестикулирует руками в воздухе. Я ловлю взгляд Робби, и мы молча договариваемся.
Это дерьмо имеет серьезные последствия, кто-то в опасности, и пришло время нам заняться своим делом.
Глава 27
Финн
Напряженность в офисе на самом высоком уровне. Мужчины и женщины суетятся вокруг, перешептываясь, а все телевизионные экраны вещают каждый новостной канал, местный и национальный. До сих пор о семье Де Сантиса ничего не упоминают. Только наша группа и команда в Луизиане знают, что дети Де Сантиса и миссис Де Сантис прошлым вечером были похищены с угрозой применения оружия.
Солнце уже начинает всходить, когда один из технических ассистентов приходит со свежим кофе и коробками с едой. Среди нас есть группа, которая провела здесь всю ночь, пересматривая каждую деталь жизни губернатора Де Сантиса с момента его учебы в старшей школе. Бригада по чрезвычайной обстановке на месте сообщила о похищении, и Джеймс был на борту частного самолета из Нэшвилла в течение часа. Он приземлился в Батон Роудж до полуночи, и у нас уже состоялось несколько конференц-звонков без имеющих реальную значимость новостей.
Похитители молчали, что раздражает, но наша надежда заключается в том, что няня тоже была похищена. Насколько мы знали, ее прикрытие не было раскрыто. Ее опыт и репутация, как оперативника, заставляла Джеймса верить, что все в полном порядке.
Однако губернатор плохо справлялся. Он уже объяснил нам, что готов уступить любым требованиям, находящимся в его власти, включая выход из избирательной компании. Никто не спорит с ним, наша задача – благополучие тех, кто похищен.
Я беру свой кофе на улицу и набираю номер Пресли, нуждаясь в том, чтобы услышать ее голос. Прошлой ночью она оставила мне сообщение,
– Алло... – ее голос хриплый и сонный.
– Я разбудил тебя?
– Да, но я ждала твоего звонка. Не засыпала до пяти утра.
– Прости, я не мог позвонить раньше. У нас не было особых перерывов.
– Ты можешь рассказать мне, что происходит?
Я кратко объясняю ей ситуацию, исключая всю конфиденциальную информацию.
– Что дальше?
– Мы в ожидании, ждем любые новости. Наша группа до сих пор копает под любых врагов и противников.
– Когда ты придешь домой?
– Надеюсь через пару часов. Скоро мы начнем работать посменно.
– Должна ли я волноваться?
– Нет, – ложь обжигает мою грудь. Лучше бы мне не посвящать ее в следующую часть плана, пока в этом не будет реальной необходимости. Внутри грудной клетки я чувствую боль, зная, что, если все пойдет плохо, я буду посередине.
– Позвони мне, когда будешь ехать домой. Я скучаю по тебе.
– Я тоже скучаю по тебе.
Я заканчиваю разговор и пытаюсь допить свой кофе, но оно отдает горечью, когда я думаю о том, что может произойти, если я понадоблюсь Джеймсу.
***
Стоя в дверях, я наблюдаю, как Пресли мирно спит на моей стороне кровати. Ее вид в моей университетской футболке, пока она обнимает мою подушку, облегчает неприятную боль в моих кишках.
Два часа. У меня два часа чтобы объяснить ей, что происходит, и встретиться с командой в аэропорту.
Вместо того чтобы направится в душ и упаковать вещи, я раздеваюсь и залезаю к ней в кровать, переворачивая нас. Ее теплое дыхание щекочет мне грудь, когда она утыкается глубже. Мою руку начинает покалывать от сдавленного кровотока, так что я аккуратно переворачиваю нас, затем начинаю водить рукой вверх и вниз по ее спине.
Я позволяю себе несколько минут насладиться близостью наших тел, прежде чем оставить поцелуи на ее лбу, пытаясь разбудить ее.
– Пресли, проснись.
– Хммм, не-е-е-ет.
– Малышка, мне ненавистно делать это, но нам нужно поговорить. Проснись ради меня.
Девушка трясет головой и немного ворчит.
Мои губы спускаются к ее ушку и, слегка покусывая, я шепчу:
– Мне нужно идти. Мне не хотелось бы ничего большего, как раздеть тебя и проспать весь остаток дня, но я не могу.
Я знаю, что она проснулась, когда ее ресницы начинают трепетать у моей кожи.
– Когда ты уходишь?
– Скоро.
– Когда ты вернешься?
– Как только мы поймаем и арестуем гадов.
– Это будет безопасно?
– По большей части для меня. Я в наблюдении и в стороне.
– Означает ли это, что ты оставишь свое оружие здесь? – она поднимает лицо, встречаясь со мной взглядом, молча умоляя меня сказать да.
– Разумно быть всегда готовым.
– Этот ответ не успокаивает мои нервы.