Финн
Шрифт:
Его глаза так расширяются, что на его лбу начинает пульсировать вена.
– Ты познакомил ее с Тимом и Эвелин? Ты сумасшедший?
– Нет, это было идеальное время, – я рассказываю ему о мероприятии в прошедшую субботу.
– Господи! Мне нужно выпить, – он достает нам обоим по пиву и садится обратно. – И так, герой, каков план?
– И ты тоже не начинай, – я закатываю глаза, услышав это имя. – Но как бы мне не хотелось это признавать, мне понадобиться твоя помощь... и Эмбер.
– Говори, что мне делать.
– Мне нужно, чтобы ты поехал за ней, пока я начну готовить. Я не принимаю "нет" за ответ,
– Охренительно здорово. По крайней мере, хоть в этот раз я стану шафером? – бормочет он по дороге в свою комнату.
Я набираю номер Пресли и собираю всю свою храбрость.
– Алло.
– Пресли.
– Здравствуй, Финн.
– Чем занимаешься?
– Собираюсь в душ, затем снова работа.
– Это прекрасно, но в твоих планах небольшие изменения. Трипп заберет тебя через час.
– Финн, сегодня не самое удачное время.
– Или ты приедешь ко мне, или я приеду к тебе. Я не принимаю "нет" за ответ.
Девушка молчит, и я слышу в трубке ее тихое дыхание.
– Думаю, нам надо поговорить. Возможно мы…
– Дай мне сегодняшний вечер. Затем мяч будет на твоем поле. Я понимаю, что в среду застал тебя врасплох. Это было не честно. Позволь мне объясниться.
Она сомневается, затем выдыхает в трубку.
– Хорошо, но я могу приехать сама.
– Трипп будут у тебя через час, малышка. Будь готова. И, Пресли, я не могу дождаться встречи с тобой, – я заканчиваю разговор, прежде чем она сможет поспорить.
***
– Трипп! Отпусти меня! – Пресли визжит на всю квартиру.
Я заворачиваю за угол кухни и вижу, как мой лучший друг несет ее с широкой улыбкой на лице, пока она ругает его.
– Ни в коем случае, красавица. Ты могла бы пораниться, если бы упала в этих туфлях, – он кружит её, и она визжит, откинув назад голову и смеясь.
– Какого черта? – рычу я, заставляя их обоих замереть.
– Не беспокойся, чувак. Начался дождь, и я испугался, что она сломает лодыжку, пока будет бежать к двери, – Трипп подмигивает мне и опускает её. – Удостоверяюсь, что ценный груз доставлен в целости и сохранности.
Я рычу и одариваю его убийственным взглядом, пока он не отступает, поднимая обе руки.
– Чтоб ты знал, я могу бегать длинные дистанции на шпильках. Нет необходимости беспокоиться, – Пресли располагает руки по бокам и показывает ему свой нрав.
Трипп смотрит на меня, и мы оба боремся со смехом.
– Я могу! – злится она.
– Верно, я пошел отсюда, – Трипп наклоняется, чтобы поцеловать ее в щеку и выходит за дверь, подмигивая мне.
Как только дверь закрывается, Пресли поворачивается ко мне с опасением, написанным на ее лице. Она оглядывается по сторонам, не зная точно, что сказать.
– Пресли, – я протягиваю руку, – помнишь, как нужно правильно здороваться?
– Хмм... – она стоит на месте и прижимает сумочку к животу.
Я делаю два шага, чтобы дойти до нее, и скольжу пальцами по ее волосам, поворачивая ее лицо к моему. Даже на шпильках, она на несколько дюймов ниже меня. Девушка делает глубокий вдох и вопросительно смотрит на меня. В полной тишине я слегка провожу губами по ее губам.
– Всегда должное приветствие, – говорю я у ее рта. – Я скучал по тебе.
– Финн... – её хриплый голос вибрирует на моих
Вместо того чтобы ответить ей, я обхватываю ее руками и несу на диван. Сажусь с ней на моих коленях и близко прижимаю ее, касаясь ее лба своим.
– Прости меня...
– Простить?
– Прости за среду, прости, что ошеломил тебя своей работой, и больше всего прости за то, как я оставил тебя. Все эти дни это крутилось в моей голове.
– Ты не должен извиняться передо мной. Думаю, я была ошеломлена по глупости. За пять минут я осознала, что ничего не знаю о тебе. С моей стороны было много предположений. Затем, когда Винни прижалась к тебе, я поняла, что я идиотка. Я должна была быть более аккуратной в наших отношениях, быть более осторожной. Она такая маленькая и наивная. Было глупо позволять ей присутствовать на моих свиданиях.
Мать вашу! Она ударила по больному. Я боялся, что она засомневается относительно своего решения по поводу Винни.
– Не говори так. Я облажался. Дело во мне, и я буду чертовски стараться, чтобы исправить всё для вас обеих.
– Но тебе не нужно это делать. Для нас обоих это по-прежнему ново. То, что произошло в среду, не является чем-то необычным. Тебя вызвали на работу, и это не должно было стать большой проблемой. Мы…
– Остановись прямо здесь. Давай решать вопросы постепенно.
Без предупреждений, я переворачиваю нас так, что она падает на спину, а я возвышаюсь над ней. Мои бедра мягко прижимаются, заставляя ее быть неподвижной, а моя рука скользит, обхватывая ее шею. Ее дыхание становиться прерывистым, когда я наклоняюсь и целую её в раскрытые губы. Тепло ее дыхания и трепет в ее глазах придают мне храбрости. Я продолжаю водить губами по ее губам, пропитываясь ощущением наших прижатых друг к другу тел.
– Разве это чувство как что-то новое для тебя? То как комфортно тебе в моих объятиях, то, как отвечает твое тело на близость со мной? – я прижимаюсь к ее бедрам, надеясь, что она сможет почувствовать выпуклость в моих шортах.
– Финн...
– Насколько далеко ты хочешь, чтобы я отмотал?
– Что?
– Мою жизнь... На сколько далеко?
– Я хочу знать все.
– Двадцать восемь лет – это много, так что давай пропустим и начнем с настоящего. Если у тебя будут вопросы, мы вернемся назад, хорошо?
Девушка кивает.
– Ты уже знаешь о моих друзьях и о том, что я вырос в Нэшвилле. В восемнадцать, Робби, Макс и я присоединились к морской пехоте. Дядя Макса и Джеймс оба были армейскими задирами, и мы хотели быть как они. Как ни странно, Робби и я преуспели в разведке. Мы совершили несколько поездок на Ближний Восток. Наш путь лежал к карьере морпехов. Четыре года назад Робби и я были атакованы придорожной бомбой, которая убила шестерых человек. Робби был серьезно ранен, чуть не потерял ногу, но я не позволил ему умереть. Мы добрались до безопасного места и наблюдали за взрывом в десяти футах от места, где он до этого лежал. Меня зацепила пара осколков, но в остальном со мной все было в порядке. Мы были перевезены в Германию для оказания незамедлительного медицинского лечения, затем улетели в штаты. Мое лечение было менее инвазивным, чем у Робби, потому что у него была интенсивная физиотерапия. Мы оба лечились от ПТСР. После этого мы решили вернуться в Нэшвилл.