Финал
Шрифт:
Похоже, мысль, что Сильверлэйк фактически натренировала монстра отражать атаки людей, привела Зориана в ярость — а вот Зак только усмехнулся.
— Коварные наниматели, прямо-таки ностальгия, — заметил он. — Помню, когда меня впервые подставили, я злился еще сильнее, чем сейчас Зориан. Между прочим, забавно, но твой симулакрум понял это раньше тебя. Как так вышло?
— Различия в мышлении, — пожал плечами симулакрум.
— Мы разделились считанные часы назад, — отмахнулся Зориан. — Какие между нами могут быть различия?
Симулакрум раздраженно нахмурился. Он не стал отвечать словами — вместо этого продавил мысленный канал и швырнул оригиналу несколько
— Серьезные различия, — ответил симулакрум и добровольно отпустил эктоплазменную оболочку, развеявшись дымкой.
Его работа была завершена.
Зориан стоял под ярким солнечным небом — на брошенном поле, вдалеке от всего важного или опасного. Стоял не один, а в окружении знакомых лиц — Зак, Тайвен, Имайя, Кириэлле, Кана и Каэл. Все они сгрудились вокруг каменного стола, созданного Зорианом прямо из земли, и глядели на выстроившиеся в центре бутыльки с зельями. Каждый глядел по-своему.
Зак казался слегка заинтересованным, но собранным и спокойным. Тайвен была задумчива, погрузившись в себя и едва ли обращая внимание на окружающее. Имайя разрывалась между тихим восторгом — и волнением, время от времени хмуро посматривала на Кириэлле и Кану, наверняка считая, что они слишком молоды для такого. Каэл, судя по кислым взглядам в сторону Зориана, был с ней согласен. Впрочем, совесть самого Зориана молчала — если Каэл не хотел приводить сюда Кану, он мог просто ей запретить. Если же Каэл ни в чем не может отказать дочери — это его проблемы.
Ну, а Кириэлле… ее просто распирал восторг, она жадно пожирала глазами бутылек с зельем. Выглядело забавно, но Зориан ее понимал.
Не каждый день выпадает шанс превратиться в птицу и полетать.
— Ну что же, — наконец сказал Зориан. — Кто сомневается — сейчас последний шанс отказаться.
Единственным ответом было громкое "неет!" Кириэлле. Похоже, никто не передумал — но на всякий случай он покосился на Каэла, как наименее уверенного.
Кана, сидя на руках у отца, заметила этот взгляд и тихонько захныкала, словно предупреждая, чтобы морлок не смел передумать. Тот усмехнулся и коснулся пальцем ее лба.
— Я против, но все же буду участвовать, — Каэл встретился взглядом с Зорианом. — Наверное, тебя стоит поздравить — давно я не видел, чтобы Кана так сильно чего-то хотела. А теперь поспеши с объяснениями, пока я не передумал.
— Ладно, — пожал плечами Зориан. — Буду краток. Здесь шесть одинаковых зелий трансформации. Выпив зелье, вы превратитесь в сапсана.
— И сможем летать? — восторженно уточнила Кириэлле.
— Разумеется, — подтвердил Зориан. — Иначе зачем превращаться в птицу? Хотя на привыкание к новому телу может понадобиться время, так что не удивляйтесь, если не сможете полететь сразу.
— Что, если кто-то из нас упадет с высоты? — спросила Имайя. — Или на нас нападет хищник?
— Именно поэтому на столе шесть, а не семь зелий, — ответил Зак. — Я не буду превращаться и при необходимости вмешаюсь. А насчет хищников… ну, это маловероятно. Но если вдруг случится — с вами будет Зориан, он покажет им, где раки зимуют. Ни один хищник в окрестностях не выстоит против него.
В основном из-за сил психика. Обычные маги, принимая негуманоидную форму, становились уязвимы, лишаясь структурированной магии. Зориан же в форме сокола
— Хорошо. Приятно слышать, что вы все обдумали заранее, — сказала Имайя. — Но разве это не чудовищно дорого? Не поймите превратно, я не меньше других хочу побыть соколом, но… тратить эти зелья ради забавы как-то расточительно.
Ах да — из присутствующих взрослых лишь Имайя не знала о временной петле. Когда-нибудь он точно расскажет ей правду — хотя бы чтобы посмотреть на ее реакцию.
Он задумался, формулируя убедительный ответ, но Тайвен опередила его:
— Не беспокойтесь, — вздохнула она. — Это секрет, так что не могу рассказать подробности, но для этих двоих зелья практически ничего не стоят.
Еще несколько уточнений — и бутыльки разошлись по рукам, миновав только Зака. Изначально Зориан собирался принять зелье первым, чтобы остальные убедились, что все работает — но Кириэлле, видимо, и так не сомневалась — и немедленно осушила склянку. Проблем не возникло — она превратилась, и остальные добрую минуту наслаждались зрелищем возящейся в траве соколицы. Она попыталась взлететь сразу после трансформации, но это оказалось не так-то просто.
После этого зелья приняли все.
Следующие несколько часов прошли с переменными успехами. С одной стороны, никто не пострадал. С другой — как выяснилось, Зориан сильно недооценил сложность освоения нового тела для обычных людей. Он думал, что у него плохо получалось в первый раз — но на фоне новоявленных летунов его первые попытки казались дебютом прирожденного гения. Поразмыслив, он пришел к выводу, что скорее всего это еще одно преимущество "Открытого разума", как это называли аранеа. Сама суть его способностей психика заключалась в более полном восприятии собственного разума и позволяла распознавать информацию из совершенно чуждых источников — будь то чужие мысли или сброшенные прямо в мозг результаты прорицания. Вероятно, именно поэтому он мог управлять новым, трансформированным телом куда лучше, чем, скажем, Имайя или Каэл.
Теперь он понял, почему магия трансформации оставалась уделом немногочисленных энтузиастов, и почему желавшие обращаться в животных так завидовали перевертышам. Ему было трудно научиться управлять новым телом — похоже, остальным это еще труднее. Нельзя овладеть трансформацией, когда в голову взбредет — чтобы добиться хоть каких-то результатов в новой форме, нужны долгие тренировки.
И все же, пока действовало зелье, все сумели хотя бы раз подняться в воздух. В основном — благодаря Зориану, который телепатически показывал, как должен двигаться сокол, а иногда даже управляя их телом напрямую, чтобы исправить недочеты. Без его помощи им, наверное, потребовалось бы как минимум три или четыре занятия, чтобы оторваться от земли. И они могли запросто искалечиться в процессе.
Все сошлись на мысли, что летать на собственных крыльях восхитительно, и это можно когда-нибудь повторить. Кириэлле же загорелась идеей в следующий раз превратиться в дракона.
Кажется, Зориан здорово напугал Каэла и Имайю, не запретив ей фантазировать.
— Что ты делаешь?
Зориан прервался — он как раз прорисовывал лежащие на блюде фрукты — и удивленно посмотрел на Кириэлле.
— Разве не видно? Рисую.
Честно говоря, он сам не знал, зачем это делает. Художником он себя не считал, просто хотелось попробовать новое хобби. Привычное чтение отошло на второй план — интересных историй не так много, а все, что ему нравилось, он уже перечитал как минимум дважды.