Финал
Шрифт:
— Совершенно верно.
— Я всё хотела спросить… почему Новизна? — внезапно сказала Тинами. — Не подумайте, она мне нравится, но делать её официальным представителем… Неужели нет более… серьёзных аранеа?
— Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны подходит на эту роль куда лучше, чем может показаться, — помедлив, ответила матриарх. — Следует понимать, что нас, аранеа, немного. Мы живём охотой и не можем поддерживать большую численность. И среди моих подданных многие совершенно не интересуются людьми — а то и относятся к ним с пренебрежением.
— Как к тусклоумным, — раздражённо хмыкнула
— Да, именно. Так что мне выбирать не приходится, а Новизна и сама рада напрямую пообщаться с людьми. К тому же я заметила, что её несерьёзное поведение успокаивает людей — они считают её безвредной дурочкой или ребёнком, что неизменно забавляет. Новизна — взрослая аранеа, специалист по контактам с людьми. Она куда опасней для человека, чем обычная, более сдержанная аранеа.
— Ох. Мне такое и в голову не приходило, — призналась Тинами.
Зориан мог бы добавить, что есть ещё одна причина. Матриарх знала о его отношении к Новизне, поэтому именно молодая аранеа говорила от имени колонии. Очевидно, Паутина Сиории высоко ценила его расположение и стремилась любыми средствами углубить отношения.
Ещё пара кругов по центру города, и они попрощались, Зориан продолжил прогулку в одиночестве, погрузившись в размышления.
По пути он купил пару газет и бегло просмотрел. Ожидаемо, первые полосы до сих пор были посвящены вторжению. На глаза попалась статья о воинах салротум, помогавших защитникам — с убедительным рисунком крылатого червя над городом. Зориан помнил этот момент — он предлагал осам открыть врата прямо к зиккурату, но они предпочли сесть на свою зверюгу и лететь своим ходом. Вероятно, тоже своего рода демонстрация, хорошо хоть эльдемарским военным не пришло в голову бодаться с божественным зверем.
Вчитавшись внимательнее, он нашёл намёки, что его "дары" исследователям пошли в дело. По правде говоря, он не раздал и малой части своего списка — на это уйдёт не один год. Но хорошо, что его материалы пригодились адресатам. Значит, всё было не напрасно.
Кроме того, он начал учебник по магии разума, но там предстояло работать и работать. Ох и намучается же он, когда придёт время издаваться — но он найдёт способ.
Небо уже темнело, а Зориан всё так же бродил по улицам. После постоянного напряжения последних лет просто отдыхать казалось чем-то противоестественным. Нужно чем-то заняться, хотя бы просто погулять по ночному городу.
Мысли перескочили на нерешённые проблемы — ту же Принцессу. Божественная гидра выжила в бою с учеником Оганя — и теперь Зориан не представлял, что с ней делать. Они связаны, передать контроль Заку уже не получится — к счастью, гидра прекрасно устроилась в северных лесах, но рано или поздно придётся что-то решать.
С железноклювами было не проще. Вывезя гидру на север, Зориан просто выпустил стаю над пустошами, рассчитывая, что они вернутся к своим гнёздам. Как бы не так — птицы примкнули к Принцессе, помогая ей охотиться и питаясь её объедками. Как будто его гидра сама по себе привлекает мало внимания…
А ведь был ещё Кроха. Зориан сумел вывезти голема прямо из-под носа военных, но его шедевр всё еще был не на ходу, а место хранения не отличалось надёжностью.
И с этим ничего не поделаешь — на оснащение базы и ремонт Крохи уйдёт прорва денег, а с деньгами
С этим были проблемы. За время петли Зориан привык тратить деньги без оглядки — после победы он попытался взять вредную привычку под контроль, но без особого успеха. У него по-прежнему был неплохой финансовый резерв — но средства таяли с каждым днём. Он даже попытался продавать некоторые из своих разработок — но это тут же вызвало ажиотаж. Выхода нет, придётся затянуть пояс.
По крайней мере, пока не найдёт способ доставать крупные суммы, не привлекая внимания.
Зориан остановился и посмотрел на яркую полную луну над головой. Тёплая летняя ночь умиротворяла.
— Что же, Зориан, ты же сам хотел нормальную жизнь, — сказал он вслух. — И теперь у тебя проблемы с деньгами, что совершенно нормально.
— И не говори, братишка! — крикнул прохожий. Не кто-то знакомый, просто очередной пьяный с заплетающимся языком. — У мня тож ни гроша в кармане! Я всё потратил, и эт… совшенно номально! Да, номально…
Зориан вздохнул и зашагал к дому Имайи. Хорошего понемногу.
Её звали…
У неё не было имени, оно ей просто не требовалось. Она была охотницей и матерью и не думала о сложных вещах — лишь выживание, защита территории и потомство.
Но то было раньше. Вкусив своего врага, ненавистную двуногую, что раз за разом докучала ей, она обрела смысл. Эссенция врага наполнила её сладкой силой. Сила переполняла её, просачивалась в зреющие яйца.
Её следующая кладка будет особенной. Она всегда ревностно охраняла яйца и детенышей, прогоняя их, лишь когда они вырастут, но эти будут другими. Она пойдёт на всё, лишь бы защитить их. Умрёт, если понадобится.
С новой кладкой и новым смыслом пришёл голос. Воля. Она должна спуститься в глубины. Слабые жители поверхности не удовлетворят её детей, если она хочет взрастить их правильно, нужна настоящая добыча. Она пойдёт вниз, глубже, чем когда-либо. Она была сильна, но живущие в глубине способны убить её в мгновение ока.
Ей было страшно. Она хотела вернуться назад, в безопасность привычных угодий — но направляющая воля была сильнее.
Она должна выжить. Должна отложить яйца. Должна спуститься в глубину.
Преодолевая страх, отринув всё, что знала, она спускалась всё глубже и глубже.
Туда, где ожидала её судьба.
КОНЕЦ
108. СЛОВО АВТОРА
Вот и конец истории. Остались лишь общие рассуждения и кое-какие планы на будущее; если вас это не интересует — смело закрывайте вкладку.
В далёком 2011, выкладывая на FictionPress первые главы Матери Ученья, я и подумать не мог, что новелла станет столь популярной. По первоначальной задумке, история должна была помочь мне сформировать новый фэнтези-сеттинг — только и всего. Я давно заметил, что примерив роль местного жителя, можно отыскать множество незамеченных ранее огрехов и нестыковок создаваемого мира. Именно такой визуализацией повседневной жизни сеттинга и должна была стать Мать Ученья.