Финал
Шрифт:
…хотя нет, плохая идея. Не стоит привыкать решать все проблемы стиранием памяти. К тому же, Кириэлле совершенно не разбирается в артефакторике и запросто поверит, что Зориан "починил" её куклу.
В целом же всё вышло совсем неплохо. Да, он отдал имперскую сферу дракону, Кватач-Ичл и Судомир живы и злопамятны, а в ближайшем будущем назревает новая континентальная война — но могло быть намного хуже. Его семья и друзья живы, Зак жив, и даже сам он жив. Единственное, что беспокоило — пустая кожа молодой Сильверлэйк, найденная на месте
Что совершенно нетипично. Серые охотники питаются магическими существами — насколько помнил Зориан, вкус человечины был для них отвратителен. Недостаточно маны в плоти. Так почему же Сильверлэйк съели? Из-за эссенции первозданного?
Самого серого охотника нигде не было видно — а ведь сеть Зориана охватывала практически всю надземную часть Сиории. Что-то подсказывало, что хищница сбежала в подземелья.
Только магического хищника высшего уровня опасности, наевшегося эссенции первозданного и затерявшегося в подземельях под его домом, ему и не хватало.
Зориан вздохнул. Что толку сейчас об этом переживать. Последний день месяца подошёл к концу; ангельский контракт Зака безвредно растворился, Джорнак же умер — и это была страшная смерть. Созданная первозданным плоть уничтожала саму себя, в магическом восприятии Зориан видел, как душа и разум Красного рвутся на кусочки. Несколько секунд мучительной агонии — и на месте Джорнака осталась лишь масса вязкой грязи.
Зориан открыл глаза и с облегчением вздохнул, наконец отпуская заклятье. Он был совершенно измотан — вместе с симулякрумами поддерживал иллюзорный мир… даже два… больше суток, без сна и отдыха.
Кстати, он больше не был один. Из Сиории он с Заком и Джорнаком переместился в подготовленное убежище — но ближайшие соратники знали, где оно находится. Дэймен, Ксвим и Аланик молча, тяжело смотрели на него — Ксвим сидел на стуле с книгой в руках, Аланик стоял в центре комнаты, скрестив руки на груди, Дэймен прислонился к дверному косяку, перекрывая выход, и поигрывал изъятым у Красного имперским кинжалом.
Все трое держали в руках кристаллы с пакетами памяти. Едва ли они успели многое просмотреть, но общую картину, похоже, уловили.
— Нам надо поговорить, — сухо сказал Аланик.
Вместо ответа Зориан подхватил ближайшую тетрадь, вырвал листок и начал яростно строчить, одновременно рассказывая вслух. Все первоочередные закладки Джорнака, сроки и методы их нейтрализации; если жрец и компания что-то забудут — у них будет поспешно написанный текст.
Трое магов слушали его со смесью любопытства и раздражения — но хотя бы не перебивали. Впрочем, это не заняло много времени — лишь малая часть наследства Джорнака требовала немедленного вмешательства. Дописав, Зориан неловко поднялся на ноги — тело не слушалось после долгой неподвижности — сунул листок в руки растерявшегося Аланика и без чувств рухнул на пол.
Его звали Зориан Казински, третий сын небогатого торговца
…и он победил.
И наконец мог отдохнуть.
107. ЭПИЛОГ
Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.
— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!
Ужас. Едва пробудившийся разум Зориана затопил слепой, нерассуждающий ужас. Все его усилия, все принесённые жертвы, всё оказалось напрасным. Он снова там же, где всё началось, в своей комнате в Сирине, перед началом третьего курса…
…Хотя стоп.
Это не его спальня. Он не в Сирине, он в Сиории, в доме Имайи — они с Кириэлле снимали здесь комнату.
Да и паршивка, болтающая ногами, растянувшись поперек его живота, похоже, ждала именно этой реакции. Его очевидная паника не смутила её — скорее, она была довольна, что так здорово напугала старшего брата.
— Кириэлле… ну вот зачем? — подавил вздох Зориан.
— О чём ты? — невинно уточнила она. — Я же всегда бужу тебя по утрам?
— Не такими же словами, — пробурчал Зориан. — Это он тебя подговорил, да?
— Зак сказал, что так будет забавнее, — признала Кириэлле, уперев ладонь в подбородок. И широко улыбнулась.
В ответ Зориан спихнул её с кровати.
Чертовка, похоже, ожидала нечто подобное — и мгновенно оказалась на ногах.
— Уже месяц прошёл, — прорычал Зориан. — Когда этот говнюк угомонится?
Как будто он обманул Зака из любви к искусству. Он, во имя всего святого, вообще-то ему жизнь спасал!
Ну, по крайней мере, на этот раз он не получил по лицу.
Он выставил Кириэлле и стал одеваться, прислушиваясь к доносящимся звукам. Сейчас дом Имайи разительно отличался от привычного по петле тихого уголка. Общежития академии сильно пострадали во время обстрела и городских боёв — множество студентов остались без крыши над головой. И практически не задетый сражением дом Имайи был полон под завязку. Зориану это не нравилась, но ничего не поделаешь.
Что же, хотя бы Кириэлле было с кем поговорить.
Собравшись, он направился в кухню, где уже была добрая дюжина человек — кто завтракал, кто перебирал тетради. В основном — его одноклассники: Акоджа, Рэйни, Киана, Коприва, Каэл, Наим, Эдвин и Эстин теснились вокруг небольшого кухонного стола. Все дружно повернулись к нему, зазвучали приветствия. Ильза, разбиравшая бумаги — ей выделили чуть больше места за столом — коротко кивнула и вернулась к работе. Ночка, Кириэлле и Кана играли на полу в куклы, путаясь у всех под ногами. Решительно непонятно, почему здесь, а не в любой другой комнате — но раз остальные не возражали, то и Зориан промолчал.