Финал
Шрифт:
Лилли
К моим губам подносят еще один напиток. Я делаю глоток и чувствую, как крепнет моя хватка. Я не знаю, как долго меня не было на этот раз. Все, что я знаю, - это ужасная боль, пронизывающая мои внутренности. Она начинается у меня между ног и поглощает все остальное тело, как пульсирующее живое существо. Я пью больше. Моргаю. Красный. Я вижу только красный цвет. Почему мое зрение окрашено в красный цвет?
Больше жидкости. Этот драгоценный, животворящий нектар.
Коротко остриженные волосы. И на этом ко мне приходит осознание. Я вижу, где нахожусь, в каком состоянии и почему. Я снаружи на балконе. Тот же, что и раньше? Нет. Я оглядываюсь по сторонам. Этот совсем другой. Во-первых, он слишком широкий. Во-вторых... Во-вторых, я ловлю источник красного. Огонь. Танцующие языки пламени, от газовых факелов, расставленных по всему периметру. Я сосредотачиваюсь на них, когда последние остатки моего помешательства уходят.
Сейчас ночь. Я вижу звезды надо мной. Пламя заставляет тени мерцать и извиваться по полу.
– Хорошо, хорошо, - слышу я голос Эстебана.
– Ты вернулась к нам.
Страх сковывает мои внутренности, и я рывком поднимаюсь. Я ожидаю, что меня каким-то образом будут удержать. Но нет. Я хватаюсь за подлокотники кресла и толкаюсь вверх.
– Тсс, расслабься, - говорит Эстебан.
Его руки опускаются мне на плечи, и он отводит меня назад. Я слишком легко принимаю это движение. Я отрываю глаза от огня и смотрю на него. Потом я смотрю мимо него и вижу, что мы одни на этой крыше.
Крыша. Вот что это такое. Это не балкон. Крыша!
– Вина?
– спрашивает Эстебан.
– Осмелюсь заметить, что я большой знаток крепких спиртных напитков. И я горжусь своей коллекцией. Я собрал редкие экземпляры со всего мира. Не такая большая коллекция, конечно. Но я стараюсь сделать её одной из лучших.
– Зачем?
– выплевываю я.
– Ты хочешь напоить меня, чтобы потом изнасиловать? Я обхватываю себя руками и кутаюсь в халат, внезапно мне становится холодно.
– Ах, - говорит Эстебан.
Он встает и отходит. Я смотрю, как он подходит к перилам и смотрит на свое темное поместье.
– Лилли. Мисс Райдер? Позвольте заверить вас, что вам это от меня не грозит. Как и в случае с моими винами, у меня есть отличные вкусы в телах. И хотя я уверен, что в какой-то момент вы были достаточно милы, я видел вас, когда мистер Стоунхарт представлял нас друг другу, женщины не привлекают меня.
Я прищуриваюсь, глядя ему в спину. Он гей?
– И то, через что мои люди заставили вас пройти, очень печально, - продолжает он.
– Но видите ли, мисс Райдер, некоторые аппетиты надо утолять. На этом острове нас всего семеро. Если бы я не предложил вас своим людям, что ж, - он усмехнулся, - они бы скоро начали терять терпение. И поверьте
Я смеюсь, чтобы показать ему, что я думаю, но это все притворство. По правде говоря, я не думаю, что смогу противостоять насилию со стороны его охранников.
– Чего ты хочешь?
– тихо спрашиваю я его. Больше похоже на мольбу.
– Почему ты держишь меня в плену?
Он делает глубокий вдох.
– Вы чувствуете этот запах?
– спрашивает он.
– Запах моря. В детстве я всегда мечтал иметь дом у моря. Находясь здесь, я вспоминаю все, что потерял, все, что отнял у меня мистер Стоунхарт.
Он оборачивается. Впервые с тех пор, как меня похитили, Эстебан выглядит спокойным. Даже мягким. Задумчивый и в каком-то смысле гипнотический.
– Хью, мистер Блэкторн, заверил меня, что вы станете для меня бесценной разменной монетой, чтобы вернуть то, что я потерял, - он поджимает губы.
– Однако после стольких лет я начинаю думать иначе.
Страх сковывает мои внутренности.
– Джереми, - быстро говорю я.
– Он знает?
– О да, - кивает Эстебан.
– Ваш Джереми знает. Он прекрасно знает, чего мы хотим, кто у нас в руках и что с тобой делают. К сожалению, он кажется вполне решительным, даже непреклонным в своем положении.
– Хорошо, - усмехаюсь я.
Внутри я чувствую себя опустошенной и разбитой. Как будто ничего не осталось. Если Джереми знает, что со мной делают, и все равно не придет…
Но зачем ему это делать? Как он мог? Требования, которые как я помню, были выдвинуты, когда они снимали видео, где я глотала эти ядовитые таблетки, были смехотворными. Джереми ни за что не согласится. Вот только...я надеялась, молилась, желала, что может быть я значила для него достаточно, чтобы он смог сделать что-нибудь. Похоже, я ошибалась.
Отчаяние почти поглощает меня целиком.
– Хорошо?
Эстебан оборачивается и поднимает бровь, глядя на меня.
– Скажите мне. Что во всем этом хорошего, мисс Райдер? Меня заверили, что вы достаточно ценный актив, чтобы стать главным козырем на переговорах. Мне говорили о преданности мистера Стоунхарта вам. Его одержимость вами. Я был уверен, что он сделает все, чтобы вернуть вас. Что-то вроде того, - тихо говорит он, - как я готов на все, чтобы вернуть Декстран.
– Тогда позволь мне поговорить с ним, - прошу я.
– Я могу убедить его. Я в этом уверена! Если это все, что ты хочешь...
Эстебан печально смотрит на меня и качает головой.
– Именно этого я и хотел, мисс Райдер. Но больше нет.
– Что ты имеешь в виду?
– шепчу я.
Он вздыхает и подходит ко мне. Он ставит бокал на стол и опускается в кресло. Я вижу его с близкого расстояния. Впервые я вижу, какой он маленький. Насколько хрупкий. Насколько сломлен.
В его глазах больше нет того маниакального блеска. Все, что я вижу в них - это грусть.
– Я больше не хочу этого, - говорит он мне.
– Это то, чего я никогда не смогу получить. Все, чего я хочу сейчас...
– он тяжело выдыхает, - это покоя.