Философия
Шрифт:
В таких условиях не случайно одно из ведущих мест в человекознании занимает, как это и предполагал Кассирер, проблема самопознания человека. Налицо дальнейшая специализация и углубление изучения человека, появляются различные аспекты философско-антропологического знания. От философской антропологии "отпочковываются" и конституируются в качестве самостоятельных научных дисциплин все новые и новые ее ответвления - "социальная", "культурная", "религиозная", "психологическая", "политическая" и другие "антропологии". Эта аспектность, образовавшаяся в человекознании, его "узкоспециализированность", с одной стороны, обеспечивают фундаментальную проработку отдельных его проблем, а с другой стороны, расчленяют
Такая частичная интеграция в определенной мере расширила предметную область антропологических исследований, позволила детальнее проследить взаимосвязи "природа - общество - личность - культура". Тем не менее неопределенность предмета бинарных антропологий, наличие у всех "аспектных антропологий" общего предметного поля, неисчерпаемость человека как объекта исследования приводит к убеждению, что ни одна, будь то монистическая, дуалистическая или "аспектная" ант
540
ропология, не может собственными ресурсами постичь человека и его взаимосвязи полностью. Любая узкоаспектная антропология "высвечивает" лишь какую-то сторону человека, но не дает и не может дать общего его видения.
В связи с этим возникает проблема конституирования философской антропологии как самостоятельной философской научной дисциплины, определения ее предмета и задач. Очевидно, что, возникнув в лоне философского знания, антропологическая проблематика не может полностью "раствориться" ни в естественных науках - в медицине, генетике, физиологии, ни в социальных психологии, социологии, педагогике, культурологии и прочих дисциплинах. Очевидно и то, что собственно философский аспект этой дисциплины должен оставаться именно философским, т.е. наиболее общим, предельно широким учением о человеке.
Уже преодолены такие подходы к пониманию предмета философской антропологии, как "специализированное учение о причинах появления человека и его связях с животным миром" [1], равно как и "разделение" человека на природную и общественную части. Сегодня делаются попытки соединения некоторых аспектов человекознания в единую предметную область.
Так, В. Барулин определяет философскую антропологию как учение о человеке, рассматриваемом в качестве первоначала и первосущности мироздания в целом, и его взаимосвязях с предельно широкими предпосылками человеческого существования - природой, Космосом, Богом, а взаимосвязи "человек - человек" и "человек - общество" отдает на откуп более специализированной "социально-философской антропологии" [2]. Ф. Минюшев, наоборот, расширяет предмет "социальной антропологии", включая в него не только взаимосвязи "человек - социальное окружение", но и взаимосвязи "человек - природное окружение" [3]. Э.А. Орлова ограничивает философскую антропологию проблематикой знаменитых вопросов И. Канта - "Что я могу знать?", "Что я должен делать?", "На что я могу надеяться?", "Что такое человек?" [4]
1 Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 735.
2 Барулин B.C. Социально-философская антропология. М., 1994. С. 31-34.
3 Минюшев Ф.И. Социальная антропология. Курс лекций. М., 1997. С. 12.
4 Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию. М., 1994. С. 15-16.
По-видимому, в каждой точке зрения на предмет философской антропологии можно найти не только интересный подход, своеобразный ракурс рассмотрения проблемы,
541
наваемые "общие площади" предметной области - проблемы природы и сущности человека, условий его социализации, соотношения в нем биологического и социального, сознательного и бессознательного, индивидуального и родового, места и роли человека во Вселенной, смысла его жизни и смерти и др. Фактически это те проблемы, которые ставились еще М. Шелером в качестве предметной области человекознания!
Очевидно, что при всем многообразии специализированных антропологий, общефилософская проблематика человекознания не только остается, но в силу его дифференциации конституируется в самостоятельную научную дисциплину. Оставаясь в русле и структуре философского знания, будучи специализированной системой философских знаний о Человеке, эта дисциплина решает собственные задачи и имеет свой предмет исследования.
Не претендуя на роль метанауки по отношению к частным аспектам антропологического знания, философская антропология вместе с тем выступает наиболее общей системой знаний о человеке, рассматривает человека как общее. Философская антропология, далее, выступает как рефлексивная теория, обобщающая данные конкретно-антропологических дисциплин и в силу этого является по отношению к ним методологической основой самого общего уровня.
Наконец, несмотря на то что человек как предмет исследования "поделен" между частными антропологиями, для философской антропологии остается и свой собственный аспект человекознания, непосильный для других уровней рассмотрения человека. Такими собственно философско-антропологическими проблемами, совокупность которых составляет предмет данной системы знаний, являются: человек как субъект деятельности; деятельность как способ существования человеческой действительности; ценности человеческого бытия.
В качестве предметного поля эта дисциплина рассматривает вопросы истории философско-антропологических знаний; специфику познания человека; модусы и экзистенциалы его бытия; разрабатывает научную методологию для частноантропологиче-ских дисциплин; исследует взаимовлияния антропологического знания и различных сторон материального, социально-политического и духовного бытия общества. Содержание названных аспектов предметного поля является основой для выделения основных разделов философской антропологии как специальной научной дисциплины - история, гносеология, методология, социология философской антропологии.
542
Таким образом, очевидно, что человекознание имеет древнюю традицию, это старейшая и важнейшая проблема философии. За многовековую историю его существования возникало, угасало и снова возрождалось множество учений, точек зрения на природу, сущность и целевое предназначение человека. Уже это свидетельствует о том, что человек - сложный, многогранный, многоаспектный и неисчерпаемый предмет исследования. Он действительно тайна, которую каждая эпоха трактует по-своему.
С другой стороны, каждая точка зрения на человека, каждый подход отражает и выражает определенный уровень развития культуры, самосознания человечества.
Наконец, в каждой, даже самой древней точке зрения можно найти рациональное "зерно". Ведь действительно верно подметил Б. Спиноза, что человек - это животное, "умеющее смеяться", а Ф. Ницше - "умеющее обещать". Ни одно существо не умеет ни смеяться, ни обещать. Наверное, эти признаки не являются сущностными для человека, но ведь они свойственны ему! Поэтому к каждой точке зрения в философской антропологии следует относиться корректно, уходить от нигилистического отрицания или крайней апологетики. Все точки зрения имеют право на существование, и их следует рассматривать в ракурсе культурного прогресса человечества.